Чтение онлайн

Исследование трансформаций, которым подвергается политический анекдот как при новом политическом режиме, так и в новых социокультурных обстоятельствах, может помочь понять некоторые закономерности развития и специфику бытования фольклора в современном российском обществе, где роль медийных каналов распространения информации значительно выше, чем в советское время.

Задача настоящей статьи – рассмотреть, как функционирует современный политический анекдот в России, как он создается и изменяется, кто и зачем его использует в политической борьбе, наконец, как соотносится специфика бытования современного политического анекдота со спецификой бытования анекдота вообще. Заявленная в названии статьи форма очерков позволяет не претендовать на всеобъемлющее исчерпывающее исследование традиций современного политического анекдота, а сосредоточиться на отдельных сюжетах, которые кажутся знаковыми и показательными. В связи с этим статья состоит из трех частей разного размера: в первой части кратко описываются трансформации, которые пережил отечественный анекдот за последние несколько десятилетий, во второй – на материале анекдотов о бывшем мэре Москвы Ю. М. Лужкове рассматривается механизм формирования новых анекдотических сюжетов; в третьей – излагается история создания политического пиар-проекта «Анекдоты от Зюганова», основанного на манипулировании текстами современного фольклора, анализируются отдельные тексты «зюгановских анекдотов» и раскрываются механизмы их создания. Хочется надеяться, что все три очерка будут взаимно дополнять друг друга и в совокупности позволят читателю представить более или менее цельную картину бытования политического анекдота в современной России.

Когда речь заходит о политическом антисоветском фольклоре, наибольшее внимание исследователей привлекают два самых популярных жанра: анекдот и частушка. За исполнение контрреволюционных частушек и рассказывание антисоветских анекдотов в годы сталинских репрессий были арестованы десятки тысяч людей [255] . И частушка, и анекдот являются произведениями «малой формы», оба жанра в той или иной степени относятся к устной смеховой культуре, объединяет их и то, что они часто возникают в качестве ответной реакции на то или иное событие. Вместе с тем частушки бытовали преимущественно среди крестьян и отчасти рабочих, в то время как рассказывание анекдотов было характерно скорее для городской интеллигенции.

Принципиально различным было и отношение власти к этим жанрам. Политическая частушка еще в годы революции выполняла функцию «оружия идеологической борьбы», причем пользовались этим оружием все стороны противостояния (подробнее см.: Недзельский 1924; Недзельский 2007). Впоследствии власти будут всячески поощрять сочинение колхозниками просоветских частушек (Фольклор России 1994: 26–49); во второй половине 1930-х годов количество публикаций «колхозных частушек» на актуальные политические темы приобретает небывалые масштабы (Скрадоль 2011); а в 1934 году на экраны Советского Союза выходит музыкальный фильм Игоря Савченко «Гармонь», в красках изображающий идеологическую борьбу в области музыкального фольклора, где комсомольцы с помощью гармони и частушек успешно противостоят кулакам, вооруженным гитарой и слезливыми мещанскими романсами. Высокий статус частушки как «народной поэзии» продержится все годы советской власти: произведения этого жанра будут многократно публиковаться, активно изучаться фольклористами и пропагандироваться культурно-массовыми работниками.

Совсем иначе в Советском Союзе сложилась судьба анекдота. Несмотря на огромную популярность анекдотов в среде городской интеллигенции, о чем можно судить по многочисленным мемуарным свидетельствам, этот жанр до середины 1980-х годов находился под негласным запретом. Судя по имеющейся информации, попытки сделать анекдот «идеологическим оружием» советской власти не предпринимались, эту функцию успешно выполняли сатирические фельетоны и карикатуры. Анекдоты (причем не только политические) почти не публиковались и совершенно не изучались советскими исследователями [256] . Показательно, что даже в библиографическом указателе «Русский фольклор, 1981–1985», вышедшем в 1993 году, раздел «Анекдоты» отсутствует.

Ситуация радикально изменилась в годы перестройки, когда анекдот (в том числе политический) внезапно оказался одним из самых общественно значимых жанров современного фольклора. В это время происходит очень важное изменение формы бытования жанра – анекдот начинает функционировать и распространяться в печатном виде (Graham 2003: 205–209). Благодаря ослаблению цензуры анекдот проникает на страницы газет и журналов, в то же время огромной популярностью пользуются тоненькие тематические сборники анекдотов, которые печатаются в мелких кооперативных издательствах, а затем продаются частными торговцами в переходах метро, в электричках, на улицах с лотков. Для советского политического анекдота печатная форма бытования особенно непривычна, прежде такие анекдоты на территории СССР распространялись только устно, так как письменная или печатная фиксация антисоветского фольклора грозила тому, кто ее осуществляет, самыми печальными последствиями. Политические анекдоты могли быть опубликованы только за рубежом, в эмигрантской прессе.

В 1990-е годы популярность сборников анекдотов постепенно идет на спад. В это время публикации анекдотов в периодической печати начинают приобретать систематический характер, многие массовые газеты начинают обзаводиться регулярными рубриками с названиями вроде «Горячая пятерка анекдотов» или «Анекдоты недели». Именно тогда появляются первые радио– и телепередачи, посвященные анекдотам, например программа «Белый попугай» (1993–2002; до 1997 года ее ведущим был Юрий Никулин). Таким образом, анекдоты начинают использоваться в индустрии развлечений.

Во второй половине 1990-х годов начинается еще один важный этап в трансформации бытования анекдотов – они проникают в Интернет, где быстро обретают огромную популярность. Судьбы анекдота в русскоязычном сегменте Всемирной сети хорошо прослеживаются на материале истории сайта Anekdot.Ru – самого популярного ресурса, посвященного этому жанру.

Первая версия сайта появляется в ноябре 1995 года: немногочисленным в ту пору пользователям Интернета предлагается присылать для размещения на сайте анекдоты, которые они знают. В январе 1997 года на сайте открыто голосование за новые анекдоты, по результатам которого определяются списки анекдотов дня, месяца, года. В марте 1997 года на сайте начинается учет статистики посещений, по результатам которого выясняется, что Anekdot.Ru является самым посещаемым сайтом Рунета. Лидирующие позиции проект будет удерживать до конца 1999 года, после чего его популярность медленно пойдет на спад. По состоянию на начало 2010 года, проект уже не входит даже в пятерку самых посещаемых сайтов в категории «Развлечения» каталога Rambler Топ 100, однако до сих пор его посещает более 20 тыс. человек в день и более 500 тыс. человек в месяц.

В 2000-е годы Интернет и периодическая печать окончательно становятся основной средой бытования современного анекдота. При этом устное бытование жанра отходит на второй план: анекдот теперь не рассказывают, а читают (ну, или в лучшем случае пересказывают прочитанное); однако ключевым оказывается бытование в Интернете – именно оттуда обычно берут анекдоты журналисты для своих публикаций.

Параллельно анекдот окончательно утверждается в качестве одного из элементов индустрии юмора: продолжают издаваться сборники анекдотов, появляются новые передачи, посвященные этому жанру, наконец, формируется круг «анекдотчиков-звезд», шоуменов, имеющих статус мастеров по рассказыванию анекдотов. Первым признанным «анекдотчиком» был знаменитый актер и клоун Юрий Никулин; еще с 1985 года в различных изданиях (первоначально – в журнале «Огонек») публиковались небольшие подборки анекдотов, имевшие общее брендовое название «Анекдоты от Никулина»; под тем же названием впоследствии вышла серия книг. Чуть позднее эта модель использовалась для серии сборников анекдотов, подготовленных известным шоуменом, теле– и радиоведущим Романом Трахтенбергом («Тонна анекдотов от Трахтенберга»). По той же схеме готовились и книги менее известных мастеров анекдота («Озорные еврейские анекдоты от Лензона», «Анекдоты от Доценко», «Петросмешки, или Анекдоты от Евгения Петросяна», «Анекдоты от Альфа» и т. п. [257] ).

Политический анекдот в постсоветский период также претерпел значительные трансформации, большинство из которых напрямую связано с вышеописанным изменением бытования анекдота вообще. Как и остальные виды этого жанра, он преимущественно ушел из устного бытования в Интернет и периодическую печать (на материале анекдотов про Путина А. С. Архипова отмечает повышенную частотность их публикаций в региональных газетах [Архипова 2009: 182]). При этом, по субъективным наблюдениям, удельная масса политических анекдотов несколько сократилась по сравнению с советским временем. Впрочем, в некотором отношении политический анекдот продемонстрировал устойчивость: как и прежде, он преимущественно посвящен правителям и государственному строю, господствующей идеологии, которые и становятся предметом осмеяния. Однако если в СССР политические анекдоты главным образом имели антисоветский характер, то теперь основными героями сатиры становятся представители новой демократической власти: президенты, члены правительства, партийные лидеры, депутаты, чиновники.

Вышеизложенная схема истории развития анекдота в советское и постсоветское время имеет самый общий характер и нуждается в корректировках и уточнениях. Однако для нас она станет отправной точкой для исследования механизмов возникновения и функционирования современных политических анекдотов. И начнем мы этот разговор с вопроса о том, кто же является создателем современных политических анекдотов.