Чтение онлайн

После разговора с переводчиком, женщин провели в комнату Н-Гдэны и начались охи и ахи, перемежаемые объятиями и радостными слезами. Я даже порадовался за малышку. Ведь, в общем-то, люди в большинстве случаев везде неплохие. Вот только бывает иногда... Ну да ладно, кто старое помянет...

Подождав, пока утихнут латиноамериканские или, вернее, африканские страсти, Ленка спросила:

– Так что же будем делать?

Михаил Иванович перевёл, и Н-гдэна живо ответила:

– Я хочу забрать малышку.

Да никто в этом и не сомневался, так что я готов лететь назад.

Но в этот раз молодая мама упёрлась, как говорится рогом. И заявила, что тоже должна ехать за своей дочерью.

В общем-то, мне без разницы, вот только Лена воспротивилась. И, отведя меня в сторону, зашептала.

– Знаешь, Юра, что-то не хочется мне брать её с собой. Ведь, попадя назад, она захочет остаться. А ты же сам видел, как там у них...

– Так уж и захочет?
– Удивился я.

– Захочет, захочет.
– Заверила Лена.
– Так уж мы устроены, знакомая опасность кажется нам лучше неизвестности.
– И, видя мои сомнения, добавила: - Помнишь те несколько дней перед приходом в ваш мир, что я провела "у тебя". Я ведь, вполне серьёзно подумывала о том, чтобы вернуться назад.

Вот даже как. Я поджал губы и недовольно глянул на Ленку. Стараешься тут, из кожи вон лезешь, а она, видите ли "собиралась вернуться".

– Да ладно тебе.
– Примирительно сказала она.
– Да и вообще "дела давно минувших дней, преданья старины глубокой..."

– Ладно, Лен, - согласился я, - проехали. И что ты предлагаешь?

– Военную хитрость.
– Заговорщиски зашептала она.
– Пусть Инна отвлечёт внимание Н-Гдэны и тёток, а мы тем временем сгоняем назад и заберём Кени.
– И добавила.
– Знаешь... ведь, останься она в Африке и её либо того... Либо же она выживет и озлобится. А, обладая способностями, сам знаешь, что из этого может выйти... В общем-то, я был с нею согласен. И мы, отозвав Инну в сторону, объяснили ей, чего хотим.

Как всегда, Инка с сомнением покачала головой, готовясь высказаться "по поводу" но - бывает же!
– воздержалась. По видимому, всё дело в том, что моё участие в уговорах сводилось к молчаливому присутствию, а всю, если можно так выразится "уговорительную" часть, взяла на себя Ленка. Что угодно ложу под топор, что, ежели б за дело взялся я - не миновать бы дебатов по поводу ненужности задуманного и моей умственной несостоятельности. Да и фиг бы я стал с Инкой советоваться и просить её помощи. Просто бы ломанулся назад в эту чёртову Африку и поставил Н-Гдэну а заодно и Инку перед свершившимся фактом. Но, поскольку за дело взялась Ленка, все быстро уладилось и Инка, закусив губу только кивнула головой. Собственно, ничего такого уж страшного мы не задумали. Просто, дабы подсластить пилюлю, Инке предстояло отвезти Н-Гдэну и тёток на один из московских рынков. Всё же ни одна женщина не устоит перед разноцветьем Лужников или Горбушки. Как говориться и нам спокойнее и людям приятно. Да и ожидание вещь сама по себе довольно нудная. А тут, нашим гостям предлагалась такая увлекательная экскурсия.

Ну, а мы с Леной, как вы понимаете, снова отправились в уже порядком набившую оскомину Африку. Даже рассказывать про это неудобно, честное слово. В общем, как всегда. "Как только прилетели - сразу сели"... И двинулись на поиски этого таинственного доброжелателя, что решил в отсутствие матери позаботиться о малышке. Руководствуясь описанием Н-Гдэны и сердобольных тёток, мы добрались до обиталища родни мужа без помех. И даже смогли поговорить с ними и увидеть малышку. Как и положено заботливым родичам, те поначалу встретили нас в штыки но, просмотрев запись лица их расплылись в убытках. И чёрт его знает, чего в этих самых улыбках было больше, облегчения оттого, что с Н-Гдэной всё в порядке, или же радости, что не придётся взваливать на свои плечи заботу о девочке, и кормить лишний рот. Да и то. Из редких и довольно беглых просмотров газет и посещений Интернета, происходивших чуть почаще, я был в курсе, что у них здесь сплошная нехватка продовольствия и вообще, мрак и ужас. Так что, мы быстро, относительно конечно, уладили все вопросы и, взяв малышку за руки, усадили её в Ленкин Джип. Девчушка лет десяти совершенно не боялась, и вовсю крутила головёнкой, тараща свои глазёнки. Вспоминая довольно таки юный возраст Н-Гдэны я только диву давался, что у неё такая большая дочь. Сюрпризы начались, как только мы выехали за город и Ленка, дабы не травмировать малышку, предложила ей проглотить капсулу со снотворным.

– Не хочу, - В подтверждение своих слов энергично покрутив головой заявила маленькая упрямица. И, что удивительно, на вполне удобоваримом английском. От удивления у меня отвисла челюсть, а глаза Ленки поневоле засветились радостью.

– Откуда ты знаешь язык?
– удивилась Лена.

– Сестра Тереза научила. Она постоянно говорила с нами только по-своему, и я скоро стала понимать. А ещё она показывала нам мультики.

При воспоминаниях о мультиках глаза ребёнка засветились восторгом.

– Но пойми, Кени, нам предстоит трудный перелёт, и тебе будет плохо.

– А на чём мы полетим?
– Живо поинтересовалось дитя.

– На очень быстром самолёте. И непослушных маленьких девочек в нём сильно укачивает.
– Терпеливо ответила Ленка.

– Хочу на самолёте, - немедленно заканючила нахалка.

Дело принимало серьёзный оборот, и я, поняв, что уговоры займут не одну минуту, растянулся на траве, заложив руки за голову и уставившись в небо. Надо сказать, ничего себе было небо в этой самой Африке. Синее и прозрачное, без малейших следов облаков. И ещё на нём имелось солнце. Симпатичное такое солнышко, обеспечивающее пятьдесят градусов в тени. Поскольку из растительности имелась только травка, на которой я разлёгся, то тень, сами понимаете, была от Джипа.

Сквозь начинающую подступать дрёму я слышал Ленкин голос, продолжавший увещевать бесёнка, вовсю прыгавшего на переднем сиденье и нараспев декламировавшего что-то на непонятном для меня языке. Впрочем, "ноу" я понял.

– Лен, может, вколоть ей снотворное, а?
– Вяло промычал я. А то ведь до вечера не уломаешь.

– Я думаю, не стоит.
– Возразила Лена.
– Не хочу травмировать психику малышки. Ей и так пришлось несладко.

– А, ну ладно.
– Без энтузиазма согласился я.
– Тогда вот что. Я, пожалуй, "схожу к себе". Ну, окунусь там, и вообще.

Ленка понимающе хмыкнула. И то верно, ведь жара стояла несусветная. А насчёт отлить, так вообще, никаких условий. На ближайший десяток километров ни одного кустика, да ещё этот чертёнок в юбке.

Я поднялся и, отряхнув брюки от налипших стебельков, повернулся к джипу спиной, чтобы совершить "переход". Дьяволёнок, вовсю скакавший на кожаных подушках, с радостным визгом прыгнул мне на спину, я "сделал" шаг, уносящий меня из чёртова пекла в такой уютный, родной дромос. С его оптимальной, не вызывающей дискомфорта температурой и ласкающим слух плеском волн любимой реки.

– Йо-у, - раздалось у меня над ухом. И, соскочив с моей спины, девочка помчалась к воде.

Ну ни фига ж себе. Во все глаза я таращился на маленькую проказницу, весело сбросившую с себя платьице. Но зрение меня не обманывало. Малышка не проявляла ни малейших признаков недомогания, не говоря уже об со страхом ожидаемом мною "танце смерти" а, напротив, забравшись в воду по грудь, задорно шлёпала ладошками, вызывая тучи брызг и заливисто хохоча.

– Как ты себя чувствуешь?
– Очумело спросил я.

В ответ мне что-то защебетали и окатили водой. Упёршись в этот языковой барьер я, не долго думая, повернул обратно, "выйдя" наружу и оказавшись нос к носу с Ленкой.

– Ну, слава Богу. А то я уж измучилась совсем.
– Она устало улыбнулась.
– Кстати, как там она? Спит?

Не желая что-либо объяснять, я схватил Лену за руку и мы вновь оказались на берегу реки.

– Дела-а, - только и смогла протянуть Лена, но глаза её помимо воли загорелись радостным блеском.
– Выходит...