Чтение онлайн

"Але ж и смачная у вас у Беларуси вада".
– Сказал шпион, желая завязать контакты с местным населением. "Твоя правда, сынок. У вас у Амерыцы такой няма".
– Ответила сердобольная бабулька. И, глядя на растерянность и недоумение, написанные на лице собеседника, одетого в телогрейку и кирзовыве сапоги, простодушно пояснила.
– "Дараженьки, так ты ж негр". Да уж, многие совершенно искренне представляют иностранного разведчика в виде узколобого типа, крадущегося через границу на коровьих копытах, навьюченного автоматом, минами, баклажкой с ядом, рацией и прочим мусором...

Вообще-то, из прошлого визита я сделал вывод, что этот маленький нюанс не играет большой роли. Как и у нас, как в любом мире, простым обывателям было начхать на такие мелочи как цвет кожи какой-то там девочки. Да и официальная версия всячески скрывала сам факт "стерилизации" планет, предшествующий заселению. Так что, никем, кроме "своей" Кени посчитать не могли. Ведь, большинство народа даже не подозревало о существовании других рас. Хотя, любопытно, всё-таки. Как это у них получилось? В смысле, такая однотонность расцветки. Или же, в силу своей нетерпимости они попросту вырезали непохожих ещё в доисторические времена? Да так давно, что даже упоминания об этом не сохранилось? Ведь изничтожили же кроманьонцы всяких там питекантропов и неандертальцев. Хотя, вроде бы, те жили на Земле аж двести тысяч лет. Тогда как мы, современные Хомо, населяем её лишь каких-то двадцать. А помним себя и того меньше.

Жратву местную я попробовал ещё в прошлый раз, так что ни капельки не боялся. Да и, если гипотеза Профа верна, то мы - это они. А подвергать сомнению высказывание Семёна Викторовича у меня, как вы понимаете, нет никаких оснований. Поэтому, затарившись по полной программе я двинул назад.

Кени, в наглую завладев единственным обручем-ментаграторм, что выделили мне Проф с Лёнькой, смотрела местные новости. Забрать игрушку у младенца всегда было выше моих сил и я, кое-как сервировав стол, принялся поглощать образцы местного фаст-фуда. Кени присоединилась и, с набитым ртом принялась спрашивать.

– А-чгум-хрум... Мум..?
– В глазах у неё стоял вопрос?

Я что, недоумок, что ли? Когда надо, и без переводчика могу. И, набив полный рот, я ответил.

– Угу-м-м.., т-прум-нюм!

Весело блеснув глазами, малышка удовлетворённо кивнула и снова уставилась в экран. Во бля! Всё же находчивость - великое дело!

Наконец, когда новости закончились, да и запасы изрядно оскудели, она сняла обруч и начала.

– Ну что, пойдём в люди? Нам ведь столько всего надо накупить!

Видали, да? Такая кроха, а уже женщина! И кто бы мог подумать, что нестись чёрт знает куда её заставило желание походить по местным магазинам?

Вообще-то, накануне, ещё "дома" я хорошенько выспался. Да и здесь, солнце стояло высоко и, как будто, было не слишком поздно. Но, прибыв куда-либо, я всегда в первый день на этом и останавливался. Ну, правило у меня такое: "Один день - одно дело". Так что, день приезда - это святое. Отдохнуть надо, акклиматизироваться. В крайнем случае, можно продегустировать местные напитки и - особливо!
– продукцию пивоварен. Но чтобы вот так вот, с места в карьер браться за дела?!!

Обнаглел, скажете вы. Тут, так-зать Человечество В Опасности, а он барствует, понимаешь... Ну и хрен с ним, с человечеством. То есть, не то что бы совсем уж так категорически, но один день-то сможет оно без меня перебиться? Подозреваю, что сможет. И даже не заметит этотого. Да и, я-то себя лучше знаю. И, коль не лежит у меня душа с наскоку заниматься делами - так тому и быть. А то напортачу ещё чего. В этом деле мне вроде как нет равных.

К тому же и, отмазка у меня есть. Исторический пример, понимаешь. Уинстон Черчилль, как будто был неглупым человеком, а? Так вот, этот самый Черчилль раз и навсегда установил для себя ПЯТИДНЕВНУЮ рабочую неделю. И свято следовал своему правилу до конца жизни. Вы только прикиньте, Англия в блокаде, Лондон бомбили, а он на уик-энд за город выезжал. И ничего, мир не рухнул, а англичане до сих пор процветающая нация. Это только у нас, какой-то идиот сформулировал "золотое" правило, что, дескать, "чем хуже для исполнителя, тем лучше для дела". Покажите мне хоть одно хорошее дело, сделанное озлоблённым индивидуумом с испорченным настроением? Вот и живём как-то... Буратинисто... В общем, "выходить в люди" мне совершенно не хотелось. А хотелось, напротив, полежать-подумать. Очень способствует пищеварению, знаете ли! Так что я, согласно кивнув, "шагнул" в коридор.

Вот и пригодились мне обе половинки хрустального шара. Активизировав ту, что была под рукой, я положил на неё руку и... Оказался возле Лагеря. Взяв спальник, что нибудь почитать а так же несколько разнокалиберных песочных часов я, прикоснувшись ко второй части Талисмана "перешёл" назад.

Зачем расстраивать ребёнка? Поваляюсь пока, посплю-подумаю.

Понежившись часов шесть, я выкупался в реке и, включив карманный прибор в обратно-ускоренном режиме "вернулся" к Кени за секунду до "входа". И, свежий и отдохнувший, радостно заулыбался.

– Конечно, малыш. Только, сначала, нам нужно обменять наши безделушки на местную валюту.

– Кени радостно заизжала, и мы отправились к знакомому мне старьевщику.

Всё те же стеллажи, заваленные барахлом. Так же висят на стенах картины, про которые я как-то и забыл. Вот и ответ на вопрос, кто в этом мире жил раньше. А жили здесь, похожие на нас "Хомо Сапиенсы". Смуглые и со светлыми волосами.

Пямятуя о дуэли, я не стал щерится а, сохраняя серьёзную мину высыпал перед хозяином жменю побрякушек. И, попытавшись вспомнить, сколько пластиковых карточек он дал мне в дополнение к ментагратору, вовсю напряг извилины.

Дядька с зелёной мордой тем временем, состроив задумчивую мину, прикидывал в уме, на сколько ж нас ободрать. Ну-ну, родимый. Посмотрим... Наконец, он назвал сумму, и она была раза в три ниже той, что должна была быть.

"Кто старое помянет - тому глаз вон. Кто старое забудет - тому оба вон". Так что, сами понимаете, счёт был два - один в мою пользу, тем более что торгаш "не знал, не знал, да и забыл". Я же, помня о честности вдруг прорезавшейся в нём после дуэли, ничего не объясняя вломил порядочнейшему между глаз. Подождал, пока бедолага вылезет из-под прилавка, и добавил. Двойной эффект, так сказать, двойное удовольствие...

Затем сгрёб кольца-брошки и, кивнув Кени, направился к выходу.

– Погоди, новичёк!
– Окликнул он меня, едва за спиной хлопнула дверь.

Стоя на пороге, он держался за скулу, другой рукой опираясь на косяк.

Я вопросительно поднял брови, совсем забыв о парафине закачанном в мою рожу. Кожа тут же натянулась, и челюсти стало тесно. Но, поняв молчание правильно, он продолжил.

– Я, кажется, ошибся, назвав тебе предполагаемую сумму. Сам понимаешь, в помещении темновато, вот и не смог сразу разглядеть, что ты принёс.

Кени, лишённая обруча, недоумённо таращилась на нас и я, указав на обруч, сидящий у меня на голове дотронулся до лба малышки.

Хозяин скрылся в лавке и тотчас вернулся, став прилаживать тоненький и изящный ободок на курчавых волосах малышки.

Дальше всё пошло как по маслу. Лавочник тщательно пересчитал драгоценности и, открыв необычного вида сейф достал стопку пластиковых карт. Кени, проказница эдакая, вдруг "пропала" на какое-то время и, "проявившись" тоже вывалила на прилавок кучу ювелирных изделий?