Чтение онлайн

Мисс Фаулер, стоящая возле тренера Смитсона, ехидно ухмыльнулась. На вопросительный взгляд коллеги молчаливо покачала головой.

Поскольку от нас требовалась очень точная координация действий, практически пошаговая, на канале внутренней связи леди Бедфорд начала отчётливо и методично считать вслух, задавая ритм. На цифре десять с места сорвалась Браунфельс, побежав на врага. За ней, с задержкой в пару секунд я. За мной, с чуть большим интервалом, размахивая оружием, с дикими криками, предназначенными ошеломить и сбить противника с толку, остальные. Думаю, со стороны зрителей это смотрелось «эпично», прямо как в кино, а вот со стороны специалистов, такая тактика вызывала больше вопросов, чем надежд на её успех.

Прямо перед вражескими бойцами, напрягшимися в ожидании подвоха, не верящих в то, что мы все внезапно спятили, Браунфельс неожиданно развернулась и присев, сцепив ладони в замок, выставила их вперёд. Воспользовавшись ими как ступенькой, что было сил оттолкнувшись, совершил героический прыжок, совмещённый с толчком немки, придавшей мне дополнительное ускорение. Уплотнив до предела А-поле, перекачивая в него всю возможную энергию, без остатка, подобно ядру катапульты, перелетев через первый ряд опешивших Ястребов, обрушился на второй, перекатываясь под ноги третьему.

Увы, забрать страйк, как в боулинге, не удалось. Падение вышло очень жёстким и болезненным. С грохотом. Не обращая на это внимание, как и на атаковавших меня разозлённых учеников Гринвуда, с секундной задержкой отправил им прощальный подарок. Сжатое до предела, перегруженное поле, которое начал готовить ещё до начала отсчёта, резко взорвал изнутри, придавая мощнейшему выбросу кинетической энергии форму кольца, стремительно расширяющегося вдоль пола.

Этот приём принёс мне ещё больше боли, оставляя слабым и беспомощным. Тут бы бедного гоблина просто затоптали или забили со всех сторон, но, не успели. После прохода ударной волны на ногах устояло всего трое Ястребов Гринвуда. Остальные попадали, мешаясь друг другу. Не успели подняться, чтобы перегруппироваться, как на них налетела орава Чёрных рыцарей, с ходу обрушивая град ударов. Линия учениц Святой Анны поразительно слаженно обернула эту беспорядочную кучу поваленных противников, взяв во внешнее кольцо. Во внутреннем я хватался руками за ноги, пинался, катался, даже не пытаясь встать, завершая диверсию. Разгром Ястребов Гринвуда был полным. Алан просто не успевал восстанавливать энергию силового поля, накрывшего его в виде колокола. Удивительно, но я даже после всего этого «выжил», оставшись целым и невредимым. Смог самостоятельно подняться на ноги.

— Неожиданный ход, — признал удивлённый тренер Смитсон, не сильно огорчившись поражению.

Это соревнование ведь проходило в рамках дружеских договорённостей, а не официального рейтинга. Так что оно ни на что не влияло. Если только на настроение и самоуверенность проигравших, но им это будет полезно. То, что Ястребы Гринвуда одни из лучших у себя дома, вовсе не значит, что за его пределами будет так же.

— Йохансон не любит действовать по канонам. И это не только его проблема, — рассмеялась довольная мисс Фаулер. — Видимо, не те учебники читал в детстве.

Подведя итоги, объявив школу Святой Анны победительницей, тренера построили команды друг напротив друга. Попросили пожать бывшим соперникам руки. Одних поздравить с победой, а других, приободрить, пожелав будущих успехов.

Несмотря на мрачные лица и уныние, команда Ястребов Гринвуда честно исполнила долг. Пронесла нас вокруг школы на своих спинах. Не позволив Холли меня нести, Алан занял её место. Сестре досталась относительно лёгкая, невысокая Маргарет. Под предлогом того, что оказывает этим мне честь. Здоровяк из команды их лейтенанта без труда «покатал» Митчела.

Судя по повеселевшим лицам, некоторые парни из Ястребов даже получили удовольствие, взвалив на плечи красивых девушек, с которыми во время прогулки вокруг школы смогли поговорить на свободные темы. Превратив наказание, в оказание услуги. Поэтому расставались мы доброжелательно, без вражды. Они даже посмеивались над моей последней выходкой. Пообещав принять её на вооружение. А ещё сфотографировались на память, попросив вновь натянуть на себя шкурку гоблина.

Из чувства благодарности, для примирения предложил добровольно пронести вокруг школы Холли, естественно, я в доспехе, а она без, но Алан был против. Сказал, что сам её потом покатает. В итоге, обменявшись с ним недружелюбными взглядами, показательно хмыкнув, разошлись в разные стороны.

Школу Гринвуд Чёрные рыцари Святой Анны покидали объединённые общей радостью и гордостью. Поздравляя товарищей по команде, вспоминая забавные моменты. Необидно над ними подшучивая. В тот момент я веселился вместе со всеми, чувствуя себя частью этого отряда. Ничто так не сближает, как общие победы.

Расщедрившись, мисс Фаулер повезла нас в ресторан, отпраздновать первый совместный успех. Когда страсти чуть улеглись, вновь вспомнил то видение Оракула, что не давало мне покоя. Я так и не рассказал об этой возможности Холли, поскольку не мог предугадать, к чему она приведёт. Я же не видел её отдалённого будущего. А может, у девушки возникнут осложнения от искусственно вызванного прорыва? Или эффект от него получится кратковременным, а то и неполным. Скажем, из-за спешки Холли станет недорыцарем. Кого во всём этом будут винить? Рисковать чужим здоровьем ради проверки собственной теории, как-то… боязно. Да, даже в случае успеха, как он отразится на мне? Как объяснить своё озарение? И не ошибочно ли оно? Словом, от множества вопросов у меня разболелась голова. Хотя, это скорее было вызвано последствием от работы с Оракулом. Ни одна сила не даётся даром. О чём тоже следовало серьёзно подумать.

Желание хоть с кем-нибудь поделиться этими мыслями, спросить совета, постепенно становилось нестерпимым.

— А вдруг я лишаю Холли единственного шанса в жизни? — нашёптывал коварный внутренний голос.

— Отказываюсь от богатства и… от подземной лаборатории, в которой меня будут препарировать, — поддакивал ему здравый смысл, насмотревшийся ужастиков.

— Хоронить собственные таланты тоже не лучший выход. Не будешь взращивать в себе божественный корень мудрости под чутким присмотром специалистов, он ядовитым сорняком прорастёт в другом месте, под храп бездаря, — вступило в спрос здравомыслие.

Или словоблудие, я их так и не научился различать.

— Ребята, хорош орать, тренера не слышно. Чем нас кормить будут? Поскорее бы, — недовольно проворчал желудок, которого остальное мало волновало.

И только мозг блаженно отдыхал, убаюканный суперумением подсевшей ко мне в автобусе Рэдклиф. Она вот уже десять минут что-то увлечённо рассказывала и жестикулировала. На том месте, где описывала бассейн в своём доме, а также надувные матрасы, перестал что-либо запоминать. Как они связаны с нашей поездкой? Попытки отследить логические связи в её словах завязали их в причудливый бантик. Пришлось принимать экстренные меры.

Покопавшись в кармане, нашёл одну из конфет, которую по привычке стащил у Эдит. У неё они почему-то вкуснее, несмотря на одинаковые фантики. В детстве даже сравнение проводил, по очереди брав на кухне из общей коробки и из её личной вазочки. Пока на восьмом образце не прибежала злобная хозяйка, чьё необъяснимое внепространственное чутьё подало сигнал тревоги и не начала орать, угрожая лютой расправой. Поступил, как и в тот раз. Развернув фантик, вложил содержимое в рот мигом заткнувшейся, выпучившей глаза девушке. Спустя пару секунд, перекатив её языком несколько раз из стороны в сторону, Рэдлиф покраснела и, такое впечатление, начала испытывать приступ удушья, от которого… сбежала. Да так быстро рванула обратно на своё место, будто за ней кто-то гнался, собираясь отнять конфету.

— Какая-то она чересчур гиперактивная и впечатлительная, — удивлённо прокомментировал, наклонившись, выглядывая в проход.

Помнится, от Эдит в тот раз именно мне пришлось спасаться бегством.

— И не говори. Повезло тебе, — завистливо согласился Даниэль, повторив то же самое, но с другой стороны прохода.

— В смысле? — не понял, к чему это сказано.

— В смысле, откуда у тебя конфеты? Почему не сказал раньше? Прятал, чтобы ни с кем не делиться? Может, я тоже хочу сладенького.