Чтение онлайн

Надо сказать что душа Рианны соединялась с её телом чрезвычайно тонко и деликатно, образуя сенсорную панель такой необычайной чувствительности, что пассы Дуэйна вокруг неё и внутри её тела отнюдь не остались ей незамеченными. Она тихонько села в своё кресло перед компьютером и открыла маленький ящичек в столе, где помещался миниатюрный алтарь - небольшой хрустальный шар, чётки из тёмного морского янтаря, ароматическая свеча на бронзовом подсвечнике, фотография сына Рианны, умершего во младенчестве, и маленькая деревянная статуэтка любимого афроамериканского святого Джона Колтрейна, Паганини джазового тенор-саксофона и мученика героиновой зависимости. Рианна прикрыла глаза и обратилась к своему ангелу-хранителю:

– Angel of God, My Guardian Dear, to whom His love commits me here... I know you"re flying around me and inside me a thousand different ways, testing me if I am ready. Please don"t check me so thoroughly! My soul and body are ready for him, any day, any minute! But he"s not ready for me yet! He is still mourning his wife... I think he needs more time to realize that I am a woman, too, and feel how much I love him!

Адмирал успел пройти два лестничных пролёта, прежде чем Дуэйн оторвался наконец от Рианны, последовал за ним и ловко юркнул на своё уже привычное место в адмиральском теле.

Шофёр-телохранитель адмирала сержант Олаф Эриксон сидел во вращающемся кресле время от времени перекидываясь короткими фразами с сидящим неподалёку офицером-охранником, вполглаза поглядывая на мониторы и просматривая на планшетке какие-то маршруты.

– Olaf, we"re going to the city!
– несмотря на свой флотский патриотизм, адмирал Шерман предпочитал чтобы в качестве шофера и порученца у него служил не матрос, а опытный морской пехотинец, умеющий найти выход в любой ситуации.

– What is the exact destination, sir?

– UC Berkeley Medical School. Let"s go!

Адмирал, вышел из офиса через предусмотрительно открытую сержантом дверь, сощурился на яркое калифорнийское солнце, вынул из кармана кителя тёмные очки и аккуратно надел. Эриксон надел свои тёмные очки, ещё спускаясь по лестнице, сразу после того как проверил оружие в наплечной кобуре. Понятное дело, сержантский Глок был на своём месте, но ритуал был неизменен.

Сержант Эриксон осмотрел Хамви, открыл заднюю дверь и извлёк из продолговатого тёмно-зелёного металлического ящика камуфлированный АК-12 под натовский патрон и два запасных рожка к нему. Он предпочитал это точное и безотказное оружие всем остальным штурмовым винтовкам, с которыми ему доводилось иметь дело. Присоединив магазин и дослав патрон в патронник, сержант аккуратно установил автомат в специальное крепление рядом с водительским сиденьем, расчитанное так чтобы можно было быстро взять оружие в руки в случае необходимости.

В стране не было криминалитета, не было вооруженных боевиков, не было разведчиков и диверсантов иностранных государств, не было внешних врагов - Пандемия оставила всё это в прошлом - но армейские и флотские уставы сохранили каждую букву из тех времён когда все эти опасности еще существовали, и военные служили так же как они служили в не столь далекие времена когда всё еще было по-другому.

Адмирал уселся на заднее сиденье позади водителя. Сержант Эриксон повернул ключ зажигания, мягко заработал дизель новейшей разработки фирмы Камминс. В его топливный бак можно было лить любое биотопливо, начиная от рапсового масла и кончая отработанным кулинарным жиром из ресторанов. Запасы биотоплива были ограниченны и использовались военными очень экономно. Автомобилей работающих на водороде и электричестве становилось заметно больше, но пока ещё было недостаточно чтобы заменить все автомобили с традиционными двигателями. Сержант плавно вывел Хамви на улицу, подождал пока закроются автоматические ворота офиса и повёл машину к сто первой дороге.

Улица была почти пуста. Все давно отвыкли от густого потока легковых автомобилей. По велодорожкам, которые теперь в обязательном порядке были на каждой улице, неторопливо катили велосипедисты, причём явно не с целью покататься на велосипеде, а куда-то по делу. Из автотранспорта на дороге попадались лишь редкие пассажирские автобусы, большие и маленькие грузовики и служебные автомобили. На протяжении всего пути адмиральскому Хамви не повстречалась ни одна полицейская машина по той простой причине что таковых больше не было.

Полиция уже давно перестала патрулировать дорожную сеть потому что все люди с неустойчивой психикой, не умеющие вести себя на дороге, сгорели в огненной лихорадке. Более того, опасность подстерегала и ответственных грамотных водителей, так же как и их пассажиров. Любая более или менее серьезная травма, полученная в автоаварии, как и серьезная болезнь, означала скорую смерть. Лихорадка не позволяла тяжело больным и инвалидам заживаться на этом свете больше чем пару недель. Поэтому все водители ездили исключительно осторожно, и аварий практически не случалось.

Ушли в историю штрафы за нарушения ПДД, а сама дорожная полиция была реформирована в службу экстренной помощи на дорогах. Основная же масса водителей индивидуальных транспортных средств, которых пощадила лихорадка, сдали свои оставшиеся без топлива автомобили во вторсырьё и пересели на велосипеды или стали пассажирами автобусов, ездивших на спирту и на биотопливе.

Нефтехимия, лишённая сырья, умерла вместе с остальной нефтянкой, и огромная масса легковых автомобилей, лишённых топлива, превратилась в ценный источник вторичного сырья для химической промышленности. Из них извлекали пластиковые детали и пускали на переработку. Утилизировалось практически всё - от автопокрышек до оболочек кабелей. Металлические корпуса шли на переплавку.

Пассажиров общественного транспорта в результате оказалось относительно немного, и не только потому что половина потенциальных пассажиров не пережила Пандемии. Все кто по роду своей деятельности мог работать, не посещая офиса, в режиме удалённого доступа по компьютерной сети, были обязаны по закону работать из дома.

Специальная государственная комиссия по оптимизации труда работала с компаниями, пересматривая штатные расписания, должностные обязанности и организационную структуру предприятий и переводя как можно больше работников на работу из дому чтобы добиться максимальной экономии пассажиро-часов и сократить непроизводительные потери времени на поездки на работу и с работы.

Впрочем, государственной комиссией её называли лишь по традиции. На самом деле в этой комиссии не было ни единого живого человека, а все её функции выполняла интеллектуальная компьютерная система, которая заменила не только эту комиссию, но и всё прочее правительство, сожжённое дотла огненной лихорадкой. Люди были вынуждены целиком и полностью делегировать функции управления государством компьютерам, потому что никого больше не соблазняла ни карьера политика, ни должность государственного чиновника - всем хотелось жить. Никто нимало не удивлялся тому факту что и Конгресс, и Верховный суд, и аппарат президента заменила автоматизированная система, созданная несколькими командами разработчиков с индийскими и украинскими фамилиями, и святая святых американской демократии в конечном итоге легко уместилась на нескольких сотнях мощных серверов, не нуждавшихся в защите данных, ибо некому было эти данные красть.

В значительной мере необыкновенная лёгкость, с которой произошла передача власти от людей к интеллектуальным компьютерным системам, объяснялась исключительным облегчением задач, возложенных на правительство. Наитруднейшая из них - обеспечение национального согласия в бурлящем и полном социальных, религиозных, расовых и культурных противоречий американском обществе - полностью потеряла свою актуальность, потому что никто из возмутителей общественного спокойствия не пережил Пандемии.

Не только радикальные элементы, но и все кто слишком активно боролся за свои права, пренебрегая обязанностями, сгорели в огненной лихорадке. Сексуальные, национальные и и культурные меньшинства сохранили только тех своих представителей, которые хотели открыто жить жизнью аутентичной для их культуры и при этом честно работали. Те же кто пытались использовать свою принадлежность к меньшинствам для получения пособий, привилегий и возможности вербовать новых сторонников посредством агрессивной пропаганды, очень быстро окончили свой жизненный путь, как и прочие нечестные люди.