Рыцарь Ордена (Книга 3)
Шрифт:
– Проклятье, Энинг, ты был прав.– Нетерпение Ратобора вмиг сменилось самым пристальным вниманием.– Вы уверены, что это был ребенок?– повернулся он к крестьянину.
– Да, э-э...– крестьянин замялся, не зная как обратиться к Ратобору.– В общем, мальчишка. И тут из-за поворота выскочил еще одни всадники. В общем, они гнались за тем мальчишкой. Верно Питер?
Второй крестьянин, все это время не проронивший ни слова, согласно кивнул.
– В общем, - продолжил первый.– Мы удивились. Я говорю, в общем: "Глянь, Питер, разбойники ребенка преследуют", а он мне в ответ: "Не похожи они на разбойников".– Тут крестьянин удивленно посмотрел на Ратобора, который пытался немедленно продолжить погоню и которого с трудом удерживал Отто.
– Продолжай, - мрачно попросил я.– Они догнали всадника?
– В общем да. Вот здесь. Мы как раз выглянули вон из-за тех деревьев и все видели. В общем, они догнали того мальчишку вот здесь и окружили. Потом мы заметили, как мальчишка, что-то откинул в кусты, в общем. В общем, когда всадники с мальчишкой уехали. Мы подошли сюда и теперь решали что делать.
– Тот всадник был не мальчишкой, - вдруг заговорил второй крестьянин. Девка это была.
– Да какая девка, Питер?– возмутился первый.– Ты что, совсем глаза потерял.
– А ну тише, - велел я.– Вы нашли то, что всадник откинул в кусты.
Крестьяне замялись. Потом Питер подошел ко мне и протянул какую-ту тряпку.
– Вот.
Я протянул руку, взял тряпку в руку и тут же почувствовал, как моя ладонь покрылись чем-то липким. О, Боже, это же кровь! Тряпка оказалась пропитана кровью! Я побледнел.
– Моей дочери не откажешь в сообразительности, - заметил Ратобор на китижском языке, который никто кроме меня и, может быть Отто, не понял, мрачно смотря на тряпку.
– Вы что, хотите сказать, что она это специально сделала?
– А ты еще не понял? Конечно специально. Она же понимала, что рано или поздно, но мы догадаемся, по какой дороге она поехала. Вот и оставила нам способ отыскать ее.– Видя мой недоумевающий взгляд, Ратобор пояснил уже для всех:
– Это же кровь моей дочери. По ней любой маг сможет отыскать ее местонахождения. Понимая, что ей не уйти от погони, она оторвала кусок одежды и пропитала ее своей кровью. А потом ей оставалось только улучшить момент и выкинуть его.
– А амулеты?– спросил Ролон.– Разве у вашей дочери нет защитного амулета? Не помешает ли он взять след вашей дочери?
Ратобор отмахнулся.
– Если моей дочери хватило ума оставить нам этот след, то уж выкинуть свой защитный амулет она догадается.
– Вы больше ничего не находили?– повернулся я к крестьянам.
– В общем, только вот это.– Крестьянин показал какой-то деревянный кругляшек, на котором было что-то вырезано.
Я взял его в руки удивленно рассмотрел.
– Это и есть амулет моей дочери.
– Отлично, - кивнул Ролон.– В уме вашей дочери не откажешь. Теперь решим, что делать.
Я кинул крестьянам кошелек и велел исчезнуть отсюда. Те мигом поняли и испарились.
– Что делать, ясно. Возвращаемся в замок!
– Что!!!– Ратобор и Отто удивленно уставились на меня. Только Ролон согласно кивнул.
– А то! Мы не можем сейчас пускаться в погоню. Во-первых, у нас нет мага, который может взять след. Во-вторых, если Ольгу захватили Люди Бекстера, а это наверняка он, я видел его на турнире, то их гораздо больше нас и, следовательно, мы должны взять подкрепление и подготовиться получше.
– Проклятье на тебя!– Ратобор сердито посмотрел в даль.– Ты прав, но я не могу так.
Однако Ратобор вынужден был смириться перед фактами. Он прекрасно понимал, что без подготовки наша погоня обречена на провал.
Вернулись в замок мы даже быстрее, чем ехали из него. Отправив вперед солдата, я распорядился, что бы тот все объяснил Хоггарду, и чтобы Хоггард подготовил отряд к выступлению. Поэтому когда мы въехали в замок, во дворе уже были выстроены все двадцать человек во главе с Ригером. Здесь же стояли еще пятнадцать человек гвардии Ратобора, тоже горящие желанием отправиться в погоню за похитителями Ольги.
Ратобор хотел тут же снова отправиться в погоню, но его стали отговаривать и король и принц. Их можно было понять. Если погоне удастся догнать похитителей, то наверняка будет бой. И если вдруг князь погибнет, то никто в Китиже не поверит в случайность. Понимал это и Ратобор и оттого бесился еще больше, сознавая невозможность личного участия в погоне. Как он не любил дочь, но он прекрасно понимал, что в данном случае на кон поставлено нечто большее, чем жизнь его дочери.
– Ты же сам говорил мне, чтобы я доверял Энингу, - убеждал князя король. Вот теперь и доверься ему. Я думаю, что он отыщет твою дочь.
Князь мрачно соглашался и молча ходил по двору.
– Ну к чему такая спешка?– Во двор вышел Леонор, подталкиваемый Хоггардом. Леонор как всегда был в одежде самых невообразимых раскрасок и как всегда был несносен.– Неужели нельзя немного подождать?
– Нельзя.– Я быстро подошел к Леонору.– Ты сможешь взять след человека по этому?– Я протянул окровавленную тряпку.
Леонор брезгливо взглянул на нее.
– Конечно, смогу, если только человек не защищен амулетами.
– Человек не защищен.
– Тогда никаких проблем.
– Отлично. В таком случае именно этим ты и займешься.
Больше не обращая внимания на ворчание Леонора, я отправился смотреть подготовленный отряд. Он уже пополнился несколькими бывшими претендентами на мой титул во главе с Готлибом и Эрихом, которые тоже изъявили желание помочь в освобождении дочери князя. Конечно, многие из них согласились, ради возможной награды и славы, но все они были отменные солдаты, а в данном случае это было главное. Ратобор, не имея возможности самому отправиться в погоню, выделил большую часть своего эскорта. Дал пятерых своих гвардейцев и король Отто, доверив этот отряд своему сыну. Мне же Отто вручил грамоту с приказом оказывать нам любую помощь, которую только мы потребуем.
Пока проходила вся эта организационная беготня, я успел поговорить с родителями, отговорить брата от участия в погони, а также сбегать вместе с ним к нему и забрать бинокль. Проверив его работу и убедившись, что он работает в этом мире, в чем я почти не сомневался. На спуске во двор меня и перехватил Хоггард.
– Милорд, мне необходимо поговорить с вами по поводу вашей подопечной. Она, конечно, совершила глупость, но это не повод держать ее в тюрьме.
Вот Танька та как-то вылетела у меня из головы. Я почесал лоб.