Чтение онлайн

В основном я жил тут один. Мне нравилось это место. Большую часть времени я проводил в кабинете и мастерской. Интересно, висит ли еще в студии деревянная гравюра Мори? Называлась она «Лицом к лицу», два воина сошлись на ней в смертном поединке. Хорошо, если бы гравюра уцелела. Но я чувствовал, что надеяться на это не приходится. Быть может, все, что не успели украсть, пошло с молотка на покрытие налогов. Чего еще ждать от властей штата Нью-Йорк? Просто удивительно, что в доме не оказалось новых жильцов. Я наблюдал, чтобы удостовериться в этом. Клянусь пеклом, спешить некуда. Даже просто некуда податься.

С Джерардом я связался сразу же, как только очутился в Бельгии. Я решил некоторое время не разговаривать с Бенедиктом, он запросто мог тем или иным способом атаковать меня.

Джерард внимательно и осторожно вглядывался в мое лицо. Он был где-то в полях, похоже, совсем один.

– Корвин? – произнес он. – Да…

– Верно. Ну, как дела у Бенедикта?

– Я обнаружил его там, где ты сказал, и освободил. Он собирался немедленно пуститься вдогонку за тобой, но я сумел убедить его, что мы расстались давно. Раз ты сказал, что оставил его в беспамятстве, я решил, что так будет лучше всего. Да и конь его был совершенно изможден. Мы вернулись вместе в Авалон. С ним я оставался до похорон, а потом одолжил коня. Сейчас я возвращаюсь в Амбер.

– Похорон? Чьих похорон?

Снова тот же оценивающий взгляд.

– Ты и в самом деле не знаешь?

– Если бы я, черт побери, знал, то и не спрашивал бы!

– Его слуг. Их убили. Он уверен, что это сделал ты.

– Нет, – сказал я, – нет. Да это просто смешно. Зачем мне убивать его слуг? Я не понимаю…

– Бенедикт вернулся и почти сразу же стал разыскивать их, раз они не встречали его. А потом увидел, что они убиты, а ты и твой спутник исчезли.

– Теперь ясно, как все выглядело… Где были тела?

– Похоронены в неглубокой могиле в маленьком леске сразу за домом.

Так, именно так… Лучше не упоминать, что я знал об этой могиле.

– Какие у меня могут быть причины убивать его слуг, об этом он подумал? – взвинтился я.

– Он озадачен, Корвин. В высшей степени озадачен. И никак не может понять, почему ты не убил его, когда получил такую возможность, и почему вызвал меня, хотя просто мог бросить его связанным.

– Теперь я понимаю, почему во время поединка он называл меня убийцей, но… Ты сказал, что я никого не убивал и просил тебя передать это ему?

– Сказал. Сперва он просто отмахнулся, как от пустой болтовни. Тогда я заметил, что ты казался абсолютно искренним и совершенно озадаченным. Похоже, его смущала твоя уверенность в собственной невиновности. Несколько раз он спросил, верю ли я тебе.

– И что ты ответил?

Джерард опустил глаза.

– Клянусь пеклом, Корвин, во что я должен верить? Я вляпался в эту историю совершенно неожиданно. Мы ведь не встречались так долго… – Тут он и глянул на меня. – Есть и еще кое-что.

– Что же?

– Почему ты вызвал на помощь именно меня? Ты забрал у Бенедикта полную колоду. Ты мог вызвать любого из нас.

– Ты шутишь, – ответил я.

– Нет, я жду ответа.

– Хорошо. Я доверяю только тебе.

– И это все?

– Нет. Бенедикт не хочет, чтобы о его убежище стало известно в Амбере. Я знаю, что только ты и Джулиан ведаете, где искать его. Джулиан мне не нравится, я не доверяю ему, поэтому пришлось обратиться к тебе.

– А как ты узнал, что мы с Джулианом знаем о нем?

– Он помог вам обоим, когда вы недавно попали в переделку на черной дороге, и позволил остаться, пока вы не оправились. Об этом мне рассказала Дара.

– Дара? Кстати, кто это?

– Сирота. Ее родители работали у Бенедикта. Она была там, когда вы с Джулианом оказались у него.

– И ты послал ей браслет… Кстати, ты вспоминал о ней там на дороге, когда вызвал меня.

– Верно. А в чем дело?

– Ни в чем. Я и в самом деле не помню ее. А скажи, почему ты удрал так внезапно? Ты ведь должен признать, что вел себя именно как виновный.

– Это правда, – ответил я, – я и был виновен, только не в убийстве. Я искал кое-что в Авалоне, нашел все, что нужно, и решил убраться восвояси. Ты видел мой фургон, он был загружен. И я удрал до возвращения Бенедикта, чтобы не отвечать на те вопросы, которые он стал бы мне задавать. Клянусь пеклом! Если бы я просто смывался, то не тянулся бы на грохочущем фургоне! Я бы мчался верхом, налегке и галопом.

– А что было в фургоне?

– Нет, – ответил я. – Я не хотел рассказывать Бенедикту и не хочу говорить тебе. О, он может все выяснить и сам, если ему надо. Впрочем, это все для него неважно. Ему довольно знать, что я разыскивал в Авалоне нечто и нашел. Там это не слишком ценится, но в другом месте все иначе. Так понятно?

– Вполне, – кивнул Джерард. – Это имеет смысл.

– А теперь ответь и на мой вопрос: как ты полагаешь, убивал я его слуг?

– Нет, – произнес он, – теперь я тебе верю.

– А Бенедикт? Что он теперь думает?

– Нападать на тебя, не поговорив, он не будет. Он засомневался, я это понял.

– Хорошо, уже что-то. Спасибо, Джерард. Мне пора.

– Подожди, Корвин! Подожди!

– В чем дело?

– Как ты прошел сквозь черную дорогу? Ты разрушил ее там, где переезжал. Как тебе это удалось?

– Образ, – сказал я. – Если у тебя будут неприятности с этой дрянью, вспомни Образ. Знаешь, иногда приходится вызывать его в памяти, если Тени вокруг начинают разбегаться и все словно сходит с ума.

– Да, я пробовал, но ничего не получилось. Только нажил головную боль. Эта штука не из Теней.

– И да и нет, – отвечал я. – Я знаю, что она такое. А ты просто был недостаточно тверд. Я бил Образом, пока голова моя не стала рваться на части, я полуослеп от боли и вот-вот готов был потерять сознание. Но все вышло наоборот – стала разрываться дорога. Ощущение не из приятных, но все сработало.

– Я запомню, – сказал Джерард. – Ты не хочешь переговорить с Бенедиктом прямо сейчас?

– Нет, – ответил я, – сейчас он все еще переживает. Пусть понемногу остынет и поразмыслит над фактами. Все, что знаю я, знает теперь и он, так что лучше пусть сам все выяснит. Не хочу нового поединка. Да, на этот раз я замолкну надолго. И буду сопротивляться всем попыткам связаться со мной.

– Но Амбер, Корвин! Что станет с Амбером?

Я опустил глаза.

– Не становись на моем пути, Джерард, когда я вернусь. Поверь, это будут уже не игрушки.