Чтение онлайн

Японская броненосная эскадра, состоявшая из такого же количества броненосных кораблей, как и русская, была гораздо однороднее. Она состояла из трех броненосцев типа «Микаса», одного броненосца типа «Фудзи», шести броненосных крейсеров типа «Асама» и двух типа «Ниссин». За исключением последних двух, эти корабли были построены с расчетом, что воевать придется с Россией, и с учетом особенностей Дальневосточного театра.

По своим тактическим данным японские броненосцы были значительно сильнее русских, что видно из следующей таблицы. [588]

 Из сопоставления этих цифр видно, что японские корабли были лучше забронированы и имели большую скорость. Артиллерия на японских кораблях по скорострельности в два раза превосходила русскую, что позволяло японцам выбрасывать значительно большее количество снарядов в одну минуту.

Японские корабли имели на вооружении мощные фугасные снаряды с большим количеством взрывчатого вещества, до 14%. Русские же снаряды имели всего 2, 5% взрывчатого вещества. Следовательно, по фугасному действию японские снаряды превосходили русские почти в 15 раз. Кроме того, сила взрывчатого вещества в японских снарядах (шимозы) была приблизительно в два раза больше, чем пироксилина, употреблявшегося для вооружения русских снарядов. Все это давало японцам большие преимущества в бою, особенно если учесть, что по артиллерийской подготовке японские корабли значительно превосходили русские, а также что у русских кораблей площадь небронированного борта была почти в 1,5 раза больше, чем у японских (60 против 39 процентов).

По количеству миноносцев японский флот был значительно сильнее. Против 9 русских японцы сосредоточили 30 больших и 33 малых миноносца. Кроме того, японский флот располагал [589] значительным числом разного рода устаревших и вспомогательных кораблей.

Когда 2-я эскадра вступила в Корейский пролив, японский флот находился в своей базе в Мозампо. Командующий флотом адмирал Того был на броненосце «Микаса». Флаг начальника 2-й эскадры вице-адмирала Камимура был на броненосном крейсере «Идзумо». Линия наблюдения была развернута между острове Квельпарт и группой островов Гото.

Около 2 ч. 25 мин. вспомогательный крейсер «Синано-Мару», левофланговый корабль дозорной цепи, обнаружил огни госпитального судна «Орел», а затем опознал всю эскадру. В 4 ч. 25 мин. была дана радиограмма о появлении русской эскадры. Японский флот немедленно начал готовиться к выполнению развертывания, а крейсеры-разведчики стали стягиваться к месту обнаружения русской эскадры. К рассвету они заняли места вокруг нее. В 5 часов все боевые корабли вышли к назначенным согласно развертыванию местам у острова Окиносима. [590]

Русская эскадра по интенсивной работе японских телеграфных станций заключила, что она обнаружена, тем не менее адмирал Рожественский не сделал никаких попыток помешать переговорам японских кораблей.

С рассветом были обнаружены японские крейсеры, шедшие параллельным русской эскадре курсом. Однако Рожественский не предпринял никаких мер, чтобы отогнать японских разведчиков. Считая, что расстояние до японских крейсеров слишком велико, чтобы вести успешную стрельбу, он решил не высылать своих крейсеров из опасения, что они могут встретиться в тумане с превосходящими силами японцев.

Утром 27 мая погода была мглистая, видимость 5–7 миль, ветер 3–4 балла. В 7 часов адмирал Рожественский приказал крейсерам разведывательного отряда занять места сзади и прикрывать транспорты. Таким образом, он не только не помешал разведке японцев, но и сам добровольно отказался от таковой и ушел вперед, не зная, где находится противник. В 9 часов броненосные отряды перестроились в одну кильватерную колонну, имея впереди 4 новых броненосца. Транспорты и прикрывающие их крейсеры шли справа сзади. Японские разведчики все время держались на виду у эскадры. В 12 часов эскадра легла на курс норд-ост 23°. Затем Рожественский сделал попытку развернуть эскадру в строй фронта.

Не сомневаясь, что наблюдающие за эскадрой японские крейсеры сообщают Того все данные о ее движении, на основании чего японский командующий также готовится к соответствующему развертыванию перед боем, Рожественский решил, пользуясь находящими полосами тумана, сбить расчеты противника. Для этого он думал изменить строй в тот момент, когда найдет туман и японские крейсеры потеряют его из виду. Но лишь только было начато перестроение, как туман рассеялся [591] и выполнить замысел не удалось. Не закончив начатого перестроения, Рожественский поднял отменительный сигнал. Эскадра оказалась в двух кильватерных колоннах: в правой — четыре новых броненосца, в левой — все остальные.

Так как движение русской эскадры по-прежнему происходило на глазах у японских разведчиков, то адмирал Того имел все данные о составе русской эскадры, ее курсе и перестроениях. Взвесив все, он решил нанести удар по левой колонне, состоявшей из более слабых судов. План Того сводился к атаке броненосными кораблями головы русской колонны, и с этой целью, пользуясь преимуществом в скорости, он вышел на пересечку ее курса. Одновременно легкие крейсеры должны были атаковать транспорты и прикрывающие их крейсеры.

Главные силы японского флота были разделены на два отряда: 1-й отряд (4 броненосца и 2 броненосных крейсера) под флагом адмирала Того и 2-й отряд (6 броненосных крейсеров) под флагом адмирала Камимура.

В 13 ч. 30 мин. с русской эскадры, справа по носу, был обнаружен японский флот, шедший на пересечку курса. Адмирал Рожественский немедленно начал выстраивать свои корабли в одну кильватерную колонну. Это перестроение не было еще закончено, когда японцы, перейдя на левый борт русской эскадры, начали делать последовательный поворот влево с целью выйти на пересечку ее курса. Этот поворот ставил японские корабли в рискованное положение. Ворочая последовательно на 24 румба, они описывали петлю почти на одном месте, сами не имея возможности стрелять.

В момент поворота расстояние между головными кораблями русской эскадры и флагманским кораблем Того — «Микаса» — было не более 38 кабельтовых. В этот момент, в 13 ч. 49 мин., флагманский броненосец русской эскадры «Суворов» открыл огонь. Перед командующим русской эскадрой была возможность в самом начале боя нанести противнику удар по его головным кораблям. Однако Рожественский не сумел [594] использовать неблагоприятное положение японцев во время поворота. Оставаясь в одной кильватерной колонне, он лишил свои новые быстроходные броненосцы возможности сблизиться с противником на выгодную для них дистанцию. Кроме того, в середине русской эскадры некоторые корабли мешали друг другу стрелять, а концевые отстали. Поэтому огонь русских кораблей не причинил японцам особых повреждений.

Через три минуты японские корабли открыли ответный огонь. Дистанция к этому моменту уменьшилась до 35 кабельтовых. Четыре головных японских корабля сосредоточили огонь по «Суворову», шесть — по «Ослябе» и два — по «Николаю I». Обладая преимуществом в ходе, японцы начали обгонять русскую эскадру, выходя ей в голову.

Японская артиллерия производила большие разрушения на русских кораблях; особенно страдали оба флагманских. В 14 час 25 мин. «Ослябя», имея большой крен, вышел из строя и через 25 минут перевернулся и затонул. В 14 ч. 30 мин. [595] из-за повреждения руля вышел из строя вправо броненосец «Суворов». Мачты и реи его были сбиты, все фалы сожжены, так что никаких сигналов поднять было невозможно. Адмирал Рожественский к этому моменту был ранен. Головным стал броненосец «Александр III», который, не зная, почему «Суворов» вышел из строя, сначала пошел за ним, но затем повернул влево, намереваясь пройти к северу под кормой японских броненосцев, находившихся справа от русских.