Рыцарь Прутьев
Шрифт:
Зара была в покоях капитана. Она была одна, смотрела на себя, поправляла юбки. И она выглядела…
Я закрыл дверь и сглотнул, пытаясь запомнить этот момент. Она выглядела как женщина. Ее темные волнистые волосы ниспадали на плечи. Ее платье было бледно-лиловым с синими вставками. Она увидела меня в зеркале, в глазах появился страх.
Я подошел к ней и коснулся руками ее обнаженных плеч, сжав их.
– Уверена, Зара?
Она кивнула.
Я глубоко вдохнул и обнял ее, уткнувшись подбородком в ее макушку, видя в отражении ее взгляд.
– Ты не должна этого делать, если не хочешь.
– Я выбрала его, - тихо сказала она.
– Ты выбрала по любви, или потому что я тебя заставил?
Она закатила глаза.
– Ты бы меня никогда не заставил.
Я издал смешок и склонил голову. Она вырвалась, глядя на меня.
– Ты испортишь мне прическу.
Я рассмеялся и отпрянул. Она поправила платье.
– Как я выгляжу? – ее голос стал сильнее.
– Ты никогда не была еще такой красивой.
– Спасибо.
– Ладно, кроме того раза, когда Бахаа…
Она ударила меня по руке.
– Нервничаешь из-за жизни на его корабле?
Она глубоко вдохнула и пошла по большой комнате.
– Немного, но я уже была на борту «Ковки». Я учу их язык. Думаю, я буду в порядке.
– Если захочешь навестить или… - я взял ее за руки, - …или что-то еще, то тут же сигналь по радио.
– Иосиф в восторге от радио.
Я рассмеялся. Мы долго смотрели друг на друга. Я обнял ее, прижал крепко, и ее голова уткнулась мне в грудь.
– Жаль, что ты не перенесла свадьбу, чтобы я побыл на твоем празднике.
Ее руки обняли меня.
– Мне тоже, - прошептала она напряженно. – Порой я слишком упряма.
– Мы еще можем перенести. Ты можешь дождаться меня.
Она покачала головой.
– Не могу. Некоторым гостям потом нужно будет уходить, - она отодвинулась и не женственно вытерла глаза. – Но ты успеешь на круг с барабанами.
– Да.
Она отвернулась.
– Тебе пора, а мне нужно убраться, чтобы тебе потом не пришлось находить тут мое нижнее белье, когда переедешь.
Я рассмеялся.
– Хочу уже вернуться домой.
– Удачи Оки от меня и попроси ударить матушку по…
– Зара.
Она хитро улыбнулась мне.
– …ноге, если она выбьется из ряда.
Я покачал головой и пошел к двери.
– Передам, - я обернулся. – Зара?
Она оглянулась на меня.
– Что?
Я улыбнулся.
– Ради соколов на деревьях, не носи их…
Она завопила и бросила в меня кисточкой. Я рассмеялся и скрылся за дверью. Все утихло, и я открыл ее. Она стояла рядом с окнами, смотрела на синее небо, Санг было у горизонта.
– Я люблю тебя.
– Я тоже люблю тебя, братишка.
Если я не уйду сейчас, то не смогу уйти. Я пошел на палубу, поманил к себе «Зарифу» и прыгнул, когда корабль оказался довольно близко.
В доках Ино было почти пусто, как и почти во всем городе. Было странно видеть так мало людей на улицах. Месяцами тут было слишком много людей, и теперь все было пустынным.
Я отправился на лифте к этажу с ареной. Ее там уже не было. Ее изменили. Несколько людей были свидетелями церемонии, все были сакинцами, кроме нас, и все были в церемониальной одежде – темно-синей, бирюзовой, голубой.
Помост сделали длиннее. Старейшины Ино стояли там в величественной одежде. Матушку и Оки не было видно. Но человек, которого выбрала Оки, стоял с сакинцами. Думаю, я видел его в одну из ночей. Я не помнил, что в их время было.
Раздался гонг, все заняли места. Я не знал, где мое место, и я пошел к Мокато, брату, и встал рядом с ним.
Он скривился и отвернулся. Фантастика.
Матушка пришла сзади. Ее волосы были собраны высоко на голове, переплетены с золотой сетью, большие жемчужины висели рядом с кулоном серебряной летаран. Ее одеяние было изящным, темно-синим и с обилием вышивки.
Все опустились на землю, уткнулись лбами в пол.
Я стоял. Эль-Асим не будет целовать землю даже перед матерью.
Она посмотрела на меня, но на лице было столько краски, что я сомневался, что она сможет изобразить эмоции. Она остановилась рядом со мной, снова раздался гонг.
Люди встали. Мы ждали.
Раздался гонг, и волнение было в воздухе. Послышался звон колокольчиков. Вышла Оки с уменьшенной версией головного убора матушки. Ее платье было бирюзовым, изящно расшитым. Темно-синий пояс обвивал талию, большой бант был сзади. Она шла маленькими шагами, высоко подняв голову. Лицо было раскрашено, но не так сильно, как у матушки.
Она увидела меня и заметно расслабилась. Она остановилась перед матушкой и посмотрела на человека, которого выбрала.
Матушка повернулась и начала церемонию свадьбы дочери. Все остальное было тихим, и я слышал лишь громкий голос матушки и звон колокольчиков Оки.
Я не хотел быть на ее месте.
Матушка взяла ладонь Оки и вложила в руку ее мужа.
– Вы поклялись заботиться друг о друге, помогать в этом акте равновесия, что мы зовем жизнью.
Я улыбнулся Оки. Она смотрела на матушку. А та повернулась и обратилась к толпе.
– Сегодня великий день по многим причинам. Я получила нового сына, достойного нашей Великой семьи и моей дочери.
Колокольчики Оки звенели громче. Ее муж взял ее за руку и помог обвить его локоть. Я быстро пожал ее вторую руку. Она посмотрела на нас с радостью, успокоившись.
– Сегодня, люди Ино, я отдаю власть над великим городом доверии, что доказала себя снова хорошим лидером и женщиной Ино.
Оки глубоко вдохнула и шагнула вперед.
– Ино Оки Нуа Кадар, - сказала матушка уже тише, - ты принимаешь ответственность за этот город, будешь заботиться о людях, думать начала о них, а потом о себе?
Сестра посмотрела на толпу.
– Да.
Матушка глубоко вдохнула и потянулась к маленькому головному убору Оки. Толпа смотрела в тишине. Оки сняла головной убор матушки. Они повернулись и надели головные уборы на свои волосы. Толпа ревела. Я и не думал, что матушка отдаст власть, но я не знал, что Оки придется преодолеть ради этого момента. Зная маму, было сложно.
Церемония закончилась. Помост заполнили желающие пожелать добра. Я не был нужен. Я мог пойти домой. Я протолкался сквозь толпу и быстро поцеловал сестру в щеку.