Чтение онлайн

– Разумеется, самый крутой! Что за вопрос? – отмахнулся Денис, постукивая каблуками в такт восточных напевов. – Кто до сегодняшнего дня был самым крутым татарином? Знаете?

– Наверное, Рудольф Нуриев, – в голосе всезнающего Стаса прозвучало некоторое сомнение.

– Правильно, – моментально согласился Денис и вдруг спросил. – А Рудольф Нуриев – это кто?

– Как кто? – Стас в полном недоумении посмотрел на своего друга. – Я думал, что ты знаешь. Он был самым знаменитым директором Гранд Опера в Париже, а заодно и звездой мирового балета, звездой танца.

– Танца? Как мои Оксанки? – Денис разочарованно присвистнул и указал на девушек, выгибающихся в танце пупками кверху. – И сколько танцовщиц твой крутой директор оперы мог за ночь? Я с обеими Оксанками сразу, и не один раз.

– Как ты можешь рассуждать об искусстве с позиции твоего примитивного секса? – возмутился Стас. – Если тебе не нравится балет Нуриева, так и скажи. Но хочу заметить, что помимо балета у Нуриева были и другие культурные предпочтения. Например, его большая коллекция мировой живописи.

Денис как будто и не слышал того, о чём говорил Стас.

– А однажды к Оксанкам пришла подруга! Представляете? Их трое, а я один! – нагло заявил он.

От возмущения его наглостью Стас покраснел.

– Ну, если так, то у Рудольфа Нуриева было столько денег, что он купил себе целый остров, – выдохнул он, как будто с его плеч свалилась гора.

– Скоро и у меня будут деньги! – Денис подмигнул гостю из Любляны и произнёс с самым невозмутимым видом.

Зоран опять стал записывать в свой блокнот.

Восточная мелодия закончилась, посетители захлопали в ладоши, девицы подбежали к своему любвеобильному «работодателю».

– Ничего не надо, – сказала одна из танцовщиц, увидев, что Денис вынул из кармана портмоне. – Мы прилично насобирали, а ты и без нас на нуле.

Девушки по очереди чмокнули Дениса в щёки и убежали.

– Обе – Оксаны, и обе – красавицы, – вальяжно развалившись на стуле, он поглядел вслед убегающим танцовщицам. – В Украине – все красавицы. Но всё равно, что в Украине, что в России, что в Америке, все бабы …

– Тише ты! – шикнул на него Стас, покосившись на Зорана. – Невежливо.

– Хорошо, хорошо, давай вежливо, по-французски, – ухмыльнулся Денис. – Как сказал Ги де Мопассан: «Все женщины – потаскушки. Нужно пользоваться ими, но нельзя тратить на них душевные силы».

– Рыбак рыбачку видит издалечку, – шуточно переделав русский язык под балканский говор, проговорил Алеш и также шуточно взялся обеими руками за воображаемую удочку.

– Издалечку, друг, издалечку, – согласился с ним Денис. – Но я не виноват. Ни одной секунды не виноват. И не понимаю, почему они ко мне лезут? Лезут и лезут, как мухи на…

Договорить он не успел, потому что все вдруг засмеялись, а Алеш взглядом указал Денису за спину.

Денис обернулся и увидел невысокого роста женщину – лет шестьдесят пять, чистенькая и живенькая. Прямо мисс Марпл в лучшие свои годы.

– Простите, молодой человек, – обратилась к нему молодящаяся старушка. – Не могли бы Вы проверить, правильно ли меня рассчитали. К сожалению, забыла очки в своём автомобиле.

Она протянула ему меню и выписанный официантом счёт.

– Вы сами всё видите, – Денис обречённо вздохнул.

Затем поднялся со стула и, не задавая лишних вопросов, стал сверять цифры счёта с ценами указанными в меню. Спокойно, не торопясь, словно всю жизнь только этим и занимался. Не найдя никаких неточностей, Денис протянул счёт старушке.

– Спасибо, – проскрипела старушка, собираясь вернуться за свой столик.

Но Денис удержал её.

– Простите, миледи, – произнёс он. – Услуга за услугу. Будьте так добры, скажите, пожалуйста, моим друзьям, почему из сотни посетителей Вы обратились именно ко мне?

– Не знаю. Мистика, – улыбнулась она. – Как будто что-то подтолкнуло меня в Вашу сторону. Мистика.

– Мерси, мадам, – поблагодарил Денис.

Старушка ушла.

– Видали? – Денис обратился к друзьям и развёл руками. – Мистика.

– Мистика? Ерунда всё это! – совсем уже запьяневший Стас закурил очередную сигарету и пустил к потолку струйку дыма. – Подумаешь, какая-то старушка.

К их столику подошла девушка и стрельнула у Стаса сигаретку.

Пока она, нагнувшись вперёд, прикуривала от его зажигалки, Стас самым победоносным взглядом окинул кампанию. Вот, смотрите и учитесь, не какие-то там пенсионерки.

– Будьте так добры, – едва ворочая языком, обратился он к девушке. – Скажите, пожалуйста, моим друзьям, почему из всех, сидящих за моим столом, Вы обратились именно ко мне?

– Всё очень просто. Из всей кампании курите только Вы, – ответила девушка, затягиваясь сигареткой и кося глазом в сторону Дениса-Синдбада. – А Ваши друзья нерусские что ли?

– Нерусские, – Стас был уже прилично пьян, а потому немного обиделся.

– А кто они?

– Эти – словенцы, а этот… – он только махнул рукою на Дениса.

– Словенцы? – насторожилась девушка. – И Вы? Простите, не спросила, как вас зовут?

– Ста-ни-сла-вом, – по слогам выговорил Стас своё имя.

Денис весело подмигнул Алешу.

– Станислав у нас – полусловенец, – нарочно ломая русский язык, сообщил Алеш.

Девушка внимательно посмотрела сначала на Стаса, потом на Дениса.

– А-а, полусловенец, – разочарованно произнесла она. – То-то Станислав так плохо разговаривает по-русски.

И удалилась.

– Я? Я плохо говорю по-русски? – заикаясь, забубнил Стас. – А мой второй диплом филолога?

– Если будешь так пить, не то, что по-русски, на человеческом языке разучишься говорить, – предостерёг его Денис. – Ты уже хорошо набрался. А что будет дальше? Упадёшь. Под стол.

В глазах Стаса промелькнуло нечто, вроде последнего лучика остроумия:

– «Горячий» финский парень Юкка, мой знакомый, как-то заметил: «Не тот финн пьян, кто валяется под столом, а тот, кто не заказывает пиво из-под стола».

Все засмеялись и позвали официанта.

Но вместо него к их столику заторопилась тонкая смуглокожая официантка, попутно неся на маленьком подносе заказанный кем-то раньше стакан пузырящейся оранжевой бурды.