Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Шрифт:

ЛЕТНОЕ НЕБО

Вот опять винты вертолетные Поднимают вокруг пургу. Небо ясное, Небо летное, И остаться я не могу. Сотни раз вылетал я «Анами», Поднимался в «Илах» и «Ту». Был изрыт неземными ямами Путь в морозную высоту. Но хожу до седин в мечтателях, Что сулятся достать звезду. Словно летчики-испытатели, Я испытываю судьбу. И гудят сильней расстояния, И бежит болотная гладь. Не писал я тебе завещание, Просто нечего завещать, Кроме хмурой тайги немереной Да нетающей высоты. Но другого меня, уверен я, Полюбить не смогла бы ты… И опять винты вертолетные Поднимают вокруг пургу. Небо ясное, Небо летное, И остаться я не могу.

«Стрелки лезут упрямо за полночь…»

Стрелки лезут упрямо за полночь, Но всю ночь по заре мы плывем. Заполярные летние волны Золотым отлипают огнем. Тот огонь под винтами клокочет, Обожжешься — Лишь брызги задень. Ах, вы, белые, белые ночи, Превращенные в солнечный день! И запомнить мне хочется это, Чтоб навечно остались со мной — День длиною в полярное лето, Ночь в полярную зиму длиной. Не забыл я о Севере прежнем, Что в метель пеленал Глыбы скал. Даже Север становится нежным. Где ж я нежность свою растерял? Как вы трепетны, светлые краски! Если б только ты рядом была, То слова в себе, Полные ласки, Ночью солнечной Сразу нашла! Я спешу в безотчетной тревоге Оглянуться опять и опять. На ухабах таежной дороги, Видно, нежность боюсь расплескать. Стрелки лезут упрямо за полночь, Но к заре по заре мы плывем. Заполярные летние волны Отливают неярким огнем.

ТАНЦПЛОЩАДКА

Первым качканарцам

Танцплощадку у белой березки В день один Настелил Качканар. Словно пели смолистые доски Под ногами танцующих пар. Каждый молод, Но старый-престарый, Вальс известный — Не шейк и не твист! — Под брезентовый плеск Качканара Вдохновенно играл гармонист. Кто задорно, А кто осторожно — Закружили ребята подруг. Было сладко и было тревожно От мужских обнимающих рук. И была танцплощадка наградой За ударные темпы труда, И сюда приносили вы радость, И беду приносили сюда. Облака комариного роя, Если ты не один, Не страшны, Танцевали земные герои, По-земному светлы и грешны. А вдали огонек папироски Все кого-то манил без конца. …Танцплощадку у белой березки Заменяют ли залы Дворца!

ОСЕНЬЮ

У нас так много в городе сирени! Вам нравится, когда она цветет? А я люблю сирень порой осенней, Когда уже зиме пришел черед. Когда бросает клен или береза Дырявую безлиственную тень. Но листья, обожженные морозом, Не отдает упрямая сирень. Вокруг земля ночами — в снежной пене, Крепчает ветер: — Листья оборву! Мне все казалось: Нет нежней сирени, Но дольше всех Хранит она листву.

ШЛА ДЕВЧОНКА

Шла девчонка спозаранку, А вокруг трава в росе! Ту девчонку с громом танки Обогнали по шоссе. Лето рдело на платочке, А на платьице — весна. Командир сказал: — Как дочка! А водитель: — Как жена! Посветлели люди в танках, Хоть опять в поход ночной. Шла девчонка спозаранку Стороной своей лесной.

НА ПЕРЕГОВОРНОМ ПУНКТЕ

Тебя на курсы взял район, И вот тогда влюбленному Пришел на помощь телефон Со связью межрайонною. Кричу тебе: — Алло, алло! Меня не разлюбила ты? А в трубке треск. Ну, как назло, Совсем не слышно милую. Тогда на помощь поспешил Телефонист загруженный, Твои слова он мне твердил Своим баском простуженным: — Люблю! Люблю! — Неслось сквозь свист. Пусть связь слегка нарушена, Ты молодец, телефонист! Я слушаю! Я слушаю!

СЕРЕБРЯНАЯ СВАДЬБА

На серебряной свадьбе бокалы звенят И бутылки с шампанским вовсю салютуют. «Молодой», улыбаясь, бросает свой взгляд На сидящую рядышком с ним «молодую». У супругов покрыты виски серебром, Но нежны они, словно жених и невеста. Затихает народ за нарядным столом, Тамада поднимается с места… Муж, нагнувшись, чуть слышно жене прошептал: — Если б вдруг наша жизнь началась бы сначала, И не я, а другой бы тебя повстречал? Что б ты сделала?.. — Я бы… Тебя отыскала.

ДЕНЬ ОТОШЕЛ

День отошел, грозовой, августовский. Стало прохладно, темно. После работы в далеком Свердловске Ты распахнула окно. В двадцать минут я дойду до вокзала Через леса и туман. Сбросить, как плащ, на пороге усталость, Наспех собрать чемодан? Знаю, что в день доберусь до Свердловска, Шепотом встретит твой сад… Только ведь день грозовой, августовский Не возвратится назад.

«Просверкали далекие молнии…»

Просверкали далекие молнии, И очистился небосклон. Ночь кузнечики звоном наполнили И разбили Мой сон. — Замолчите, кузнечики! Слышите! Августовская ночь недлинна! Над полями, лесами, над крышами Опустись, Тишина! И тогда через все расстояния Чутко вслушаюсь я в тишину, И услышу родное дыхание, И спокойно Засну.

КАМЕННАЯ БАБА

Крутятся без устали колеса, Фары шарят в жидкой полутьме. — Стой, шофер! Глядит на нас раскосо Женщина из камня на холме. Это что еще за чудо-юдо В трех шагах от нового села? Расскажи, из дальнего откуда К нам в двадцатый век ты забрела? Но молчит в ответ. И так же хмуро Смотрит на дорогу за холмом. Может, ты не древняя скульптура, Созданная в стане кочевом? Это, может быть, с годами спорит В каменном обличии тоска? Ты ждала кого-то. И от горя Вдруг окаменела на века. Время даже камень разломило. И от солнца, ветра и дождя Изменилась ты, Но с прежней силой Ждешь кого-то, С места не сходя!

«Я припомнил песенку…»

Я припомнил песенку дорожную, Грустную, Тревожную, Несложную. Нет, не под балконом — Под Балканами Спетую не мной, А партизанами. Под горами старыми-престарыми За столом сидели мы с болгарами, С бывшими лихими партизанами Мы по-русски чокались стаканами. А потом я на притихшей пристани Встретился со взглядом твоим пристальным, В этом взгляде — Нет ему названия! — И призыв, И робость, И признание. Этот взгляд — и ты, такая чинная! Все ж не я, наверно, был причиною, А Дунай, дорога, ночь балканская И простая песня партизанская.
Поделиться с друзьями: