Чтение онлайн

Ганафакс начал громко произносить какие-то слова неведомого Коруму языка. Поднявшийся вдруг ветер раздул алый плащ принца. Ганафакс обхватил его сзади руками, и он почувствовал, что они поднимаются в воздух над головами оторопевших рагха-да-кхета, летят по коридору и, наконец, вырываются на простор.

С некоторой опаской посмотрев вниз, Корум увидел, что город быстро исчезает из виду, остается далеко позади.

Ганафакс втащил изумленного принца в корзину из желто-зеленого шелка. Корум был абсолютно уверен, что они упадут, однако воздушный змей и не думал падать.

Оборванный, грязный, обросший волосами Ганафакс так и сиял.

– Стало быть, воле Ариоха можно и не подчиниться, – заметил Корум, глядя на него.

Улыбка исчезла с лица Ганафакса.

– Если только во всем случившемся мы невольно не выполнили роль его послушных инструментов, – посерьезнев, откликнулся он.

Понемногу Корум привык к состоянию полета, хотя порой все же чувствовал себя несколько неуютно. Ганафакс что-то бормотал и напевал, подрезая волосы, бороду и усы, пока из этих зарослей не выглянуло весьма привлекательное и совсем молодое лицо. Без малейших сожалений он швырнул вниз свои жалкие лохмотья и надел чистую рубаху, дублет и штаны, лежавшие в корзине змея.

– Вот теперь я чувствую себя в тысячу раз лучше. Спасибо тебе, принц Корум, что ты явился в город Арк до того, как я успел окончательно сгнить в проклятом подземелье! – Было ясно, что Ганафакс не способен долго предаваться печальным раздумьям и по характеру человек веселый и легкий.

– Куда эта летающая штуковина влечет нас, сэр Ганафакс?

– Ах, принц! В том-то и дело, что управлять воздушными змеями я не умею, да это и невозможно. Змей летит куда хочет. Поэтому я тогда и оказался в столь затруднительном положении…

Летели они над морем.

Держась за крепежные веревки, Корум сосредоточенно вглядывался вдаль, а Ганафакс тем временем затянул песню, не слишком, надо сказать, почтительную как по отношению к Ариоху, так и Великому Псу, которому поклоняются восточные мабдены.

И тут, заметив что-то внизу, Корум сухо сказал:

– Лучше бы ты пока что попридержал язык. Особенно насчет Ариоха. Мы, похоже, летим как раз над Беспредельным Рифом, а сразу за ним, насколько я понимаю, начинается царство Рыцаря Мечей.

– Ну, до него еще довольно далеко. Надеюсь, наш змей так или иначе вскоре опустится на землю.

Пока они добрались до побережья, Корум без конца тер глаза, не в силах понять, в чем дело: Беспредельный Риф то представлялся чем-то вроде внутреннего моря, лишь по краям окруженного скалами, то превращался в монолит, начисто лишенный каких-либо признаков воды.

– Может быть, это и есть страна Урд, сэр Ганафакс? – спросил он.

– Думаю, это вполне возможно, принц. Во всяком случае, очень похоже. Подобные смены пейзажа свойственны царству Повелителей Хаоса и лишь им подвластны…

– Я никогда прежде не слышал о Повелителях Хаоса.

– Неужели? Но ведь это их воля правит сейчас твоей судьбой. Ариох тоже один из них. Давным-давно между силами Порядка и силами Хаоса шла длительная война. В тот раз победили силы Хаоса и стали править во многих мирах Вселенной. Считалось даже, что Порядок повержен навсегда и все его боги исчезли. Мировое Равновесие тогда было настолько нарушено, что все теперешние неурядицы и капризы природы связывают с той давнишней войной. А еще говорят, что некогда наш мир был круглым, а не плоским, как тарелка. В это трудно поверить, тут я согласен…

– В некоторых вадхагских преданиях тоже говорится, что мир наш некогда был круглым.

– О да! Племя вадхагов как раз переживало период расцвета, когда Миропорядок был нарушен. Именно поэтому Повелители Мечей так ненавидят древние расы – ведь эти народы созданы вовсе не ими. Однако даже великим богам, в том числе и Повелителям Мечей, не дозволено прямо вмешиваться в жизнь смертных, вот они и действуют чужими руками. В данном случае, через мабденов.

– Так вот какова истина!..

– Одна из истин, – пожал плечами Ганафакс. – Я знаю и другие варианты этой истории. Но мне лично больше нравится этот.

– А что о великих богах?… Ты ведь сказал, что Повелители Мечей…

– Ну да, и Повелители Мечей, и другие тоже… Существуют еще и Великие Боги Древности, для которых миллионы различных Измерений – всего лишь кусочки гигантской мозаики… – Ганафакс снова пожал плечами. – Такой космологии меня учили, когда я был жрецом. Не могу поручиться, что все это правда.

Корум нахмурился и посмотрел вниз: теперь они летели над монотонной желто-коричневой пустыней. То была пустыня Друнхазат, казавшаяся с высоты совершенно безводной. Так случайность помогла Коруму оказаться вблизи царства Рыцаря Мечей куда быстрее, чем он ожидал.

Впрочем, было ли то случайностью?

Жара все усиливалась; пески внизу струились и плыли, извиваясь, словно в танце. Ганафакс облизал пересохшие, потрескавшиеся губы.

– Мы приближаемся к Огненным Землям, принц Корум. Это очень опасно. Посмотри.

На горизонте Корум увидел тонкую пляшущую линию огня. Небо над ней было окрашено пурпуром.

Водушный змей летел прямо на огонь; от жара уже потрескивал воздух. Гигантская огненная стена вставала перед ними, закрывая небо от края до края.

– Ганафакс, мы сгорим заживо, – тихо сказал Корум.

– Да, похоже.

– Неужели никак невозможно повернуть этого змея?

– Раньше я пробовал. Но тогда он, спасая меня от одной беды, приносит куда большую…

Стена огня была совсем близко; лицо Корума обжигал исходящий от нее жар. Он слышал сильное потрескивание, характерное для пожара, хотя огонь здесь, казалось, мог пожирать только воздух.

– Но это же совершенно противоестественно! – пробормотал Корум.

– Противоестественное – основа любого колдовства! – заметил Ганафакс. – Таково действие сил Хаоса. В конце концов для них нет ничего лучше разрушения всякой естественной гармонии.

– Ох уж это колдовство! Как я от него устал! Оно мне всю душу вымотало, а логики его я постигнуть все равно не могу.

– Это потому, что логики в нем нет. Повелители Хаоса – враги всякой логики; они жонглируют Истиной, порочат Красоту, и я бы очень удивился, если бы они создали эти Огненные Земли, повинуясь некоему эстетическому порыву. Красота алогичности – эта вечно переменчивая красота – вот их идеал.

– Красота Зла!..

– Я полагаю, понятия «добро» и «зло» не имеют значения для повелителей Хаоса.