Чтение онлайн

Когда появился Джексон, казалось, что он едва сдерживает свою ярость. Для парня, который так часто пускал в ход кулаки, он слишком презирал насилие над женщинами. Он подошел к столу, подпирающему дверь, затем опустился на землю возле одной из его ножек. Чтобы лучше блокировать дверь? Или потому что это место в комнате было максимально далеко меня?

Казалось, в нем бурлит энергия, не нашедшая выхода, словно у тигра, бродящего по клетке. Будто зверю в ловушке, Джексону было некуда податься.

Я попыталась поставить себя на его место. Как бы я поступила, если бы считала его одним человеком, а потом он оказался кем-то совершенно другим? Я хорошо знала, как выглядела, управляя своими силами — я была в ужасе, увидев в кошмаре прошлую Императрицу.

Если даже я была возмущена, как он мог не быть?

Над нами раздался топот, затем грохот! Как будто кто-то опрокидывал мебель.

— Они вернулись, — прошептала я. Бэгмены взяли наш след.

Мы все уставились в потолок, Джексон и Селена подняли свои лук и арбалет. Сколько их там? Сможет ли разлагающееся здесь, внизу, тело, перебить наш запах?

Несколько ударов сердца; они двинулись дальше. Селена и Джексон медленно опустили оружие.

Облегченно вздохнув, Финн сел рядом с Селеной, он все еще был безумно влюблен; она пристально посмотрела на него.

— Полагаю, нам придется провести здесь какое-то время, — начал он. — И мне нужны ответы на кое-какие вопросы. Например, почему вы двое ведете себя так, будто хотите убить друг друга. Должен заметить, две самые горячие штучки на всей земле.

— Скажи им, Селена, — пробормотала я. Я все еще восстанавливалась, и это значило, что боль расходились по всему телу. — Расскажи им все, что ты знаешь об этой игре — все, что ты скрывала от нас все это время.

— О, ты с кем-то заговорила! — Селена схватила лук, лежащий на коленях, словно хотела выстрелить в меня.

— Что за игру вы имеете в виду? — спросил Финн. — Стрип-покер это игра. Бросание монетки это игра. Игры это весело.

Так, будто слова из нее вытаскивали, Селена сказала:

— Раз в несколько веков начинается борьба, двадцать два подростка противостоят друг другу в конфликте не на жизнь, а на смерть. Мы называемся Арканы и у нас есть особые силы, как и в любой игре.

Финн поднял руку:

— Эй, ты говорила, что не знаешь, почему у вас есть силы.

— Я солгала. — Сказала она без капельки стыда. — Последние оставшиеся в живых, получают возможность дожить до следующей битвы, как бессмертные. Наши истории зафиксированы на картах Таро.

Я посмотрела на Джексона, чтобы увидеть, как он воспринимает эти откровения. Его глаза сузились, осматриваясь вокруг. Да, кайджан, мы все скрывали от тебя секреты, а я больше всех. Да, мы не полностью, ну, люди. И да, ты застрял в подвале с уродами.

Селена продолжила:

— Некоторые семьи хранят записи об игроках и сражениях, подробные хроникам. Моя семья. Семья Эви. Ее бабушка мудрая женщина, летописец Таро, Тарасова. Тем не менее, по каким-то причинам Эви говорит, что забыла все об этом.

— Я забыла, потому что была маленькой! — отрезала я, хотя это была далеко не вся правда. Не нужно сообщать ей, что я была перепрограммирована в ПШР, в психушке в Атланте. — Мне было восемь, когда я видела ее в последний раз.

Селена указала на мою руку:

— Сейчас Эви вошла в игру по-настоящему. Она начала убивать.

Финн спросил меня:

— То есть тот парень, сумасшедший ученый, был Арканом? Как ты нашла его?

— Я слышала его позывной и последовала за ним.

Селена пояснила Джексону:

— У всех Арканов есть фраза, как подпись, обозначающая их характер. Мы можем слышать друг друга. Я думаю, так мы общаемся. Так мы можем сказать кто близко.

Чтобы найти Алхимика, я научилась блокировать голоса и мысли других, подобно поиску станции на радио. Даже если я не буду на связи с каналом Арканов, другие будут по-прежнему принимать трансляцию.

— Это верно, Селена, — сказала я. — И все же ты говорила нам, что никогда не слышала голоса, называла нас сумасшедшими.

Финн бросил на меня чертовски красноречивый взгляд.

Словно я ничего не говорила, она сказала Джексону:

— Мы можем даже услышать мысли, если они сопровождаются сильными эмоциями.

Сейчас Арканы были взбудоражены и мы все слышали это:

— Императрица совершила первое убийство!
–

— Алхимика больше нет!
–

— На ней сейчас два знака!
–

Остальные замолчали, когда Смерть заговорил:

— Я пролью кровь Императрицы. Поэтому я определяю игру.
–

Так как он угрожал мне уже несколько месяцев, мне было наплевать на его слова. Смерть хочет грохнуть меня? Может быть во вторник.

Финн спросил:

— Как Смерть может говорить со всеми?

Так же как Мэтью, Смерть может мысленно общаться со всеми нами. Но особенно со мной.

— Он выиграл три последние игры, — сказала Селена. — Ему больше двух тысяч лет. Уверена, он знает некоторые трюки.

Я предполагалась как последний победитель, он — король эфира или еще чего-то. Объясняет ли это, как он может читать мои мысли?

Если Селена ожидала, что Джексон включится в диалог, ее ждало разочарование. Он не отвечал, не задал вопросов. Почему? Он любил разгадывать загадки, и если кому-нибудь и предстоит разгадать все это…

— Парень, которого ты убрала, был Алхимиком, да? — спросил меня Финн. — Что? Не картой Серийный Убийца? Или Невменяемый убийца?

Я покачала головой:

— Так же известен как Карта Отшельник. Он изготавливал исцеляющие сыворотки и зелья, дающие ему сверхчеловеческую силу, но он даже не знал об игре. Он сказал мне, что записывает истории людей после апокалипсиса и обещал еду, если я позволю ему записать мою. — Абсолютная ложь. — Я заметила, что он добавил в мой напиток наркотики, поэтому я играла одна, действуя на свой страх и риск, потому что мне показалось, я слышала кого-то в подвале. — Мой взгляд метнулся к подземелью. — У него там было приковано четыре девушки, на которых он экспериментировал. Одна не выжила. Остальных я освободила. — Я обратилась к Мэтью: