Чтение онлайн

– члену "Дела божьего".

– Вначале мне там не очень нравилось,

– рассказывает Эва.
– Меня больше влекло море, плавание, гребля, но моя мать была поражена любезностью, приветливостью хозяев этого дома, всей этой очень приличной обстановкой...

Затем на пасху 13-летняя девочка две недели провела в международном общежитии в Кельне, в красивом особняке на улице Ашенерштрассе. Вместе с ней там было еще 15 итальянок, 30 испанок и представительницы десятка других стран под строгим присмотром нумерариев разного ранга, которые в Кельне знакомят новообращенных с "Нормами", продиктованными основателями ордена:

– Святость труда и образа жизни, ежедневное чтение текстов организации, усердные молитвы и искупления в определенное время дня и прежде всего полное послушание богу и духовным руководителям "Опус деи" в гораздо большей степени, чем всем остальным, включая родителей. Эскрива де Балагер учил также:

– Предположим, что член "Опус деи" открыл химический состав, с помощью которого можно сделать философский камень, и ему осталось лишь перелить каплю этого состава из одной пробирки в другую. Так вот, он должен оставить свою работу и забыть об этой капле, если его руководитель дал ему другое поручение.

В следующем году во время поездки в Рим на пасху произошел коренной поворот в жизни 14-летней Эвы. В это время отмечается большой ежегодный праздник кандидатов в члены "Опус деи": сотни юношей и девушек из всех стран мира размещаются в гостиницах, собираются на коллективные встречи с беседами, песнопениями. Встречаются также и с руководителями ордена, и с самим папой римским.

– Впечатление поразительное, - говорит Эва.
– Непрерывным лейтмотивом всех этих бдений была идея, что жизнь нужно пожертвовать богу. Я решила это сделать, то есть стать нумерарией "Опус деи".

И вот, когда ей исполнилось 14с половиной лет, Эва направила письмо с просьбой принять ее в члены организации самому главе "Опус деи" Альваро дель Портильо. Этот акт называют "питар" (по-испански "свисток").

19 марта, в день святого Иосифа, Эва вместе с другими будущими нумерариями дала обет бедности, целомудрия и послушания. А через пять лет обет верности, в знак чего выдается кольцо, которое члены организации носят на левой руке.

День Эвы был строго расписан на общие молитвы, молитвы за папу и руководителей ордена, мессы, причастия, повторение молитв с четками в руках, медитации, беседы с начальниками.

– Нумерарии должны умереть выжатыми как лимон, - говорит Эскрива де Балагер.

После приема в "Опус деи" Сичильяно познакомилась также с умерщвлением плоти.

– Однажды директриса показала мне вериги - металлическую цепь, одна из сторон которой была густо утыкана гвоздиками, с крючком, с помощью которого цепь закрепляют на

бедре. Она объяснила мне, как она употребляется и зачем: чтобы укрепить характер и пострадать за господа.

Журнал "Панорама" пишет, что нумерарии обязаны носить эти вериги ежедневно по два часа, пока они работают, учатся или беседуют с другими членами ордена. Вериги больно врезаются в тело, особенно когда человек сидит, и оставляют на теле ранки. Еще большую боль причиняет веревочный хлыст, которым стегают себя по ягодицам до появления крови. Бичевание хлыстом, который называют здесь "дисциплиной", применяется в обязательном порядке раз в неделю, в "дежурный день", который директриса назначает для каждой нумерарии: это день "бдения и жертв". Помимо хлыста, есть и другие способы умерщвления плоти: "героическая минута", когда нужно мгновенно среди ночи встать с постели; сидеть, не опираясь на спинку стула; меньше есть того, что любишь, и больше того, что не любишь.

– Если ты не будешь умерщвлять свою плоть, ты никогда не станешь человеком молитвы, - учил Эскрива де Балагер.

Письма, получаемые и отправляемые опусдеистами, всегда сначала прочитывает начальство. На просмотр фильма, чтение газет и книг молодые "рыцари церкви" обязаны получить разрешение руководителей. Корреспондент "Нью-Йорк таймс" Генри Камм убедился, что в Наваррском университете руководством "Опус деи" строжайше запрещены произведения Маркса, Сартра, Кьеркегора, Шопенгауэра и других авторов.

Председатель группы Итальянской социалистической партии в палате депутатов Рино Формико первым из политических деятелей указал на опасность, которую таит в себе "Опус деи". Выступая в палате депутатов по вопросу о масонской ложе "П-2", он заявил, что закулисная власть "Дела божьего" вполне может ограничить, подавить и подорвать демократию в Италии. Журнал "Панорама" попросил Формико объяснить, что побудило его прийти к такому выводу:

– Вы действительно считаете, что "Опус деи" занял место масонской ложи "П-2"?

– Я считаю, что "Опус деи" уже давно пустил прочные корни в Италии как организация. Она распространялась и крепла одновременно с развитием страны, параллельно с заинтересованностью правящих классов в установлении новых связей. Существование ложи "П-2" лишь подтолкнуло нас, политических деятелей, вас, журналистов, и общественность в целом уделять больше внимания тайным обществам.

– "Опус деи" прозвали "святой мафией" или "клерикальным масонством". Что же он представляет собой, по-вашему?

– Пока еще рано давать четкую оценку этому явлению. Несомненно, что с мафией ее роднит секретность, но этого недостаточно для того, чтобы дать ей столь четкую и недвусмысленную характеристику. Что касается эпитета "святая", то таковой она является в силу ее принадлежности к церкви, хотя возникает вопрос, можно ли называть святым все то, что имеет отношение к церкви. Я лично сомневаюсь. Что же касается масонства, то я считаю, что "Опус деи" объединяет с ним секретность, связи, а также, я полагаю, обряды...

"Опус деи" широко распространен в Италии. Именно потому проблема ордена и вызывает такой интерес.

– Руководители ордена продолжают заявлять, что "Опус деи" всего лишь религиозная, духовная организация, наставляющая в христианской вере.

– Мне кажется, что это слишком ограничено. Впрочем, достаточно вспомнить о том, что происходит в Испании, где полемика по вопросу об "Опус деи" приобрела широкий размах и затронула область политического устройства... Если бы "Опус деи" была организацией, объединяющей лишь духовных лиц, то она интересовала бы нас только как один из обычаев. Но если такая организация объединяет в своих рядах не духовных лиц, а мирян, связывает их совершенно особыми узами, тогда возникает тот же вопрос, какой уже возник во времена ложи "П-2", а именно: конфликт между подчинением государству и верностью клятве, которая выходит за рамки законов государства. Когда "Опус деи" действует в сфере ознакомления граждан с религиозными идеалами, она, несомненно, не занимается секретной деятельностью, наносящей ущерб конституционным порядкам. Но когда она, как это происходит также в Италии, направляет деятельность руководителей государственного административного аппарата, а также авторитетных деятелей мира финансов и информации, устанавливая таким образом узы верности, выходящие за рамки тех уз, какие должны связывать гражданина с государством, то тем самым создается параллельная власть, которая затем может приобрести подрывной характер и привести к ограничению демократии...

Известный специалист по ватиканской политической кухне Сандро Маджистер подчеркивает, что любопытная "нить Ариадны" связывает между собой теневые общества "Опус деи". Возьмем, например, общество с ограниченной ответственностью "Нуова Колибри" - издательство, руководимое нумерариями, которое издает серию "Фольи", ежемесячные брошюры, распространяемые для идеологической и моральной подготовки "рыцарей церкви" и сочувствующих, а также журнал "Культура э либри".

Администрацию издательства "Нуова Колибри" курирует еще одно общество с ограниченной ответственностью - "Эдициони университарие кооператива джорналистика", сокращенно "Эдиун Коопераджон" со штаб-квартирой в Риме, всего в нескольких метрах от резиденции "Опус деи", в том же особняке, где размещается Институт по вопросам сотрудничества между университетами (ИСУ).