Чтение онлайн

Она чувствовала, что он очень одинок. Она поняла, что его слова означают нечто большее, чем желание, чтобы она полностью отдавалась ему в постели.

Физическое наслаждение, пусть самое восхитительное, было только началом того, чего он от нее хотел.

Впервые в жизни Уильям страшился идти воевать. Ему не хотелось оказаться вдали от Кэтрин даже на одну ночь.

До сих пор король Генрих и принц были заняты разгромом последних остатков мятежа на севере. В Уэльсе после потерь, понесенных мятежниками весной при Гросмонте и Пуйлл-Мелине, стало спокойнее. Однако затишье не могло продлиться долго.

Скоро ему придется ехать сражаться за Уэльс. Стоит начаться военным действиям, и он неделями будет пропадать вдали от дома. Он старался не думать об этом.

Тем не менее он много занимался со своими людьми, чтобы они были готовы, когда их призовут. Однако стоило ему издали заметить Кэтрин, как он отвлекался. Если она входила в зал, когда он разговаривал со своими людьми, или пересекала двор, где они оттачивали искусство владения оружием, он останавливался и смотрел на нее, пока она не скрывалась из виду.

Его люди удивлялись произошедшим в нем переменам. Они всегда уважали его как уверенного в себе и талантливого военачальника, искусного воина, человека, который держал слово. Но раньше в его присутствии они чувствовали себя скованно. Теперь он смеялся над шутками, которые они никогда не позволили бы себе при нем раньше. Они даже поддразнивали его, намекая на причину, по которой в его походке появилась новая легкость.

И все поголовно зеленели от зависти, когда Кэтрин каждый вечер выходила из зала под руку с ним. Он подозревал, что все они были немного влюблены в нее. И при этом были рады за него.

Все, кроме Эдмунда Форрестера.

Эдмунд предупреждал его, что за ней нужен глаз да глаз, что она может его предать.

Следующие недели пробежали для Кэтрин в счастливом тумане. Они с Уильямом не могли дождаться ночи. Если удавалось выкроить время, он и днем ускользал на час-другой, предварительно отослав Кэтрин в их комнаты. Джейми обожал Уильяма и ходил за ним как собачонка. Всякий раз, услышав радостный визг Джейми, сидевшего на плечах у Уильяма, она благодарила Бога за его благодеяния. Еще несколько недель назад она не смела и надеяться на это.

Только одно омрачало ее счастье: муж все еще не доверял ей. Недоброжелательство Эдмунда тревожило ее теперь, когда она каждую ночь раскрывала свою душу Уильяму, даже больше, чем прежде.

— Уильям, ты никогда не рассказывал мне о своей семье и доме на севере, — сказала она как-то, когда они лежали в кровати.

Они, как всегда, рано отправились спать и занялись любовью. В это летнее время небо еще оставалось достаточно светлым, чтобы она могла видеть лицо мужа.

Кэтрин решила, что если он поделится с ней своим секретом, она расскажет ему о поведении Эдмунда. Ей нужно было быть уверенной, что он ей поверит.

Она приподнялась на локте и положила голову на его голую грудь.

— Я хочу знать все.

— Все? — Он поиграл бровями, пытаясь отшутиться. — И обо всех женщинах?

Она сощурила глаза.

— Только о безобразных.

Он засмеялся и поцеловал ее.

— Перестань! — вставила она между поцелуями. — Ты стараешься меня отвлечь.

Он перевернул ее на спину, его мужественность упиралась ей в бедро.

— Скажи мне, что у меня хорошо получается.

Он покрыл поцелуями ее шею. И она полностью отдалась поцелуям.

Но она не забыла про свой вопрос. Утром, когда он хотел встать с постели, она схватила его за руку:

— Почему ты не хочешь мне рассказать?

— Рассказать что?

Он притворился, что не понимает.

— О твоей семье.

— Ты будешь продолжать терзать меня вопросами, женщина?

Уязвленная, она выпустила его руку и замолчала.

Уильям начал одеваться. Молчание тяготило, но она не собиралась его нарушать. Уильям взял сапоги и сел, чтобы натянуть их.

— Ладно, Кэтрин.

Он глубоко вздохнул, не пытаясь скрыть недовольства.

Он натянул один сапог.

— Как большинство мальчиков, меня рано отправили обучаться. — Он натянул второй сапог. — Может быть, раньше, чем других.

Он встал и взял со стула ремень.

— Я никогда не был близок с членами своей, семьи. Кроме Джона.

Она заметила, что при упоминании о Джоне его голос изменился.

— Он был моим сводным братом, моложе меня на три года, — сказал Уильям, надевая меч. — Джон умер. Без него на севере для меня не осталось ничего и никого.

— А твои отец и мать? Они живы?

Уильям взял с сундука кожаные перчатки для верховой езды, с вечера оставленные там Томасом.

— Это все, что ты скажешь мне на прощание, Кэтрин? Мои люди ждут меня.

— О, ты же едешь в Херефорд! — воскликнула она, прижав ко рту ладонь. — Я совсем забыла.

Он должен был встретиться с другими лордами пограничной полосы и предполагал отсутствовать по крайней мере четыре дня. Она вскочила с кровати и бросилась в его объятия. Голая кожа соприкоснулась с грубой тканью его одежды.

— Я хотела бы поехать с тобой, — сказала она.

— Это слишком опасно. — Он улыбнулся и подмигнул ей. — Эти пограничные лорды себе на уме, я должен держать ухо востро.

— Но я их знаю и могла бы дать тебе совет, — сказала она. — Не упускай из виду лорда Грея. Его земли граничат с нашими на севере, и он не прочь присоединить часть из них к своим.

— Риск слишком велик, я не могу тебя взять, потому что со мной едет только полдюжины солдат. — Он поцеловал ее в лоб. — Большая часть отряда остается здесь, чтобы охранять эту часть границы.

Она прижалась к нему, зная, что возражать бесполезно.

— Вы с Джейми будете здесь в безопасности, — сказал он, проводя рукой по ее спине. — Я оставляю Эдмунда руководить оставшимися.

— Только не Эдмунда! — выпалила она, не успев подумать над своими словами.

— Он лучший из моих людей, — сказал Уильям. — Только ему я могу доверить охранять замок Росс и вас до моего возвращения.

Она уперлась рукой в бок и поджала губы.

— Кэтрин, это для меня важнее, чем твое отношение к Эдмунду. Не знаю, что ты имеешь против него. Эдмунд — хороший человек.