Чтение онлайн

Да, Полли совершила страшную подлость. Теперь она это понимала. Ведь ей требовалось не знание. Она повела себя в точности как Айви – жадина, испугавшаяся, что у нее отберут ее собственность, а еще она хотела отомстить, поскольку Том ее обидел. Вот и поддалась на подстрекательства Себа. Однако, призналась Полли самой себе, она все равно пошла бы на это, даже если бы ни с кем не советовалась.

– А самое ужасное, у меня все получилось! – воскликнула Полли вслух.

Она сидела, согнувшись в три погибели, и думала – и вдруг поняла, что в комнате стоит Фиона: та вошла, услышав музыку. Полли увидела, как Фиона возмущенно поднимает бровь при виде позаимствованного без спросу проигрывателя, а потом берет в руки конверт от пластинки, смотрит на фотографию, кивает и уходит.

– Сегодня моя очередь готовить, – сказала Полли.

Но в кухню не пошла, а, наоборот, разыскала книгу в бумажной обложке, которая пробудила в ней скрытые воспоминания. «Незапамятные времена», составитель Л. Перри. Да, в своеобразном чувстве юмора Лаурели не откажешь. Однако ничего полезного в книге вычитать не удалось, вот только рассказ Эда был подписан фамилией Анны. Полли тихонько улыбнулась. Анна все понимала, пусть и интуитивно, как Полли, хотя, если вдуматься, трое остальных участников квартета тоже не закрывали глаза на происходящее – каждый по-своему. А Анна, похоже, постаралась как могла. Тан-Аудель, обладательница чудесной памяти. Наверняка Анна считала, будто Полли по-прежнему в силах что-то предпринять. Но что, что, что?!

Бабушка говорила – поможет другая книга. – Ладно, – проговорила Полли. – Попробуем взять первую попавшуюся книжку.

Она развернулась на стуле и, не глядя, ухватилась за толстый корешок.

– Должно быть, «Золотая ветвь», если я хоть в чем-то смыслю, – пробормотала Полли.

Но нет. Просто ей попались сразу две книги. Одна шлепнулась на пол. Другая, гораздо меньше, удобно легла в ладонь. Сначала Полли нагнулась за упавшей. Это были волшебные сказки, которые Том когда-то прислал ей на Рождество и она решила, будто они ей не по возрасту. Естественно, книга раскрылась и лежала на полу лицом вниз, а Том не выносил, когда так обращались с книгами.

Полли подняла книгу и посмотрела, где она раскрылась. На сказке «На восток от солнца, на запад от луны». Ах эта! Та, в которой девушку одолевает любопытство и ее любимый исчезает в Нигдешнюю страну и женится там на другой, и героине приходится попотеть, чтобы вернуть его. «Да, – подумала Полли, – они наложили на него чары, и он не мог мне ничего сказать, но все равно сделал так, чтобы я все знала. И ведь я знала…»

Тут Полли посмотрела на вторую книгу, поменьше, которую держала в руке. «Оксфордская книга баллад». Книга была у нее все четыре года, и Полли никогда не задумывалась, откуда она взялась. Теперь она знала: книгу она получила в двенадцать лет посылкой от некоего Ли Тиня из города, где был большой собор. Да, это именно та, нужная книга. У Полли дрожали руки, когда она открывала ее на странице с содержанием. Первые две баллады были «Томас Рифмач» и «Тэмлейн». Конечно, в двенадцать лет Полли не подозревала, что Тэмлейн – это произнесенные на северный манер имя и фамилия Том Линн.

– Ничего себе! – воскликнула Полли и лихорадочно пролистала несколько страниц до определенного места во второй балладе. Отшвырнула книгу и бросилась в соседнюю комнату. – Фиона!!! – закричала она срывающимся голосом. – Какое сегодня число?

Фиона подняла голову и посмотрела на Полли поверх очков, которые надевала, когда читала.

– Уйди, – велела она без особого рвения. – Теперь мне самой нужно написать статью, остроумную и высокохудожественную. Сегодня тридцатое октября.

– Значит, это завтра! – простонала Полли. – Я опоздаю! Мне надо срочно домой, к бабушке!

– Последний автобус ушел в шесть. Тебе надо получить разрешение в деканате. В кухне разогреваются две порции замороженного рагу, – сказала Фиона. – А так – поезжай, конечно. Возьмешь такси? Или предпочтешь частный вертолет? Лично я порекомендовала бы отправиться первым утренним автобусом и предоставить нашей славной Фионе уладить все остальное. Что стряслось?

– Пока ничего… надеюсь, – ответила Полли. – Я буду и дальше тебе мешать – мне надо позвонить Себу.

Она схватила трубку и набрала номер под заинтересованным взглядом Фионы.

– Себастьян Лерой, – раздался голос Себа. Он всегда так отвечал на звонки.

– Это я, Полли, – сказала Полли.

Ладонь у нее взмокла, и трубка едва не выскользнула.

– Полл! – сказал Себ, и Полли поморщилась – такая радость была в его голосе. – Я написал тебе письмо. Неужели я перепутал адрес?

– Нет-нет, просто я была жутко занята, – ответила Полли, – а сейчас наметился просвет, вот я и решила не писать, а позвонить. Себ, можно, я завтра вечером приеду в Лондон повидаться с тобой?

Она скрестила пальцы и изо всех сил прижала их к деревянной столешнице. Рука дергалась и елозила от страха. Если Себ согласится…

– Ох, как нехорошо получается! Я жутко хочу тебя видеть, – сказал Себ. – В любые другие выходные – но не в эти! Меня не будет в городе с завтрашнего дня до понедельника. Нудное семейное сборище.

– В Мидлтоне? – бодрым тоном спросила Полли. – Давай тогда я приеду в Хансдон-хаус, там и встретимся!

– Нет, моя прелесть, – отозвался Себ со своим самым снисходительным стрекочущим смешком. – Нудное семейное сборище, любовь моя, читай – не для посторонних. Только родственники. Меньше чем полукровки не допускаются ни на каких условиях. Договоримся на следующие выходные. Прошу тебя.

– Тогда я буду занята, – сказала Полли. Однако прямо отказаться не решилась: вдруг Себ догадается, зачем она на самом деле звонила. – Давай на выходные через две недели, хорошо?

– Отлично. Вернусь и сразу тебе позвоню, – пообещал Себ.

Полли повесила трубку. Да, все сходится. Карла говорила, что связаться с мистером Томасом Линном можно будет только после тридцать первого октября. Себ собирается завтра на так называемое нудное семейное сборище. В тот же день. Полли должна это пресечь. Непонятно как.

– Твоими стараниями счета за телефон у нас побьют мировой рекорд, – сказала Фиона. – Полли, я разочарована. Глядя на твое лицо, я уже решила, что ты звонишь, чтобы послать Мармадьюка подальше!

– Это я собираю улики, чтобы послать его подальше, – ответила Полли. – Не волнуйся, он свое получит. А теперь разыщи мне расписание автобусов, и больше я не буду к тебе приставать.

На следующее утро Полли сидела в автобусе, ехавшем в Мидлтон, и сжимала в руках книгу баллад. Перечитывать первые две ей не было нужды. К этому времени она знала их практически наизусть. Зато думала о них всю дорогу.

Обе баллады были о молодых людях, которыми завладела Лаурель, однако судьбы у них сложились совсем по-разному. Томас Рифмач был поэт и музыкант – и настоящий храбрец. Когда Лаурель предложила наделить его за верную службу даром всегда говорить правду, он отказался, причем наотрез. Мол, он сам хозяин своему языку. Но Лаурель настояла на своем и дала ему этот дар. Да, очень неудобный дар, подумала Полли, к тому же Лаурель сердилась, когда наделяла им Томаса, вот и получился он не просто неудобный, а прямо-таки тягостный. «Мой верный Том», – так называла она Томаса, а через семь лет взяла и вернула его в мир обычных людей с этим неудобным даром. В книге история на этом обрывалась. Однако Полли попадалась и более длинная версия – возможно, в какой-то другой книге из тех, что прислал ей Том, – и там ясно говорилось, что Томас Рифмач оставался собственностью Лаурели и после возвращения домой. Спустя много лет она пришла и забрала его, и больше его никто не видел.