Чтение онлайн

В начале 50-х годов фирма возникла в Вашингтоне как сыскное агентство. Можно только догадываться, когда именно Мэхью начал работать на ЦРУ. Одним из тех, кто датирует это событие весьма ранним сроком, является Гаррис Смит, бывший сотрудник ЦРУ, написавший историю Управления стратегических служб, в которой упоминает о «якобы имевшихся связях» Мэхью с ЦРУ. Как бы то ни было, Мэхью, по его собственному признанию, в 50-е годы уже «работал по контракту» на ЦРУ. Постепенно он отошел от сыскного дела и прикрылся вывеской консультанта по вопросам управления и связей с общественностью. В Вашингтоне подобная комбинация обычно обозначает лоббистскую деятельность, но Боб Мэхью в 50-е годы занимался гораздо большим: то помогал финансисту Роберту Янгу в его борьбе за контроль над нью-йоркской центральной железной дорогой, то использовал связи со «своими ребятами» для того, чтобы выручать различные комиссии конгресса, то уходил с головой в международную нефтяную интригу и срывал крупнейшую в жизни Аристотеля Онассиса сделку, которая обеспечила бы греческому гранду монополию на перевозку нефти танкерами из Саудовской Аравии.

Мэхью установил подслушивающее устройство в гостиничных апартаментах Онассиса в Риме, а из подслушанного состряпал мерзкую историю, которую и опубликовал в одной из контролируемых ЦРУ газет. Последовавший скандал сорвал заключение контракта, нежелательного для нефтяных компаний США и ЦРУ, стоявшего на страже их благосостояния. Мэхью признавался, что он заранее согласовал свой план действий с государственным департаментом, а также с «другим разведывательным органом». То, что он употребил в этом контексте слово «другим», весьма примечательно. Это наводит на мысль, что Мэхью считает себя и «своих ребят» параллельной, равноценной и равноправной с ЦРУ разведывательной службой. Что ж, ему лучше знать.

Дела у Роберта Мэхью, одного из «своих ребят», и его фирмы по связям с общественностью шли превосходно. «Бизнес Америки — это бизнес»,— сказал однажды Калвин Кулидж [76] . Бизнес «своих ребят» заключался в том, чтобы устраивать небольшие правительственные услуги своим клиентам, оказывая в то же время негласные услуги правительству. Связи Мэхью весьма импонировали одному из его клиентов. Почему бы не использовать их исключительно для собственного блага, подумалось ему году эдак в 1960-м. Так все и получилось, ведь клиент привык, что его желания моментально исполнялись.

Конечно, Говард Хьюз мог осыпать Боба Мэхью любыми оскорблениями после их окончательного разрыва, но беспристрастный анализ свидетельствует: в течение того десятилетия, когда «свой парень» Мэхью находился у него на службе, за свои истраченные деньги миллиардер получил сполна.

Отношения Хьюза с Вашингтоном складывались не лучшим образом. Управление гражданской авиации воспрепятствовало приобретению Хьюзом авиакомпании «Норсист эйрлайнс» и выступало против него в борьбе за контроль над авиакомпанией «Транс уорлд эйрлайнс» — битва, в ходе которой в начале 60-х годов чиновникам, заполнявшим повестки с вызовом в суд, приходилось работать сверхурочно. Не всегда встречал Хьюз понимание и у военных. Еще в середине 30-х годов Хьюз употребил все свои силы, чтобы уговорить правительство купить самолет оригинальной конструкции. Тогда еще авиация находилась в ведении армии, и разраставшийся корпус армейской авиации еще не превратился в военно-воздушные силы. В те дни Хьюз прославился как дерзкий и смелый пилот, установивший несколько мировых рекордов скорости на самолетах собственной конструкции. Но армия отказывалась брать их даже даром. Не помогли посулы отчаявшегося Хьюза построить прототип самолета на свои деньги. Хорошо известно, к каким хитроумным мерам безопасности прибегал миллиардер всю жизнь, дабы обеспечить секретность своих операций. Это не было случайностью. Хьюз помнил ту давнюю историю: его неверные служащие выкрали чертежи оригинального истребителя, который впоследствии стал известен как Р-38, и передали их заклятому конкуренту Хьюза — компании «Локхид», в итоге построившей этот самолет. Хьюз считал, и не без основании: «Локхид» получила заказ, ублажая генералов алкогольными напитками и красоткам». Когда началась вторая мировая война, Хьюз обнаружил, что чертежи его рекордного моноплана H-1, который армия строить также отказалась, каким-то образом попали в руки японцев. С некоторыми модификациями конструкция Хьюза была воплощена в знаменитом японском самолете «Зироу». Ничего удивительного, что капиталист был вне себя от ярости: он сконструировал самолеты для обеих воюющих сторон, не получив за это ни цента.

Говард Хьюз был одержим секретностью и антикоммунизмом. Но, как оказалось, немного свихнулся также на почве связей с общественностью, на протяжении своей долгой карьеры Хьюз перепробовал самых разных экспертов в этой области — подобно тому как заядлый курильщик пробует одно средство за другим, чтобы избавиться от вредной привычки. Обнаружив, что его конкуренты снабжают военных высококачественными напитками и блондинками, Хьюз нанял короля двойной бухгалтерии, лос-анджелесского специалиста по связям с общественностью Джонни Майера, вменив ему в обязанность ублажать армейское начальство выпивкой и изысканными кушаньями. Это помогло, но не в той степени, как хотелось бы. Хьюз оставил энергичного Майера в своем штате, но в то же время продолжал нанимать других видных экспертов, выплачивая им баснословное жалованье.

Хьюз продолжал упорно искать себе идеального человека по связям с общественностью и, наконец, столкнулся с Робертом Мэхью.

Как специалисты по связям с общественностью «свои ребята», понято, ценятся значительно выше, чем рядовые представители профессии. Особенно же дорого, видимо, стоят бывшие агенты ФБР с тесными связями в ЦРУ. Роберт Мэхью оказался одним на самых дорогостоящих приобретений Говарда Хьюза. Фирма Мэхью стала оказывать услуги Хьюзу в конце 50-х годов, в 1960 году Мэхью отказал всем своим остальным клиентам и стал работать исключительно на Хьюза, который платил ему сногсшибательное жалованье в размере 600 тысяч долларов в год. (Даже учитывая привычку Хьюза не считать денег, добиваясь желаемого, это было нечто из ряда вон выходящее: Рой Дитрих, правая рука Хьюза, служивший ему верой и правдой тридцать лет, получал в год 75 тысяч долларов.)

За такие деньги Мэхью, конечно, работал не покладая рук. За десятилетие службы у Хьюза отношения миллиардера с Вашингтоном резко изменились к лучшему. Видимо, этот период службы Мэхью у миллиардера не случайно совпал с расцветом дружбы между Хьюзом и ЦРУ.

Когда Чарльз Колсон [77] заявил в 1974 году следователям по «уотергейтскому делу», что у Говарда Хьюза были «тесные связи с ЦРУ» (и, надо понимать, с «Уотергейтом»), мало кто из вашингтонских журналистов понял, о чем идет речь. Некоторые просто не поверили ему.

Рассказ о деятельности разведывательно-промышленного комплекса будет неполным, если не рассмотреть связи миллиардера с ЦРУ. Обе стороны извлекали взаимные и значительные выгоды — как косвенные, так и прямые. ЦРУ никогда бы не смогло скрыть свою широкомасштабную тайную войну против Кастро, для обеспечения которой требовались массированные операции на американской территории, без энергичной помощи бизнесменов-патриотов типа Говарда Хьюза, имевших в Карибском море свои собственные острова и охотно сдававших их в аренду. ЦРУ предоставило Хьюзу всякого рода льготы и привилегии: помощь в преодолении правительственного бюрократизма, экономический шпионаж, защиту от вмешательства правительственных органов, пытающихся контролировать Хьюза, и даже скрытое правительственное финансирование крупных проектов. Этими услугами Хьюз пользовался весьма широко.

В начале 60-х годов в разведке произошла научно-техническая революция. Вместо плащей и кинжалов появились компьютеры. ЦРУ, став пионером успешных запусков электронных разведывательных спутников, получило превосходство над конкурирующими разведывательными службами Пентагона.

Фирма «Хьюз эйркрафт корпорэйшн» являлась главным поставщиком спутников-шпионов для ЦРУ. Смелый инженер-миллиардер мыслил теми же категориями, что и ученые в лабораториях ЦРУ, и вместе они добились немалых успехов. В этот же период «Хьюз эйркрафт» также стала главным подрядчиком НАСА, космического монолита, обосновавшегося в Хьюстоне — родном городе Хьюза.

Отставные военные, ученые, оставившие службу в ЦРУ, и «свои парни» — все стекались в организацию Хьюза. К примеру, «Бад» Уилон ушел в отставку с поста заместителя директора ЦРУ по научной и технической части, чтобы занять кресло президента «Хьюз эйркрафт». Эд Нигро, пентагоновский генерал, подал в отставку в возрасте всего 48 лет, чтобы «присматривать» за делами Хьюза в Лас-Вегасе. «Я считаю, что и здесь еще могу послужить моей стране»,— заявил Нигро репортерам.

Хьюз направил Мэхью меморандум, в котором излагалась мысль о необходимости использовать связи Нигро в Пентагоне с тем, чтобы «обеспечить продолжение вьетнамской войны» и соответственно расширить сбыт вертолетов, производимых компанией «Хьюз эйркрафт». (Фактов, указывающих, что Нигро действительно предпринимал что-либо в этом направлении, обнаружить не удалось.) Хьюз также распорядился, чтобы Мэхью дал взятку федеральным властям и добился прекращения подземных ядерных испытаний в Неваде. Этого, правда, ему добиться также не удалось. Но зато вскоре правительство начнет тайно финансировать один из его проектов — «Глоумэр эксщюурер», причем суммы будут достигать нескольких сотен миллионов долларов. Полюбовный брак между Хьюзом и ЦРУ пользовался благоволением небес: бактериофобия и патологическая страсть эксцентричного миллиардера к сверхсекретности идеально соответствовали склонностям ЦРУ. Прошло немного времени, и организация Хьюза стала оказывать ЦРУ услуги в мировом масштабе, превратившись в крупнейшего частного подрядчика ЦРУ. Для них не существовало ни слишком больших, ни слишком малых дел. Фирмы «Хьюз эйркрафт» и «Хьюз тул компани» использовались в качестве «ширм» и служили «главными казначеями» для оплаты секретных агентов, где бы те ни находились. Выплаты обычно осуществлялись наличными непосредственно Хьюзом и ЦРУ, но порой штатные сотрудники ЦРУ получали чеки, выписанные Хьюзом из своих фондов заработной платы. Эти суммы ЦРУ потом возмещало Хьюзу до последнего цента.

Кэй-Сэл — заросший кустарником клочок бесплодной земли, один из Багамских островов, со всех сторон окруженный коралловыми рифами. Он находится в стороне от туристских маршрутов, а с коммерческой точки зрения цена его равна нулю. В тайной войне против Кастро, однако, это был поистине драгоценный остров: от северного побережья Кубы до Кэй-Сэла всего лишь тридцать миль. На нем к тому же имелась взлетно-посадочная полоса. Остров принадлежал Говарду Хьюзу.

Медицинский институт Хьюза в 1956 году арендовал остров у майамского строительного магната Кларенса Муди, получившего его в долгосрочное пользование у багамского правительства. Управлял им от имени Хьюза сын Муди Осмот. На острове находился также британский таможенник на службе Ее Величества, который за бутылку виски мог закрыть глаза буквально на все.