Чтение онлайн

– Шутим? Хорошо, значит, надежда есть. Итак, что вас беспокоит

Доктор долго и сосредоточенно задавал Михаилу нелепые вопросы, проводил какие-то тесты и в итоге заявил, что он здоров, но тем не менее ему срочно необходим отдых.

– Съездите куда-нибудь за город. Рыбалочка, водочка, банька, вернётесь другим человеком. А как приедете обратно, сразу же ко мне, там и разберёмся.

Идея показалась Михаилу хорошёй, но он сомневался, что его отпустят с работы, так как президент уже неделю настойчиво требовал увеличить мощность каналов связи, а кроме Михаила никто не рискнёт взять на себя такую ответственность, ведь все прекрасно знают, что малейшая оплошность в этом вопросе может привести к визиту на биржу труда.

Выйдя от этого "инженера душ" Михаил сел в свой джип, включил тихую музыку и достал свою истрепанную записную книжку. Он обзвонил несколько старых друзей с дачи и предложил им устроить импровизированный отпуск. Согласилось всего три человека, и с ними Михаил договорился встретиться и обсудить все дела в баре на улице Мира в восемь вечера.

До восьми оставалась уйма времени, и Михаил решил съездить к Даше. Он не знал, почему ему этого захотелось, но догадывался, что основным являлось желание как-нибудь дать ей понять, что их ссора была им устроена исключительно в целях её безопасности и спокойствия. Он знал, что вряд ли можно ждать полного спокойствия от беременной женщины, поссорившейся с мужем, но это был выбор меньшего из двух зол. Михаил подъехал к дому, припарковал свой джип у самой парадной и, не спеша, пошёл к дому. Не доходя трёх шагов до двери он специально выронил купленную в ближайшем ларьке бутылку пива, и под недовольный гул отдыхающих на скамейке старушек прошёл в дом. Войдя в свою квартиру, он быстро переоделся в старую косуху и чёрные джинсы с немного вытянутыми коленями. Под куртку он надел чёрный балахон с эмблемой группы " Lacrimoza ", и накинул капюшон на голову. Свою обычную одежду он сложил в чехол от электрогитары, оставленный у него несколько лет назад кем-то из случайных людей, собиравшихся у него во время отъезда родителей. Он критично осмотрел себя в зеркало и, оставшись довольным результатами, вышел из квартиры, захлопнув за собой дверь. В парадной был другой выход, но принимая во внимание возможность слежки, он посчитал более безопасным выйти через главный вход. Кто бы ни следил за Михаилом, он всё равно не в состоянии отслеживать каждого выходящего, а другим выходом практически никто и никогда не пользовался, и была вероятность, что пройдя через него, Михаил привлечёт к себе внимание, чего бы ему крайне не хотелось. Он вышел из парадной, закурил сигарету, укрывшись от ветра полой косухи и медленным шагом побрёл к автобусной остановке.

Было мокро и холодно. Северный ветер, пропитанный мокрым снегом, убрал с улицы большинство людей, обычно гулявших во дворе. Даже коммунистические старушки предпочли бурному скамеечному обсуждению сухое и тёплое мыло сериалов. Михаил добрался до остановки, и встал под пластиковый навес. Остановка представляла собой железный каркас с проёмами, оставшимися от некогда защищавших потенциальных пассажиров стёкол. Михаил уже собирался замёрзнуть, провожая взглядом забитые маршрутки, когда из-за поворота показался перекошенный львовский автобус. Михаил зашёл в переднюю дверь и сел у окна. К нему подошёл кондуктор и с надеждой в голосе спросил "Молодой человек, у вас что?" Михаилу понравился вопрос, и он улыбнувшись поинтересовался: "А что вас интересует?" Кондуктор непонимающе повращал глазами и, после недолгого размышления, произнёс: "Оплачиваем за проезд!" Михаил достал десятку и со словами: "Так бы сразу и сказали" протянул её кондуктору. Высыпав полученную сдачу в карман, он отвернулся и стал смотреть в окно. Ехать предстояло до кольца, и он решил обдумать свой разговор с Дашей. За окном разыгралась настоящая снежная буря. Михаил долго смотрел в молочно белый квадрат и не заметил как заснул. Разбуженный кондуктором на кольце, он выскочил из автобуса и почувствовал холод, как всегда после сна в транспорте. Михаил застегнул косуху, надел капюшон и, втянув голову в плечи, быстро пошёл в направлении знакомого дома. Он вошёл в парадную, поднялся на этаж выше чем было нужно, быстро переоделся, спустился и позвонил в дверь. По раздавшимся шагам он узнал Виктора.

Дверь открылась и на пороге появился Виктор в тренировочном костюме с опухшим лицом.

– С добрым утром, - произнёс Михаил, демонстрационно посмотрев на часы, -Ещё спишь?

– Да я вчера книжку читал, никак было не остановиться.

– Даша дома?

– Да, проходи, она телевизор смотрит.

Михаил вошёл в прихожую и начал расшнуровывать ботинки. Когда он снял второй и встал, он увидел, что в дверном проёме, ведущем в большую комнату стоит Даша, скрестив руки на груди.

– Какие люди и без охраны...

– Привет.

– Привет. Проходи на кухню, -она прошла по коридору и исчезла в кухне. Раздался звук зажигаемого газа. Михаил вошёл на кухню и сел на табуретку у окна.

– Что скажешь?
– Даша внимательно наблюдала за закипающим чайником. Михаил посмотрел на сплошную снежную стену за окном. Снег был настолько сильным, что создавал иллюзию позднего вечера.

– Я пришёл попросить прощения, но для этого ты должна пообещать мне, что не будешь меня прерывать и выслушаешь всё до конца.

– Я слушаю.

– Прекрасно. Первое, за что я должен попросить прощение, это за то, что нарочно поссорился с тобой. Видишь ли, мне тогда казалось, что я это делаю в целях твоей же безопасности...

– Да...Долго придумывал?

– Ты же обещала не прерывать.

– Ну, ладно, продолжай, -чайник вскипел и она приступила к завариванию чая.

– Так вот, насчёт безопасности. Недавно я обнаружил, что за мной следят. Я так и не выяснил, кто, но сам факт установил точно. После этого слежка прекратилась, или они просто стали осторожней, но я уже не чувствовал себя в своей тарелке. По большому счёту это преследование переросло у меня в манию преследования, извиняюсь за тавтологию. Для того чтобы не окончить свои дни в "маленькой психиатрической лечебнице", я обратился к психоаналитику. Он посоветовал мне уехать на несколько дней куда-нибудь за город для успокоения нервов. Единственное, что я знаю - то что ни о каком успокоении не может идти речь пока я не попрошу у тебя прощения. Что ты скажешь?

– За тобой правда следили, или ты просто пытаешься меня разжалобить?
– В глазах Даши была видна борьба недоверия и страха.

– Да. Зря я тебе это рассказал. Дурацкая привычка сваливать свои проблемы на других, вместо того, чтобы их решать, - Михаил помолчал и встал с табуретки, -Я вернусь примерно через неделю.

Он вышел с кухни, прошёл в прихожую и стал одеваться. На пороге кухни стояла Даша и обеспокоенно смотрела на него. Михаил оделся, открыл входную дверь и обернулся к ней. "Я люблю тебя" - сказал он и вышел. Спускаясь по лестнице, он почувствовал, что сказал не правду, так как то чувство, которое он последнее время испытывал к ней, вряд ли можно назвать любовью, скорее всего, это просто привычка.

Через час он уже был дома. Снегопад прекратился, и теперь очистившееся небо дало возможность солнцу наверстать упущенное. Михаил не любил работать при естественном освещении, так как оно высвечивало слишком много мелких деталей и не давало сосредоточиться на главном. Поэтому он взял с полки первую попавшуюся книжку и углубился в чтение. Он прекратил читать, когда из кухонного радио раздалось пищание, символизирующее наступление восемнадцати часов по московскому времени. Эти сигналы точного времени в сочетании с потоком света из окна всегда напоминали ему дачу. Ребёнком он удивлялся, что из нескольких приёмников, на разных участках сигналы точного времени раздавались не одновременно, и ему казалось, что это радиосигнал распространяется с такой скоростью, что в зависимости от расстояния приёмника до передающей антенны, точное время может сильно варьировать. Лишь потом он узнал, что всё дело в скорости звука, но к тому времени его этот вопрос уже не интересовал. Часто мы получаем ответы на интересующие нас вопросы слишком поздно. Михаил закрыл книгу и начал собираться.

Он остановил машину около бара, метрах в двадцати от входа, вышел и поставил её на сигнализацию. Всё выглядело так же, как несколько лет назад. Он подошёл ко входу и увидел разбитое стекло, которое так и не вставили с тех пор, когда Михаил был здесь последний раз. Он обратил внимание, что в баре сильно накурено, хотя большинство столов были свободны. Так бывает после ухода большой компании. В углу он заметил Сергея, делающего ему какие-то знаки. Он подошёл.

– Привет, пиво будешь?
– Сергей был в своём репертуаре. Ну кто ещё может, встретив человека, с которым не виделся два года, вести себя так, как будто они расстались два дня назад. Михаил улыбнулся.

– Я за рулём.

– Ясно, -разочарованно протянул Сергей.

– Где все?
– спросил Михаил присаживаясь на чёрный перфорированный железный стул.

– Все не смогли. У них появились какие-то дела, абсолютно не терпящие отлагательств. Что-то тут не так.

– Вполне возможно, - Михаил достал из пачки последнюю сигарету, смял пачку и положил её в пепельницу на середину стола.

– Как ты относишься к тому, чтобы поехать сегодня?

– Сначала надо придумать, куда.

– Ты считаешь, что ты один такой умный, -Сергей высыпал в тарелку пакетик сухариков к пиву и пододвинул её к Михаилу, -Угощайся. Я нашёл такое место, после которого ты забудешь само слово "депрессия".

– Ну поехали, коли так, -Михаил сделал движение, показывающее, что он собирается встать.

– Не гони коней, дай пиво допить, - Сергей сделал большой глоток.

– Расскажи тогда, что за место.

– Приедем - увидишь. Сюрприз будет.

– Допивай быстрей, -Михаил увидел толпу пьяных студентов, ввалившуюся в бар, и у него не возникло никакого желания наблюдать, как они будут ломать мебель, и слушать их довольное ржание.

Сергей с сожалением поставил пустую кружку на стол, встал и потянулся.