Чтение онлайн

— Сложить оружие. Выдать командиров. Даю пять секунд на обдумывание. Потом — открываем огонь! — раздался голос с холма. Он был невероятно твёрд и уверен. Похоже, командовал один из участников подавления выступлений в Петрограде.

Естественно, за пять секунд бунтовщики даже сообразить ничего не смогли. И на их головы начали падать снаряды.

Бух. Посреди десятка солдат земля вспучилась комьями, и образовалась воронка. А вместо людей…Вместо людей остались только их части.

Ещё несколько "бухов" — и уже солдаты попадали на землю, отбрасывая в сторону винтовки, накрывая головы руками. С холма ринулась конная сотня, с шашками наголо. Импровизированный "штаб" восставшей части именно донцы и взяли. Щуплый как раз пытался сообщить о крахе восстания "наверх", но не успел.

Через считанные минуты, только взглянув на "вождя" рядом с радиостанцией, командовавший объединёнными силами по подавлению восстания капитан Бермонд, участвовавший в штурме Совета в Петрограде, догадался, что делал щуплый.

— Немедленно, на линию обороны. Доложите Лавру Георгиевичу, что возможна попытка прорыва германских сил на этом участке фронта. Донцы, скачите к окопам, предупредите командира части.

Казаки редкой цепью, густым строем просто было не пройти через эту лесистую местность, рысью поскакали на запад. До окопов было примерно два километра. Оттуда уже доносились звуки артиллерийской канонады.

— Оставить караул в сорок человек, кто попытается открыть рот из этих гнид, — Бермонд кивком показал на восставших солдат. — Стреляйте. Это разрешено недавним приказанием Корнилова, не забывайте. Остальные — за мной!!! Быстро!!!

Артиллерийская канонада становилась всё громче. Невдалеке от Бермонда, повалив деревья, упал вражеских снаряд, взлохматив землю и образовав немаленькую воронку. Капитан приник к земле, но многие солдаты его даже обогнали. Знали, что надо делать во время обстрела. Привыкли…

А потом послышались и первые выстрелы. Взобравшись на очередной холм, Бермонд увидел русские окопы. Там уже работали пулемёты: германец наступал, прикрываемый огнём своей артиллерии.

Чуть в стороне от холма, на который взбирались солдаты Бермонда, работали наши орудия. Вокруг пушек уже потихоньку собиралась гора огромных гильз. Что ж, это был не пятнадцатый год, пушки могли работать, не боясь, что на завтра стрелять просто будет нечем. Но германские орудия били явно "веселей", у них-то тыловые службы работали, а не пили или продавали всё, что плохо лежало…

— На прорыв пошли кайзеровцы, — сплюнул Бермонд. — А ну, за мной! Вперёд! Покажем гадам, кто такие русские солдаты! Запевай!!!

Эта песня уже потихоньку начинала расходиться по фронту, и некоторые солдаты её уже знали.

Внезапно кто-то схватил за плечо ринувшегося было вперёд Бермонда. Капитан обернулся, глянул в щербатое лицо немолодого унтера, хотел уже было сам врезать — чтобы не мешал, вдруг тоже, из "замиренцев", захотел убрать офицера…

— Ваш бродь, не лезь! У меня так в пятнадцатом тринадцать командиров погибло! — только тут Бермонд сумел разглядеть солдатский Георгий на груди унтера.

Капитан вздохнул. А его солдаты уже неслись вперёд, на к окопам. Офицеры засевшей там части, увидев подкрепление, скомандовали атаку, встретить немцев лицом к лицу, а заодно и отбросить их назад. Авось удастся отбить хотя бы кусок вражеских траншей.

Сидевшие до того в окопах солдаты тоже подхватили песню. Устав от постоянного сидения в траншеях и кормления вшей, они даже с радостью поднялись в атаку. Доколе немчуре их обстреливать? Пора было поквитаться за прошлые обиды…

Русские пулемёты охладили пыл атакующего противника, а там уже и донцы ударили, как снег на голову. Немцы побежали, не ожидая такого отпора. На их спинах русская часть смогла прорваться в окопы противника…

К сожалению, к вечеру германец стянул резервы на этот участок фронта, и нашим частям пришлось отступить. Правда, не с пустыми руками, пулемёты или забрали с собой, или испортили. Только вот обида брала Бермонда, да и Корнилова, что не смогли развить успех. Резервы стянуть не успевали, а оголять позиции побоялись, ожидая ещё одного удара немцев. Но хотя бы "пощипали" оборону германца, прощупали слабые места. Это ещё пригодится, и в самом скором времени.

Мокрый, грязный, ветреный, капельный март подходил к концу…

Поздно вечером, когда деревеньку освещали только звёзды и умирающая луна, в двери одной из лачуг постучался замотанный в тряпьё человек. Сперва хозяин, грек, хотел спустить прогнать нищего побирушку, но едва тот показал условный знак…

— Так, значит, завтра ночью в эту точку, — Зарудный ткнул пальцем в кусочек берега на карте, обозначавший место высадки нового отряда с грузом. — Но он же слишком далеко от этого места, до рассвета добраться сюда не успеем. Вдруг нарвёмся на патруль? К тому же будет довольно трудно миновать все населённые пункты. Опасно.

— К сожалению, именно здесь будет проведена высадка очередного отряда, — пожал плечами штабс-капитан Фредерикс. Именно он постучался ночью в дверь жилища грека-связного. Иоган Карлович не без улыбки вспоминал, как отреагировал на условный знак — зажатую дулю — связной. Зато уже утром Фредерикс сообщал "авангарду" о месте высадки нового отряда, с винтовками, деньгами, патронами — и взрывчаткой. Их требовалось встретить. Просто эта группа обещала быть намного больше, нежели первые "засланцы".

— Матка Боска…А что, если переодеться в форму турецких солдат? Фредерикс, Вам выпадет почётная роль немецкого офицера. Сможете?

— Was hast du gesagt, unkluge Schaf? — ухмыльнулся Фредерикс. — Мы ещё посмотрим, кто больше немец, их командиры и советники, или я, барон в двенадцатом поколении! Только форма нужна.

— Имеется, но только шесть наборов. Из всех турок сделать не сможем. К тому же на османов мы будем похожи разве что издалека. Весь этот маскарад раскроет любой местный с трёх десятков шагов, как минимум. К тому же офицерский мундир — только один. Поэтому офицером будете Вы, штабс-капитан. Думаю, Вам очень пойдут ятаган и феска.

— Надеюсь, сами турки оценить этого не смогут, — хохотнул Иоган Карлович.

— Что ж, вот и попробуем…

Поехали на телегах, взяв с собой десяток греков из тех, что проходили обучение у "авангарда". Остальных оставили сторожить "училище" вместе с Василием Клембовским. Этот православный поляк обещал снова показать, что такое русская муштра новобранцев! Судя по лицам греков, те уже начали понемногу жалеть о решении бороться с турецкой властью при помощи винтовок, а не чего-нибудь попроще. Всё-таки их бы так не допекал Клембовский…