Чтение онлайн

— Все верно, Фуфель и Антон, их Джавад и называл, — подтвердил Север. — Так вот, Фуфель недавно умер от передозировки. Антон из «Джанга» уволился: после перестрелки, что я там устроил, да после увольнения Семена Антоша струсил и сбежал… Вообще уехал из города неизвестно куда, он нездешний.

— Точно, в общаге жил, — вставила Мальва.

— А Семен уволился из «Джанга»?! — поразилась Яна.

— Да… Я ему велел, — Север вздохнул. — Увольнение Семы тебя удивило, Янка? Вот и Джавада оно удивило. Удивленный Джавад пошел к Семе в гости, ненавязчиво расспросил его, узнал о моем визите к халдею да и зарезал Семочку…

— Одной заботой меньше, — подал голос Евграф.

— Точно, — согласился Север без воодушевления. — Хотя мужику можно даже посочувствовать: умер он страшно… Но я продолжаю. О тебе, Янка, знает еще Крысинский, директор «Джанга», но он и лица-то твоего толком не помнит, как уверял меня Джавад… Кроме того, Крысинскому я завтра нанесу визит.

— Зачем?! — всполошилась Мальва.

— А затем, девочка, чтобы все узнали: синеволосую наркоманку искать больше не надо, никто за нее денег не заплатит, некому… А еще я сообщу Крысинскому, где найти труп Джавада. Опять же чтобы все узнали: Джавад не одолел своего чмыря, чмырь одолел его… Чмырь — это я, так называл меня Джавад.

— Сам он чмырь, а вовсе не ты, Север! — воскликнула Мальва ревниво.

— Спасибо… — поблагодарил ее Белов; он был явно тронут. — Янка, слушай дальше. Я понимаю, ты опасаешься Крысинского, Дениса, Сивого… Верно?

— Верно… — кивнула Яна.

— В общем, правильно опасаешься. Вдруг будущие преемники Джавада, а таковых Тестомес наверняка пришлет в «Джанг», захотят все же взыскать с тебя твой долг, да? Я тебя понимаю, тебе страшно. Но поверь, вскоре им станет не до тебя…

— Почему?

— Вот здесь у меня, — Север похлопал по сумке, принесенной им из джавадовского подвала, — совершенно убойные материалы имеются. Джавад собирал. Себя хотел обезопасить, а получилось — для меня старался… Здесь и компромат на ссученных городских ментов, фээсбэшников, чиновников, и описание многих аспектов деятельности тестомесовской наркомафии — пароли, явки, места встреч с поставщиками героина, точки распространения «дури», имена, приметы и клички распространителей… Джавад все это в своем подвале держал, в потайном сейфе. Никто не знал, что такой сейф существует, никто не смог бы его найти…

— А ты нашел! — Мальва сияла.

— А я очень попросил Джавада… — чуть улыбнулся Север. — И он любезно согласился объяснить мне, как найти сейф… Я денька на три сгоняю в Москву и передам добытую информацию в ФСБ через надежного человечка. Есть у меня такой, Валька, муровец. Он-то точно знает, к кому должны попасть эти материалы, чтобы им дали ход, а не под сукно положили…

— А потом? — спросила Яна.

— А потом мы втроем поживем еще недельку-другую на Дворе Чудес, поглядим, как будут развиваться события… Я уверен: ты, Янка, скоро сама убедишься, что можешь смело возвращаться домой…

— Север, а я?.. — вдруг спросила Мальва потерянно. — Ты все о Янке… А что будет со мной после этих двух недель, которые мы втроем проживем на Дворе Чудес?! — казалось, девушка готова заплакать.

— Мальва, неужели ты могла подумать, что я о тебе забыл? — устало произнес Север. — Тебя после этих двух недель я увезу с собой в Москву. И мы будем жить у меня…

— Подожди, Север, какая Москва, ты же в федеральном розыске! — взволнованно воскликнула Яна.

— Ни хрена я ни в каком не в розыске! — Белов махнул рукой. — Знаете, откуда в коллекции Джавада взялся мой револьвер?

— Откуда?! — хором воскликнули девчонки.

— Ему его продали областные гаишники — те самые, что шмонали мой рюкзак на дороге после аварии. Ствол продали и пояс-патронташ с патронами. Джавад не успел их привести в негодность, как приводил в негодность все оружие, составлявшее его коллекцию…

— Но зачем он это делал? — Мальва недоумевала.

— Чтобы менты не могли придраться, привлечь за хранение боевых стволов… А испортить мой револьвер и мои патроны Джавад просто не успел, ибо купил их недавно… У него руки не дошли. Повезло мне. Не лишился я любимого оружия…

— Но Север!.. — теперь недоумевала Яна. — Как могли гаишники, менты продать твой ствол Джаваду?!

— А они были знакомы с ним. И знали, что он коллекционирует оружие.

— Да я не о том! Ведь твое оружие — это!.. Ну, как это… улика, вещественное доказательство! Как они могли!.. — Яна осеклась.

Мальва улыбнулась про себя наивности подруги.

— Они нашли в моем бауле сто тысяч долларов, — терпеливо пояснил Белов. — Их было четверо, гаишников. Трупа моего они не обнаружили, разбитый мотоцикл, наверное, спрятали в лесу… Короче, шума стражи порядка решили не поднимать и благополучно поделили мои деньги…

— А револьвер? — поинтересовалась Мальва.

— Частным порядком менты провели баллистическую экспертизу ствола через своего знакомого эксперта, вероятно, и, думаю, не бесплатно. Эксперт дал заключение: оружие принадлежит полумифическому преступнику, известному под кличкой Колдун…

— Стоп, какой Колдун?! — возмутилась вдруг Мальва. — Какой еще, к черту, Колдун?! Ведь это твой ствол, Север!

— Ага. А я и есть Колдун, — ответил Белов беспечно.

— Ну, дела-а… — только и смогла вымолвить Мальва.

— Заключение эксперта гаишники в придачу к оружию передали в качестве сувенира Джаваду. Чтобы он мог хвастаться, что в его коллекции находится револьвер и патронташ знаменитого Колдуна. Мою записную книжку менты, по словам Джавада, сожгли от греха, а мой паспорт — тоже в качестве сувенира — подарили Джаваду же. И паспорт, и заключение эксперта по револьверу Джавад в сейфе держал вместе с важнейшими информационными материалами! Я прямо польщен даже, — усмехнулся Север одними губами.

— Значит, теперь ты не бомж? — уточнила Яна.

— Точно. Могу в Москву возвращаться.

— А можно твой паспорт посмотреть? — попросила Мальва.

— Пожалуйста…

— Та-ак… Егоров Иван Петрович, — вслух прочитала Мальва. — Да тут на фотографии не ты, Север!

— Точно, не ты! — взглянув, подтвердила Яна.

— Действительно, похож, но не очень… — вставил Евграф.

— Ах это… Это я, ребятки, с вами расслабился… Сейчас! — Белов отвернулся, сосредоточился и, вновь повернувшись лицом к своим друзьям, спросил: — Ну, а теперь?