Чтение онлайн

Бедняжка застряла тут с людьми, которые были слишком сосредоточены на собственной горькой жизни, чтобы жалеть еще кого-то.

— Что ты здесь делаешь?

Вэриан оглянулся на Дафина, который с враждебностью смотрел на него… и это глубоко ранило его душу. Столетия назад Дафин — полный усатый мужчина с круглыми щеками был владельцем небольшой таверны в Гластонбери. И пока мужчина рассматривал его со злобной усмешкой, Вэриан вспоминал их первую встречу. Вэриану было семь, и его мать только что бросила его на пороге отцовского дома. Никому из родителей до него не было дела, поэтому он решил убежать и жить сам по себе.

Он сумел добраться только до таверны, где, устав после долгой дороги от замка до города, уселся возле двери. Дафин увидел, как Вэриан пытается отдышаться и спросил, что он тут делает. Едва только Вэриан все объяснил, Дафин предложил ему работу.

— Что ж, если ты хочешь быть сам по себе, парень, тебе не помешает пара монет. Мои полы нужно мыть, и мне определенно пригодится дегустатор, который убедится, что мой хлеб лучший в городе до того, как я предложу его клиентам. Что скажешь, поработаешь на меня?

Решив, что сейчас его жизнь значительно улучшится, Вэриан с благодарностью согласился.

Но пару часов спустя появился его отец. Он чуть не оторвал Вэриану уши за то, что тот сбежал и заставил вернуться в Камелот против его воли. Но как только Вэриан вырос, он часто возвращался в таверну, чтобы провести время с Дафином.

До той ночи, когда упала завеса, и Дафин обнаружил, что пойман в ловушку с этой стороны, а его семья осталась в мире людей. Боль, скорбь и горечь произошедшего уничтожили хорошего человека, и сейчас Дафин, как и все остальные здесь, убьет его, если представится шанс.

Вэриант открыл большой кожаный мешочек на талии и вытащил двадцать золотых марок.

— Прошлой ночью снаружи аббатства был убит человек.

Дафин скривился, собирая монеты и ссыпая их в карман.

— Тут всегда кого-то убивают. Что с того?

— Это был один из Лордов Авалона.

— И я снова спрошу: что с того?

Вэриан сжал зубы, а затем вытащил больше золотых монет и бросил их на барную стойку перед Дафином.

— Ничего не происходит внутри или рядом с аббатством, о чем ты бы не знал. Расскажи мне, кто убил его.

В карих глаза Дафина зажегся огонек, пока он собирал монеты со стола и отправлял в карман.

— Главным у них был Бракен.

Это имя заставило Вэриана задуматься. Бракен был одним из самых смертоносных миньонов-убийц, которыми командовала Моргана, хотя термин «командование» тут можно было использовать только отчасти, так как миньоны съели их последнего хозяина, бога Балора. Их отношения с Морганой балансировали на тонкой грани «мы будем служить тебе, пока ты защищаешь нас от богов и не надоедаешь слишком сильно». В конечном счете миньоны-убийцы без сомнений убили бы ее, если бы не одно «но»: меньше всего им хотелось навлечь на себя гнев всего Туата Де Дананн. Это группа кельтских богов особенно славилась своим дурным нравом.

Участие Бракена не сулило ничего хорошего Вэриану, потому что именно ему придется задавать вопросы демону, который этого очень не любил.

Внезапно Дафин перевел взгляд за спину Вэриана и прищурился.

От волны силы по позвоночнику Вэриана прошла дрожь, учитывая, что магия не действовала внутри аббатства, из-за чего Дафин и перенес свою таверну внутрь стен, Вэриан знал, что существо, стоящее за спиной невероятно «одаренное». Этот вид силы он тут же узнал, а Дафин поспешил ретироваться.

— Привет, мама, — поприветствовал Вэриан перед тем, как посмотреть на нее через плечо.

Наришка оставалась такой же красивой, как любая двадцатилетняя человеческая девушка. Быть бессмертным Адони безусловно имело свои преимущества. Ее светлые золотистые волосы были заплетены в косы и изощренно уложены вокруг короны на голове, петлями спадая на плечи. Ее струящееся черное платье едва прикрывало пышные изгибы.

— Добро пожаловать домой, Вэриан, — холодно улыбнулась Наришка.

Он нагнулся через стойку, чтобы взять кувшин и кубок и налить себе крепкого напитка.

— Едва ли это можно назвать моим домом.

— Ах да, ты же предпочитаешь водиться с нашими врагами.

Вэриан фыркнул в ответ и пригубил горькую медовуху, которая жгла, как огонь.

— Ты вышвырнула меня, припоминаешь?

— Стратегический просчет с моей стороны.

— Хм… — промычал он, ни на секунду не веря этому, и поставил кубок на стол. Его мать никогда не совершала подобного рода ошибок.

Склонив голову набок, он нахмурился, заметив скрюченную каргу в тени своей матери.

Его мать тут же обратила внимание на то, куда он смотрит.

— Спасибо за спасение моей служанки. Мне бы не хотелось, чтобы ее еще больше покалечили.

Вэриан снова встретил холодный взгляд матери.

— Тогда, возможно, тебе следует освободить ее.

— Возможно, следует…

Он не упустил расчетливого огонька, вспыхнувшего в ее глазах.

— Итак, почему ты здесь, мама?

Она притворно выпятила губы, словно обиделась.

— Разве я не могу просто соскучиться по своему мальчику?

Мужчина едва не подавился медовухой от нелепости данного утверждения. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы откашляться.

— И сколько же веков тебе потребовалось, чтобы обнаружить в себе этот глубоко зарытый материнский инстинкт? Хотя, погоди, лучше я сбегаю за отбойным молотком, и мы пробьемся через гранит, чтобы это выяснить.

Она неодобрительно цокнула языком.

— Я скучала по тебе, Вэриан, — Наришка потянулась, чтобы коснуться его щеки.

Вэриан поспешно отступил назад. Его обвинения не были пустыми словами. Никогда в жизни мать не прикасалась к нему с любовью. И, если только Наришка не наглоталась серьезных колес, Вэриан сомневался, что сейчас она изменилась.

— Хорошо, — резко ответила она, поняв, что он не настолько глуп. — Мы с Морганой хотим, чтобы ты присоединился к нам.

— Да. Конечно, хотите. Но вы опоздали на несколько веков, мама. Вы, две ведьмы, могли бы воспользоваться своими силами, чтобы увидеть, что маленький Вэриан никогда не вернется в семью. Никогда. В день, когда ты оставила меня в Камелоте, ты сказала, что у тебя есть более важные занятия, чем игра в няньки с непослушным паршивцем.

— Сделанное мной достойно сожаления…