Чтение онлайн

– Ничего себе пустяки! – возмутилась Мариша. – Десять лет каторги ни за что ни про что!

– Много ты понимаешь! Времена тогда такие были! Людей и не за такое хватали и уничтожали. Мы тогда только с развивающимися странами дружили. Или с теми, кто, как и мы, коммунизм строил. А со всякими там Америками или Европами нам тогда не по пути было!

Мариша решила с дедом не спорить. Хотя лично ее жизнь за «железным занавесом» отнюдь не привлекала. Это же сколько пришлось советским людям упустить в своей жизни! И все без толку! Коммунизм так и не построили. Да оно и понятно, кто же дорогу в светлое будущее трупами мостит?

– А в лагере Гришка погиб, – словно подслушав ее мысли, произнес дед. – Деревом его там почти сразу же придавило. Так что свой срок он даже отсидеть и не успел.

– Ужасно, – вздрогнула Мариша. – А ты уверен, что это был несчастный случай? Вдруг его специально убили?

– Кто?

– Ну, тот человек, который на него донос написал.

– Все может статься.

– Дедуля, а твой друг, кстати, тебе не сказал, кто его враг?

Дед от прямого ответа уклонился. Вместо этого повторил, что причиной всему была шпага. Тому человеку кровь из носа нужно было ее заполучить. А Гришка отдать ее добровольно злодею не может. И тот знает, что, пока Гришка жив, шпаги ему не видать.

После гибели друга дед начал относиться к шпаге со смешанными чувствами. С одной стороны, его интриговала тайна, которая явно была с ней связана. С другой – он чтил ее как память о хорошем человеке и друге. И третье… Шпага неожиданно начала завораживать его. Никогда прежде он не думал, что кусок металла способен так привязать к себе серьезного человека, сурового служаку.

– В общем, когда все же ее у меня увели, я себя чувствовал, словно бы потерял руку или ногу. Сердце болело и никак не желало успокаиваться.

– Не переживай так, дедуль, – Мариша с удовольствием вновь повторила ласковое обращение к деду.

Но ведь раньше и он никогда не пускал внучку к себе в душу. Никогда не вел с ней таких откровенных бесед. Да и вообще, если разобраться, то все их прежнее общение сводилось к строгим нотациям или не менее строгим указаниям с его стороны. А свободолюбивая внучка отвечала ему сдержанным недовольством.

Да уж, что и говорить, Мариша не привыкла, чтобы ей указывали, как строить свою жизнь. Но сейчас она неожиданно подумала, что все многочисленные дедовские упреки, так раздражавшие ее, были вызваны лишь желанием, чтобы ее жизнь наконец наладилась. Хотя и так, как он это понимал.

– Дедуль, – повторила она уже значительно бодрей, – найду я тебе преступника, который виноват во всем.

– Ты?!

Изумление, которое промелькнуло в глазах деда, больно задело Маришу. А еще больней уколол его горький смех. Кажется, несмотря на возникшее между ними подобие доверия, дед до сих пор считал Маришу существом легкомысленным и в какой-то степени даже бесполезным. Ну как же, детей до сих пор не завела, мужа упустила. И при этом вроде бы не мучается, а вполне даже собой и своей жизнью довольна. Вот этого дед в толк вообще никак взять не мог. И приписывал все извечной бабской глупости, недалекости.

– А что такого? – нахмурилась Мариша. – Если ты мне все расскажешь, то я начну действовать.

О том, что действовать она, и не одна, уже начала, Мариша решила не упоминать. К чему лишний раз нервировать старичка и лишать его приятных иллюзий? Пусть думает, что командир в семье до сих пор он. А все, в том числе и внучка, лишь смотрят ему в рот и ждут ценных указаний.

– Ты думаешь, что я ее не смогу найти?

– Мариша! Поговорим серьезно! Когда шпагу похитили, то преступников искали. И поверь мне, искали серьезные люди. Однако же ничего не нашли!

– Потому что не там искали! – воскликнула Мариша. – Уверена, шпагу искали в Москве! А надо было искать в Питере! Тогда еще в Ленинграде!

– Работники уголовного розыска пропустили словно через мелкое сито всех, кто бывал у меня в доме!

– Значит, шпагу украл кто-то, на кого не пало подозрение. И потом, дед, почему ты считаешь, что заказчик сам взялся бы за воровство? Он вполне мог нанять профессионального вора-домушника.

Дед посмотрел на Маришу внимательно.

– Ну, допустим, так они и сказали! – неохотно признался он. – Сказали, что сработал профессионал.

– А больше он ничего не взял?

– Как это? А кортик, рапира, дуэльные пистолеты? Я ведь говорил.

– Рапира?

– Я тебе говорил и про нее! – с раздражением буркнул дед. – Да шут с ней! Грош ей цена.

– Но что-то еще пропало? – настаивала Мариша. – Из коллекции?

– Мне хватило и этого! Да твоя бабушка меня чуть ли не живьем съела, когда узнала, сколько одни только пистолеты стоят! Это же несколько моих премий!

Ага, не один Варфоломей утаивал от жены премии и прочие дополнительные доходы. Честный службист, каким был ее дед, тоже имел такой грешок. Только тратил свои денежки не на прекрасный пол, а на пополнение своей коллекции.

– Нет, я имею в виду, в доме разве не было других ценных вещей?

– Драгоценностей у твоей бабушки в те времена не было. А посуда, хрусталь и прочее мещанство у нас в доме не водилось. И тряпок у твоей бабушки разных там тоже лишних не было. Зачем? Я – человек простой. И ничего такого не терпел. Оружие – это да. Это мне было близко и понятно. А куча платьев твоей бабке и не нужна была. Все равно целыми днями дома сидела.

Мариша только вздохнула. Бедная бабушка. Прожить жизнь с таким солдафоном! Платья ей не нужны, видите ли! Конечно, лучше еще одну железку в свою коллекцию приобрести. Наверное, бабушка от души ненавидела их. Стоп, а это хорошая мысль. Уж не сама ли бабушка и наняла вора, чтобы тот украл ненавистную ей коллекцию?

Но тут же Мариша вспомнила рассказы мамы о том, с каким почтительным трепетом, близким к благоговению, бабушка относилась к деду. И Мариша выбросила крамольную мысль о предательстве родной бабушки из головы. Нет, не осмелилась бы бабушка перечить мужу. Даже таким образом. И отсутствие платьев тоже не воспринимала как личную драму. Да уж, в этом они с бабушкой совсем не похожи.

– Значит, бабушка целыми днями дома сидела? – задумчиво произнесла Мариша. – А как же получилось, что она не видела, как воры в дом лезут?

– Так это в наше отсутствие случилось. Мы на дачу уехали. А они и влезли.

– А кто знал, что вы на даче будете?

– Да все наши друзья знали, что с пятнадцатого мая и по пятнадцатое октября, дождь или сушь, а мы перебираемся жить на дачу и живем там. Всегда так было! Мы этого и не скрывали. Твоя бабушка и дети до пятнадцатого октября жили на даче, а потом перебирались обратно в город. Я давал им свою служебную машину. Шофера. И денщика, который помогал собрать и перевезти вещи.