Чтение онлайн

— Вы не смеете так разговаривать со мной, — ответил Флориан, но произнес он это таким жалким тоном, что Иса сразу поняла: сын просто хорохорится.

— Смею и буду! — рявкнула Иса, словно кнутом хлестнула. Она подняла руки так, чтобы Великие Кольца Ренделшама, вместилище истинной мощи Рендела, сверкнули на свету. — Вот это дает мне право! Кольца до сих пор не принимают тебя, иначе бы они давно перешли к тебе, по собственной воле, как перешли ко мне. Тьфу! Ты — король? Ты, избалованная пустышка, вырос таким потому, что у меня было слишком много забот, чтобы заниматься твоим воспитанием. Понял, щенок? Это я сделала тебя королем, заявив об этом перед смертным ложем твоего отца. Могу точно так же и снять с тебя корону.

Флориан побледнел.

— Ты не осмелишься.

— Не заставляй меня доказывать это! Хотя мне и очень не нравится такая мысль, но побочная дочь моего супруга может оказаться куда более достойной трона, чем ты. Так что лучше слушайся меня и в этом деле, и во всех других, потому что у тебя, честно говоря, нет выбора.

Слова вдовствующей королевы эхом раскатились по залу. Король заерзал в кресле, глаза его забегали, словно он искал, куда бы удрать. Он боялся встретиться взглядом с теми, кто сидел за столом Совета. И вдруг его поведение резко изменилось. Он поднял голову и улыбнулся.

— Конечно, я женюсь на Ранноре! — воскликнул он. — Как вы могли подумать, что я ее брошу? Я просто забавлялся. Шутил с вами. И хорошо же я вас одурачил, если вы поверили, что я брошу самое дорогое для меня в мире существо! — Он встал и пошел туда, где ждали Раннора и Уиттерн. Они поднялись ему навстречу. Уиттерн поклонился сюзерену, а Раннора присела в глубоком реверансе.

— Нет-нет, не надо, — сказал Флориан. Он взял Раннору за руку. — Мы будем ровней. Я — твой король, ты — моя королева, если согласишься. Скажи, что ты согласна. Скажи, что будешь рядом со мной, с нашим сыном всегда.

— Если вы этого желаете, — дрожащим голосом сказала Раннора, — и если мой дедушка согласен, то и я согласна.

— О, этого я и жаждал. А вы, милорд Уиттерн? Вы согласны на этот брак?

На лице Уиттерна сменяли друг друга отвращение, презрение и неверие перед лицом такого прожженного цинизма со стороны юного короля. Исе все эти чувства были прекрасно знакомы, поскольку она нередко и сама испытывала такое по отношению к Флориану. Затем вельможа взял себя в руки и кивнул:

— Я согласен, ваше величество.

— Тогда мы устроим свадьбу как можно скорее, — сказал Флориан со странной веселостью. — Мы ведь не станем слишком оттягивать венчание, да? А то слухи пойдут.

И тут, к ужасу и удивлению всех, молодой король захихикал.

Яобим и Хальдин, некогда гордые Морские Бродяги, ныне прикованные к земле, стояли и смотрели, как другие люди, не воины, возводили нечто вроде крыши над маленьким полем. Из-за холодов, неожиданно грянувших среди лета, решено было возвести укрытия над полями, в надежде, что они помогут сохранить остатки тепла и не дадут посевам погибнуть. С другой стороны поля на страже стоял лучник Дордан. Все три воина надели теплые плащи поверх кольчуг. Работники расставили жерди по всему полю. У каждой жерди на верхушке была крестовина. Сейчас они соединяли их полосками ткани. Яобим переступил с ноги на ногу, поправил меч в ножнах. Это стояние на страже порядком утомило его.

— Эх, сейчас бы на «Горгулью», — пробормотал его товарищ. Достаточно громко, чтобы Яобим услышал его. — А то торчу здесь, поля сторожу.

Яобим рассмеялся.

— Вождь приказал, вот и стоим, — сказал он. — Думаешь, нападения трясинного народа — сказочки для детей?

Хальдин вздохнул, оперся на копье.

— Я пока ни одного не видел. И пока не увижу, не поверю…

Крик Дордана перебил его:

— Вон они!

Он уже накладывал стрелу на тетиву.

Яобим к Хальдин бросились к напарнику, стараясь не затоптать растения и не снести защиту, которую с таким трудом возвели их соплеменники. Встав рядом с Дорданом, Яобим прикрыл глаза рукой, пытаясь рассмотреть, что встревожило лучника.

— Ну и глаз у тебя, — сказал он. — Ничего не вижу.

— Они сейчас скрылись за холмиком, вон там, — показал Дордан. — Но идут они сюда.

В этот момент болотные люди выбрались из неглубокого распадка и очутились на виду у Морских Бродяг. Они бежали размеренной, быстрой трусцой. Их было шесть… нет, восемь. Яобим посмотрел на своих товарищей.

— Не очень-то мне по нраву такой перевес, — сказал он.

— Посмотрим, не сравняю ли я силы прежде, чем они до нас добегут, — сказал Дордан. Он вдохнул и пустил стрелу.

Один из болотных людей упал и больше не поднялся. Его спутники лишь на мгновение замешкались, затем снова припустили вперед. Ясно было, что нацеливались они на поле и работников. Дордан снова выстрелил, и еще один болотный житель остановился, схватившись за ногу, в которую вонзилась стрела. У Дордана не осталось времени еще на один выстрел — люди Трясины с душераздирающими воплями набросились на Морских Бродяг.

Яобим сразу же пожалел, что не взял нынче копья. Обитатели болот предпочитали копья и еще дубинки с осколками раковин на верхушках, а драться с ними мечом означало подпустить их слишком близко к себе. Он поднырнул под выпад одного из трясинных и свалил его сильным ударом. Краем глаза Яобим видел, что и его товарищи вступили в ближний бой. Всего за несколько секунд нападавшие были перебиты — за исключением того, которого ранил Дордан. Этот умудрился обойти бойцов, явно собираясь напасть на Яобима со спины, но один из фермеров разбил ему голову тяжелой мотыгой, которой корчевал сорняки.

— Спасибо, Рэнс, — сказал Яобим.

— Да сколько угодно, — ответил фермер.

Трое воинов быстро добили раненых и стащили тела трясинных жителей в кучу, чтобы осмотреть их.

— Похоже, и они от холода страдают, — заметил Хальдин. — Не только илом обмазаны. Из какой это кожи на них одежда?

— Да этих дьявольских прыгучих тварей, что по всей Трясине живут, — сказал Дордан. — Смотри-ка, еще и нагрудные пластины. — Он показал на грубый доспех, усиленный раковинами, что носили большинство жителей Трясинной земли. Затем он снял с пояса одного из убитых пустые мешки. — Собирались унести домой, сколько смогут.

— Хм. — Яобим присел на корточки рядом с убитым, задумался. — Интересно, что сказал бы Оберн.

— Ну, нам его не спросить. Наверное, сейчас сидит живой и здоровый в тепле, в большом доме в том северном городе. И его обхаживают слуги того доброго лорда, который забрал его с собой. — Хальдин махнул фермерам, и те принялись копать могилу. — Правда, сдается мне, что он уже куда как долго отсутствует. Пора бы стосковаться и вернуться к нам.

— Может, ему и не больно-то хочется возвращаться, — ухмыльнулся Дордан. — Та девица, которую ренделшамцы вытащили из Зловещей Трясины, когда увезли Оберна, была вполне себе ничего для сухопутной бабенки, хотя и тощая да бледная. Может, он сейчас с ней с удовольствием кувыркается.

Хальдин рассмеялся, и даже Яобим улыбнулся. Он не знал, какие замыслы могут быть у их вождя, Снолли, и почему тот сразу же не поехал и не потребовал вернуть сына, но Яобим знал, что Снолли способен заглядывать далеко вперед. Наверняка в его проницательном уме созрел какой-то план. Но Яобиму тоже хотелось понять, что там происходит с Оберном.

— Ну, думаю, эти трясинные не попытаются напасть снова. По крайней мере, прямо сейчас, — сказал он. — Хальдин, возвращайся в крепость и скажи, что слухи верны. Болотные люди переходят реку рядом с нами и еще там, где она поворачивает к северу, и каждый раз, как наши люди будут вне крепких стен, им нужна будет охрана. Дурные дела и злое время. Нынче небезопасно разгуливать по земле.