Чтение онлайн

– Барон Веербаха, выходите из своего затворничества и идите встречать семью, - потребовала Ольга из-за двери.
– Кстати, полагается, что я нахожусь вместе с вами. Так что вам надо быть вместе со мной. Когда все въедут в замок, то мы должны присоединиться к ним. Я вас жду.

Мы с Эльвингом переглянулись и расхохотались.

– Пошли, - сказал эльф.
– А то она и в самом деле отправиться распространять какой-нибудь слух.

Эльвинг был уже готов, а вот мне пришлось натягивать на себя кольчугу, которую я утром не надевал. Через минуту мы были готовы и вышли в коридор, где нас дожидалась Ольга.

– Готовы? Тогда пошли. Кареты уже в любую минуту могут быть у замка.

Вспомнив лабиринт улиц, я подумал, что кареты, скорее всего, будут здесь минимум часа через полтора.

Но на этот раз права была Ольга. Едва мы успели сойти вниз, как в ворота замка, громыхая колесами по мостовой, въехала первая карета. За ней вторая, а следом показался отряд сопровождения. Мы с Ольгой и Эльвингом тут же оказались рядом.

Готлиб поднял руку, приветствуя меня.

– Никаких происшествий не было, милорд, - доложил он.

Я вздохнул. Хотелось бы мне сказать то же самое, но у нас происшествие было. Вот всегда мне так "везет".

Тут к нам подбежали слуги и сразу стало не до разговоров. Во дворе поднялась легкая суета. Слуги помогали дамам выйти из кареты, кто-то уводил наших коней на конюшни. Тут на крыльцо вышли Ратобор с Отто.

– Рад приветствовать у себя нового барона, - поздоровался со мной Отто, как будто мы не виделись только вчера.

Впрочем, необходимо было поддержать правила игры. Я поклонился.

– Для меня большая честь быть принятым в вашем замке, ваше величество.

Тут Ольга подбежала к отцу и повисла у него на шее. Если бы я не знал, что она виделась с ним только сегодня утром, посчитал, что дочь встретила отца как минимум после годовой разлуки. Вот ведь артистка. Но какой талант! Эльвинг тоже обратил на это внимание и насмешливо посматривал на нее.

– Артистка, - прокомментировал он.

– Энинг, ты уже здесь!

– Тише ты, - осадил я Рона.
– По соображениям высшей политики предполагается, что я приехал вместе с вами.

– А-а, - уважительно протянул мальчишка. Потом немного подумал и спросил: А что такое высшая политика?

– Тебе не понять, - трагическим шепотом объяснил Эльвинг, и в его глазах заплясали веселые искры.
– Высокая политика, это когда главный политик забирается на самое высокое место и оттуда вещает свои решения. Они считаются непогрешимыми.

– Да? А почему я не видел такого в Амстере?
– Рон недоуменно оглядел нас обоих. Тут сообразил, что Эльвинг смеется над ним, надулся.
– Да ну вас!

В этот момент ко мне подошли родители, с интересом рассматривающие королевский замок, и нам сразу стало не до шуток. Необходимо было позаботиться о соблюдение этикета (скоро это слово будет вызывать у меня аллергию), позаботиться о размещении своих людей (это тоже "привилегия" барона) и переделать еще кучу дел. И если с Муромцем никаких проблем не было - он уже был около отряда великого князя, где у него было много друзей, и уже хлопал кого-то по плечу, кого-то выслушивал, в общем, был среди своих, то об остальных надо было позаботиться. Причем моя роль в этом спектакле была чисто формальной, поскольку обо всем уже позаботились слуги короля. Просто по Тевтонским правилам полагалось, что о своих людях заботится только барон. Это соблюдалась даже в королевском замке, хотя ясно, что здесь без помощи слуг ни один барон ничего не сделает. Тогда нашли компромисс - барон якобы распоряжается, а слуги короля якобы выполняя его волю, делают все, что нужно. Вот сейчас мне и приходилось заниматься этим спектаклем, делая вид, что я занимаюсь очень важным делом, и без меня слуги даже шагу сделать не смогут. Вообще, все эти обычаи и правила уже изрядно начинали действовать мне на нервы. В этом отношении Амстер гораздо предпочтительней - там не было столько различных ограничений и правил.

Выполнив свою часть "работы" я поднялся на крыльцо, где король беседовал с моими родителями.

– Вы уже устроили своих людей, милорд?
– поинтересовался король.

– Устроил.
– Я безуспешно попытался скрыть сарказм.
– Только мне кажется, что если бы я не путался в ногах у ваших слуг, то мои люди устроились бы гораздо быстрее.

Отто неодобрительно покосился на меня. Я постарался быстро проглотить язык. В конце концов, гость не критикует обычаи хозяев. Хотя сейчас я уже не гость и, следовательно, имею право.

– Барон должен сам заботиться о своих людях, - наставительно заметил король.

Мне оставалось только поклониться.

Нас провели в наши покои, где мы должны были отдохнуть с дороги и подготовиться к церемонии представления. Сама церемония должна была состояться ближе к вечеру.

Мать с отцом, едва мы очутились в комнатах, засыпали меня вопросами о том, как мы добрались и ничего ли не случилось. Я отвечал, стараясь не упомянуть инцидент у ворот. Ольга, явно опасаясь тоже подвергнуться допросу, забрала свои вещи и убежала к отцу. Ролон проводил ее подозрительным взглядом, а потом внимательно посмотрел на меня.

– Что у вас случилось?
– спросил он, затащив меня в угол комнаты, где нас никто не мог слышать.

– С чего ты решил, что что-то случилось?

– Не виляй, Энинг! Ты кого решил обмануть? Профессионального обманщика?

– Вот уж не знал, что ты профессиональный обманщик.

– Энинг!

– Ну ладно, ладно. Ничего такого не было. Просто один хам пристал к нам, а потом не очень вежливо обошелся с принцессой. Пришлось его проучить. И, между прочим, я его даже не ранил.

– Лучше бы ты его убил. Энинг, когда же ты поймешь, что живой враг опаснее мертвого. Тем более враг с уязвленным самолюбием. Я ведь могу представить, как ты его проучил.

– Да какой он враг, Ролон?
– Меня всегда возмущало то, с какой легкостью Ролон говорил о жизни и смерти других людей. Единственное, что примиряло меня с ним в таких случаях, так это то, что к своей жизни он относился точно таким же образом. Вся его философия сводилась к игре. Если кто-то в этой игре окажется сильнее, то он умрет. А если кто-то оказывался слабее, то пусть не жалуется. Они же просто развлечься хотели и нарвались на тех, кто им был не по силам.

– Именно такие вот искатели развлечений наиболее злопамятны и наиболее опасны, ибо они никогда не прощают тех, кто развлекается за их счет. А ты, готов поклясться, развлекся вовсю.

– О чем это вы тут шепчетесь?
– спросила мама, подходя к нам.

– Да так. Ролон признался, что ни разу не был на приеме во дворце и не знает как правильно себя вести. Вот я и объяснял ему некоторые правила.

Ролон возмущенно уставился на меня, но опровергать не стал.

– Значит, я не умею себя вести во дворце?
– прошипел он, когда мама отошла. Я только ухмыльнулся и поспешил сбежать от него, пока Ролон не придумал какую-нибудь пакость.