Чтение онлайн

— Их не может быть! Эти системы давно находятся на вооружении флота Содружества, конструкции отработаны и прошли самые жесткие испытания. Кроме того, они прошли испытания и здесь, в Империи. Система контроля качества и безопасности на предприятиях исключает умышленное негативное вмешательство в производственный процесс. Я хочу сказать более определенно: диверсии на предприятиях исключены, так как вся продукция, как вам известно, проходит многократные всесторонние испытания на флотских полигонах и лабораториях. Все принимается по актам…

— Да, это так… Однако произошло чрезвычайное происшествие и начато расследование.

— А что, собственно, случилось, господин Рэнчл? Я ведь сразу понял, что ваши вопросы неспроста. Что-то неладно с Байтон-комплексом? — с тревогой спросил Ярослав.

— Да, неладно! Да еще как! Произошел массовый отказ всех систем на ударной группировке Имперских флотов, начавших крупнейшую операцию против Содружества. Последствия самые ужасные. Надеюсь, барон, вы понимаете, что эта информация является государственной тайной и я сообщил ее вам конфиденциально и только потому, что вы, так или иначе, причастны к этому.

— Вы обвиняете меня в случившемся? — с обидой и негодованием спросил Ярослав, подумав: «А ведь он недоговаривает. О бунте на флотах и их сдаче — ни слова».

— Пока нет, барон. Но вы должны понимать, что теперь все причастные к созданию Байтон-комплекса под подозрением до окончания расследования.

— И главный подозреваемый — я?! Не так ли?

Рэнчл помолчал, но его многозначительный взгляд подтверждал предположение Ярослава. Тот достал сигарету и, закурив, задумался на минуту.

— Послушайте, Рэнчл, все не так просто и однозначно… Я ведь понимаю ход ваших мыслей: Самарин из Содружества, он беспринципен, для него деньги — самое важное в жизни, за них он продался нам, значит, может перепродаться снова и подстроить все это. Не так ли? Только ответьте прямо, от этого зависит многое…

— В общих чертах вы правы. Как версия такое предположение существует… Вы можете его опровергнуть? — выжидательно и вкрадчиво спросил Рэнчл, в упор глядя на Ярослава.

— Могу, — твердо ответил Ярослав. — Аргументы в мою пользу: во-первых, в Империю я прибыл один, а один человек организовать столь крупномасштабную диверсию, даже будь он трижды гением разведки, не в силах, тем более при такой жесткой системе контроля; во-вторых, не я искал вас, а вы нашли меня и завербовали, значит, изначального умысла или плана по проведению диверсии у меня не было и не могло быть… Если отталкиваться от вашего предположения, возникает вопрос: почему Правительство Содружества, зная всю стратегическую важность моей персоны и моих фирм, не создало мне соответствующих условий с самого начала, а пошло на конфликт, вынудив меня искать другие заинтересованные миры? Ведь проще было бы замять небольшой скандал, что обошлось бы значительно дешевле во всех отношениях, чем «перекупать» меня. Кроме того, я лишь ускорил создание Империей собственного Байтон-комплекса, ведь практически все необходимое для этого здесь уже было. Рано или поздно вы бы сами создали его. Так зачем же Содружеству помогать вам в этом? Звучит абсурдно. Следовательно, они не были заинтересованы в том, чтобы я попал в Империю, но «проморгали» меня. Я прав? И еще вопрос: комплекс полностью вышел из строя или нет?

— Все, что вы сказали, звучит довольно убедительно, хотя в ваших доказательствах есть слабые места. Но мы разберемся… На ваш последний вопрос могу ответить, что отказы произошли только на ударной группировке. На остальных флотах, находящихся в Империи, комплекс функционирует нормально.

— Вот видите, Рэнчл! — облегченно воскликнул Ярослав. — Вы сами же назвали еще один аргумент в мою пользу. Если гипотетически предположить мою причастность к диверсии, то почему не выведен из строя весь комплекс, тотально? Этим актом Империя была бы практически полностью обезоружена. — Ярослав увидел, что логика его рассуждений побеждает сомнения Рэнчла, и уверенно заявил: — Ответ нужно искать на флотах. Только мощная подпольная организация могла задумать и осуществить такой план. Обратите внимание, Рэнчл, что диверсия произведена лишь на кораблях армады, значит, только в ней и действовала такая организация. Наконец, для снятия подозрений с себя я предлагаю провести техническую ревизию и экспертизу всего оставшегося в наличии оружия.

— Это разумно. Безусловно, ваше предложение будет реализовано… вместе с комплексом других мер. Хочу заметить, что я в не меньшей степени заинтересован в снятии с вас подозрений, так как косвенно они падают и на меня. Вы понимаете, барон?

— Конечно. Надеюсь, что вскоре все выяснится, и этот неприятный инцидент не помешает нашему дальнейшему сотрудничеству.

— Я тоже надеюсь на это. Однако нам придется давать объяснения Императору. Собственно, поэтому я вас и пригласил.

— Что ж, я готов, — уверенно ответил Ярослав, мысленно вызывая на связь Алекса.

Черный аэро в сопровождении небольшого эскорта из двух машин остановился на парковочной площадке огромного подземного гаража рядом с императорским дворцом. Ярослав, Блэк и Кэй Рэнчл под охраной командос ИРУ прошли по длинному тоннелю к первому посту перед входом во дворец. Офицеры охраны тщательно проверили документы и просканировали гостей, в завершение проверив их десятком датчиков. Убедившись в полном отсутствии какой-либо опасности со стороны прибывших, старший офицер коротко кивнул и сказал: — Все в порядке, можете проходить, но собаку оставьте здесь. Надеюсь, с ней не будет осложнений?

— Нет, не будет. Сидеть, Блэк. Жди меня здесь! — коротко приказал Ярослав, потрепав пса за холку.

Ярослав и Рэнчл прошли через бронированные двери дальше и поднялись на лифте. Проверка повторилась еще несколько раз, прежде чем они достигли огромной приемной, где уже толпились вызванные на экстренное совещание высшие руководители Империи. В толпе Ярослав заметил барона Канта, стоящего с угрюмым лицом у стены.

— Господин Рэнчл, скажите, если не секрет, у барона Канта тоже проблемы?

— тихо спросил Ярослав, взглядом указывая в его сторону.

Рэнчл ответил не сразу, нервно покусывая губу: — Вы проницательны, барон. Да, у господина Канта тоже появились кое-какие проблемы… — раздраженно произнес он наконец и после небольшой паузы добавил в сердцах: — У всех нас проблемы, и большие!

В приемную вошел Секретарь и пригласил собравшихся в зал

Хэнк-Алекс находился на своем посту у входа в покои Наследника, неся дворцовую вахту как рыцарь Империи, приближенный к принцу. Почетная повинность позволяла ему находиться рядом с Наследником, постоянно контролируя его перемешения, что вселяло надежду на успех предстоящей акции. Тщательно разработанные вместе с Ярославом ее варианты все же оставляли широкое поле для импровизации, и утренний разговор с партнером лишь подтвердил сомнения Алекса. Особенно его тревожил фактор случайности.

Прохаживаясь у дверей роскошных покоев Наследника, Алекс еще и еще раз проигрывал в уме возможное развитие ситуации. Внезапно дверь распахнулась, и появился Наследник. Его волевое, резко очерченное лицо выражало жесткость и решимость, но в глазах читалось смятение. Рассеянно взглянув на Алекса, он приказал: — Хэнк, будете сопровождать меня к Императору. Выезжаем немедленно.

Через несколько минут Наследник и Алекс мчались на спортивном «Тайфуне» по широкой пустынной магистрали, закрытой для движения любого транспорта. Через каждый километр на обочине стояли передвижные посты командос, а в воздухе барражировали несколько аэромобилей жандармерии. Кортеж Наследника состоял из дюжины скоростных боевых машин, полных командос, мчавшихся с включенными радарами впереди и сзади «Тайфуна». Нечего было и думать о покушении в пути. Даже при удаче выбраться живым из такого кольца было бы почти невозможно.

Вскоре кортеж остановился у огромного здания загородной резиденции Императора, лишь немного уступающей размерами дворцу в столице. Построенное в том же стиле, здание это тем не менее было новым. Его окружал вычищенный окультуренный лес, прорезанный бетонированными дорожками и аллеями. Множество фонтанов извергали целую реку, ниспадающую каскадами по крутому склону холма, на котором стоял дворец.

Цепкий взгляд Алекса запоминал каждую подробность, сопоставляя новые детали с голографической моделью дворца, изученной им до мелочей. Он отметил в памяти расположение постов, хорошо понимая, что это лишь видимая часть айсберга. «Наверняка имеются скрытые системы наблюдения и посты», — подумал он, входя вслед за Наследником во дворец. Рыцарский орден на груди Алекса красноречиво говорил офицерам охраны сам за себя, являясь лучшим пропуском, тем более всем было известно, что барон особо приближен к персоне Наследника.