Чтение онлайн

– У него уже нет никакого дела, - вмешался я.
– Он уже уходит. А если он подождет меня немного около главного входа магистрата, то мы его дело обсудим вдвоем.

Мервин изумленно уставился на меня и даже не заметил ухода Роксолана.

– Энинг, что с тобой? Я первый раз вижу тебя в таком гневе.

– Я тоже, - тихонько признался Аркадий.

– Думаю, Далила вам все объяснит лучше меня.

– Да?
– Мервин посмотрел на Далилу.
– Хорошо. Так по какому делу ты хотел меня видеть?

Я подтолкнул вперед Аркадия.

– Вот ваша светлость. Позвольте представить вам моего друга и Великого Мага Аркадера. Именно его мы и ожидали.

– Вот как?
– Мервин с интересом стал рассматривать Аркадия. Тот, непривычный к такому вниманию, чувствовал себя неловко.
– Очень приятно, молодой человек. Энинг о вас кое-что рассказывал. В частности, он говорил, что раньше, у себя на родине, вы служили в армии и у вас даже есть опыт.

– Мой опыт может оказаться бесполезным.
– Аркадий неуверенно посмотрел на меня.

– Можешь говорить открыто, - заметил я.
– Здесь все знают про два мира.

Аркадий кивнул.

– Понимаете, э-э, ваша светлость, в нашем мире то оружие, которым пользуются здесь можно найти только в музеях. Нас учили несколько другой тактике, и она может оказаться здесь бесполезной.

– Не вижу разницы, - Мервин пожал плечами.
– Тактика она тактикой и остается. Что тут другого?

– Ну... вот простой пример: у какого государства в вашем мире самая большая армия по численности?

Мервин на секунду задумался.

– Скорее всего, у Индии. Она достигает около семисот тысяч человек.

– Вот. А у нас самая большая армия у одного государства в мирное время составляет четыре миллиона человек. А в случае войны она может достигнуть двадцати миллионов или больше, если понадобиться.

Мервин откровенно выглядел растерянным.

– Но... это же гигантская армия! Если ее вывести в поле...

– Если, как вы говорите, ее вывести в поле, то она будет уничтожена в течение трех дней несколькими ударами атомных бомб. На самом деле эта армия разбивается на более мелкие части и рассредоточивается по фронту. К тому же не все двадцать миллионов будут воевать. Максимум семь или восемь миллионов. Остальные же нужны для снабжения этой армии всем необходимым. Теперь вы понимаете, насколько отличные у нас могут быть тактические приемы?

– Если вы позволите, - вклинился я, - то я пойду. Мне нужно успеть вернуться в полк. Мервин, дальше вы и без меня разберетесь в тактике. Аркадий, не прибедняйся, ведь историю в школе ты изучал и можешь разобраться в тактических построениях древних армий нашего мира.

– Энинг, - остановил меня сердитый голос Мервина.
– Ты там без глупостей. Что у вас с тем человеком?

– Далила объяснит.
– Я поспешно выскочил за дверь.

У главного входа в магистрат Роксолана не оказалось. Я несколько минут прохаживался здесь, пытаясь отыскать того. Все было бесполезно. Наконец, я догадался заглянуть в конюшню при магистрате, где все приезжающие сюда оставляли своих коней.

– Красивый рыцарь, милорд?
– Смотритель конюшен озадаченно почесал затылок.
– Да, был такой. Он минут десять назад забрал своего коня и уехал.

– Зараза, - выругался я.
– А куда он поехал, вы не видели?

– К восточным воротам, милорд. Та дорога мощена камнем, а остальные деревом. Подковы же его коня стучали по камню.

– Спасибо.
– Я кинул смотрителю куну, вскочил в седло Урагана и помчался к восточным воротам. Выбраться из города он не мог. В это время все ворота уже закрыты и чтобы покинуть город необходим специальный пропуск. А вот его-то у Роксолана быть не могло.

Я так увлекся погоней, что не заметил, как из переулка мне наперерез бросилось несколько теней. К счастью кольчуга у меня была крепкая и брошенный нож только высек из нее искры. Второго шанса незадачливому убийце я не дал - мой бросок был точен. Второй нападающий, который подбежал к Урагану сбоку, получил от меня сапогом по зубам. Третьего хорошенько припечатал передними копытами Ураган.

– Да что вы там возитесь?!
– Услышал я раздраженный, но такой знакомый голос.
– С мальчишкой справиться не можете? Мне нужен только его пропуск, а все золото ваше!

Вот негодяй!

– Роксолан! А Далила была слишком снисходительна к вам, когда назвала вас всего лишь подонком!

Я тронул Урагана пятками и поехал на голос. Но нападающих оказалось гораздо больше, чем трое. Их было около пятнадцати. Я разрядил два своих легких арбалета, отшвырнул их и схватился за ножи. В ответ в меня полетели ножи и камни. Я прикрылся щитом, выхватил шеркон и помчался на ночных грабителей. Кажется, Ураган втоптал двоих в мостовую, остальные с руганью отпрянули. Один как раз оказался рядом, и я пронзил его мечом. При таком численном перевесе играть в благородство не стоило, тем более с этой братии, славившейся своей жестокостью.

Привыкнув нападать стаей в темноте из-за угла, они не ожидали такого сопротивления, и были ошеломлены, к тому же у меня, в отличие от прошлых их жертв, было одно преимущество: я мог видеть в темноте, а они нет. Сами же грабители на свою беду избрали самый темный переулок, где при прочем равном преимущество имеет толпа. Толпа побеждает даже в том случае, если ее противник мастер фехтования. Много ли намашешь мечом, если не видишь, откуда на тебя нападают? Я видел, и это обстоятельство для этих подонков оказалось роковым. Чтобы они случайно не задели Урагана, я соскочил на землю и хлопком по крупу отправил коня в сторону. Сам же я атаковал нападавших. Раздавшиеся со всех сторон стоны товарищей сильно убавили грабителям спеси. Были слышны только визгливые команды Роксолана.

Такое избиение долго продолжаться не могло, и грабители сообразили, что на этот раз жертва оказалась им не по зубам. Они, по крайне мере те, кто остался жив, словно по команде отхлынули от меня и вскоре стал слышен только удаляющийся топот ног. Передо мной осталось лежать девять трупов и двое раненных.

Я попытался отыскать Роксолана, но быстро понял всю бесполезность этого занятия. В этом лабиринте домов тот мог скрываться от меня вечность, и мне не помогло бы отыскать его даже мое умение видеть в темноте.

Плюнув на этого подонка, я нагнулся над раненными. Раны оказались опасны, но не смертельны.

– Потерпите. Я скажу о вас при выезде из города. Тут недалеко до ворот.

– Благодарю за милосердие, господин рыцарь, - скривился один из раненных и закашлялся.
– Вы уж лучше сразу убейте нас. Солдаты, конечно, нас вылечат, но потом все равно повесят.

Это было верно. Ночная братия вызывала слишком большую ненависть у жителей Амстера, чтобы те могли рассчитывать на снисхождение. И сами они никому его не давали.