Чтение онлайн

Знакомство Руси и Серта было поначалу деловым — грузинка попросила художника стать ее учителем. Но очень скоро, как грустно замечала Мися Серт, «уроки искусства перешли в уроки любви».

По версии писателя Алекса Мэдсена, биографа Коко Шанель, целью визита Русудан Мдивани в дом Сертов был поиск студии. Мастерская самого Серта находилась на Монпарнасе неподалеку от «Отеля де Версаль», где жила Руся с отцом. Русудан восхищенно осмотрела рабочее пространство Хосе Мария и прошептала: «Как же это возможно — иметь так много места».

Серт тут же предложил Русудан часть своей мастерской. Девушка не стала отказываться от столь щедрого предложения. Каждый день она приходила на виллу «Сегюр», где работал испанец. И вскоре тот влюбился. Так, как «может влюбиться 50-летний мужчина в 20-летнюю девушку».

Уже после двух визитов Русудан в его мастерскую, Серт решил познакомить грузинку со своей женой, знаменитой Мисей. Мися сразу почувствовала, что муж увлекся Русудан не только как начинающей скульпторшей и моделью. Но ей самой юношеское очарование Мдивани показалось таким привлекательным, что она предложила княжне отправиться вместе с нею и Хосе Мария на отдых в Биарриц.

Там-то Мися и узнала истинную природу отношений мужа к Русе. Перебирая его вещи, Мися обнаружила письмо к Мдивани, в котором Серт объяснялся ей в любви. Мися не придумала ничего лучше, чем карандашом написать прямо на любовном послании супруга: «Это ошибка, ты любишь только меня!».

Между тем отношения Руси и Серта стремительно развивались. Видя, что Хосе Мария не торопится делать выбор между ней и Мисей, Русудан решает уехать в Нью-Йорк, куда ее пригласил брат Алекс. Но в разлуке с Сертом она смогла выдержать только год.

В Париж Мдивани вернулась уже серьезно больной. Заботы о ее выздоровлении взяла на себя Мися Серт, которая ночи напролет проводила у постели возлюбленной своего мужа и внимательно следила, чтобы засыпающая Русудан не прожгла тлеющей в ее руке сигаретой простынь.

Во время этих ночных разговоров две соперницы стали ближайшими подругами. Руся даже призналась Мисе (созвучие их имен, по замечанию Серта, выглядело, словно благословление свыше), что в Нью-Йорке за ней ухаживал один миллионер, но она не смогла ответить отказом на мольбу Серта вернуться в Париж. Зато Русудан ответила отказом на признания в любви Сальвадора Дали, который был к ней неравнодушен.

Услышав это, Мися смирилась с положением дел. «Она была почти ребенок, а у нас с Сертом не было детей», — напишет она в своих мемуарах. Вряд ли Мися, для которой Хосе Мария был третьим мужем, не понимала, что Русудан положение приемного ребенка не удовлетворит.

Видя, что состояние здоровья Мдивани не улучшается, Мися договорилась с Коко Шанель, что та скажется больной и попросит Русудан сопровождать ее в швейцарский санаторий. Иначе ехать на лечение грузинка отказывалась.

Обман удался, и Коко с Русей укатили в Швейцарию. После, казалось, наступившего выздоровления Русудан Серты взяли ее с собой в Италию.

Эта поездка стала для Миси последней в качестве супруги Хосе Мария. За время итальянских каникул сестра Русудан Нина, вышедшая замуж за известного адвоката Генри Хьюберика, подготовила необходимые бумаги для развода Хосе Мария и Миси.

Гражданский развод состоялся в Гааге. Но Мися оставалась церковной женой Серта, и в глубине души надеялась, что муж обязательно к ней вернется. А потому, словно нарочно, расхваливала Русю и даже помогала Хосе Мария выбирать обручальное кольцо и колье из рубинов в качестве свадебного подарка.

После того, как развод был официально оформлен, это событие было решено отметить в ресторане. За столиком собралась странная компания: пары Руси с Хосе Мария и ее сестры Нины с мужем, и одинокая Мися, которая признавалась, что чувствует себя на этом празднике то ли тещей, то ли свекровью.

Когда под конец ужина у Миси сдали нервы, и она скрылась в дамской комнате, утешать ее отправилась Русудан. Поцеловав рыдающую Мисю, она пообещала: «Мы всегда будем вместе и будем оба любить тебя. Ведь наше счастье оказалось возможным только благодаря тебе!». Первую ночь после развода Мися и Русудан провели в одной спальне.

По жизни они действительно шли втроем — Руся с Хосе Мария и Мися. Что дало повод парижским сплетникам говорить о «тройственном союзе». В одном из театров в те годы даже шла пьеса «Мария», в героях которой без труда узнавались Мися, Хосе Мария и Русудан. В пьесе была сцена, где все они, по воле драматурга, оказывались в одной постели.

Но странная компания не обращала на разговоры и слухи внимания. Они путешествовали и проводили почти все время вместе. Когда Шанель пыталась указать Мисе на ненормальность ситуации, та лишь отмахивалась: «Руся так любит моего Хосе Мария, что я тоже полюбила ее». Тем более, что согласно церковному браку Мися продолжала оставаться женой Серта.

Кажущуюся гармонию нарушило послание из церкви. Ничего не подозревающая Мися отправилась к архиепископу и узнала, что Хосе Мария подал прошение о развенчании. В своем письме художник сообщал, что женился на Мисе исключительно для того, чтобы иметь детей, а когда понял, что это невозможно, захотел развода.

Чувствуя себя преданной, Мися, тем не менее, подписала все необходимые бумаги. И даже помогла Русудан договориться с Шанель о свадебном платье. Не пошла она только на саму церемонию венчания, проходившую в испанской церкви Парижа.

Она решила ехать в Нью-Йорк к знаменитому врачу, чтобы с помощью гипноза избавиться от любви к Хосе Мария и Русудан. Но в последний момент от этой идеи отказалась. «Без них моя жизнь станет совсем пустой», — объяснила она свой отказ Шанель.

Теперь уже настала очередь Русудан перехватывать любовные письма Миси Серт к мужу. Однажды она даже вызвала Мисю на серьезный разговор. «Ты слишком сильно его любишь, он этого не заслуживает!», — попыталсь она объяснить недопустимость подобных поступков Мисе…

Это действительно были более, чем удивительные отношения. Порою они были наполнены ревностью. А иногда такой радостью друг за друга, какая редко встречается даже у кровных родственников.

Когда, оставшись в одиночестве, Мися решит дать концерт игры на фортепиано в парижском зале «Континенталь», там соберется весь Париж с восседающей в первом ряду Коко Шанель. Лучшие места были отведены Хосе Мария. А Русудан, когда концерт окончился триумфом, радовалась едва ли не больше самой исполнительницы.