Чтение онлайн

Наиболее важным источником сведений о форме и конструкции пластинчатой куртки этого периода являются двадцать четыре относительно неплохо сохранившихся образца, найденные на месте битвы при Висби 11 , о которой я уже упоминал. Наиболее интересные из многочисленных находок находятся сейчас в Национальном историческом музее г. Стокгольма, другие хранятся в Национальном музее г. Копенгагена и Готланд-ском музее в Висби). Все они состоят из перекрывающих друг друга железных пластин, приклепанных к подкладке куртки. От верхней, тканевой ее части на проржавевшей поверхности пластин сохранились только отдельные фрагменты, однако это не помешало во всех случаях точно восстановить первоначальный вид доспехов. Восемнадцать курток имеют одну и ту же базовую конструкцию, различается только размещение пластин. Все эти куртки, как и на статуе святого Мориса в Магдебурге, представляют собой прямоугольную накидку типа пончо, которая надевалась через голову. Передняя часть укреплена пластинами, слегка закругленными в районе горловины и пройм. На бедрах куртка укорачивалась, а в районе паха имела округлый выступ для его защиты. От бедер вокруг спины протягивался пояс, также укрепленный пластинами, который проходил поверх задней части пончо и застегивался ремешком с пряжкой в середине спины. В добавление к этому верхний край пояса имел кольца, в которые продевалась одна или две завязки в середине заднего полотнища. На всех куртках пояс и участок, защищавший верхнюю часть груди, имели вертикальные пластины, причем здесь обычно помещали три пластины, но иногда две или больше трех. Защита нижней части груди и живота имела разную конструкцию — она состояла либо из горизонтальных колец, либо из одного или более рядов вертикальных пластин. На одной куртке к оплечьям были прикреплены щитообразные пластинки ( фото 10 ).

Однако использовались не только конструкции типа пончо. У двух летних курток, обнаруженных во время раскопок на месте замка Кусснах в Швейцарии (замок был разрушен в 1352 г.) и хранящихся сейчас в Швейцарском национальном музее, передняя и задняя части были изготовлены отдельно и крепились друг к другу, очевидно, через плечо, как позже кирасы, и, вероятно, соединялись шнуровкой по бокам. Три латные куртки подобного типа были найдены и в Висби, причем две — в более или менее полном виде. Они состоят из нескольких слоев относительно небольших вертикальных пластин, защищавших всю спину и грудь и протягивавшихся по бокам; небольшие пластины защищали плечи, а края пройм были отделаны слоями выступающих тонких металлических чешуек. У одной из курток обе части соединялись в районе правого бока и правого плеча, у другой — в районе левого бока и на обоих плечах. И в том и в другом случае части куртки пристегивались друг к другу с помощью ремешков и пряжек. Еще одна куртка, найденная у Вис-би, состояла из безрукавки, которая застегивалась спереди и была укреплена небольшими прямоугольными пластинами, расположенными вертикально. Проймы ее также защищены тонкими выступающими чешуйками. Вариант такого доспеха, имевшего застежку сзади и цельную броневую пластину спереди, можно увидеть на знаменитой статуе святого Георгия в Градчанах, Прага, созданной в 1373 г.

Начиная примерно с 1340 г. пластины, закрывавшие верхнюю часть груди, начали уступать место зачаточному панцирю, такому, например, как изображен на фигурах в Химмелькроне, Бавария (около 1340 г.) и Боп-фингене, Баден-Вюртемберг (около 1359 г.). До 60-х гг. XIV в. такой панцирь, очевидно, закрывал грудь только до диафрагмы, а остальная часть тела защищалась, как обычно, горизонтальными пластинами. Однако на изображении Иоганна фон Фалькенштейна (около 1365 г.) в Арнсберге, Гессен, мы видим уже более совершенную форму панциря.

Грудь и диафрагма закрыты куполообразным панцирем с закругленным нижним краем. Этот панцирь — все еще часть куртки, сшитой из ткани. Поверх ткани на груди можно разглядеть несколько узких горизонтальных пластин, а ряды заклепок, расположенных ниже, говорят о том, что здесь были пластины, защищавшие тело ниже бедер. К 1370 г. нагрудные пластины исчезают, а панцирь, имеющий теперь прямой нижний край, протягивается до верхней части ноги, ниже его идет юбка из железных колец (фолд) 12 , которая по-прежнему прикрепляется к тканевой основе. Такая юбка хорошо видна на медной мемориальной доске Ральфа де Кневинтона (около 1370 г.) в Эйвли, Эссекс (рис. 11 ). Здесь нагрудный панцирь почти ничем не отличается от панциря, хранящегося в Национальном музее Баварии (рис. 180 ), на котором имеется марка, по-видимому, итальянского оружейника. Он состоит из округлой металлической пластины, выкованной из единого куска железа и покрытой красным бархатом на подкладке из грубого холста. Бархат опускается ниже груди, где образует юбку, к внутренней стороне которой прикреплены шесть горизонтальных железных колец, накладывающихся друг на друга сверху вниз. На левом плече имеются три маленькие металлические пластинки и оправа, украшенная орнаментом, со шпилькой для крепления утраченного спинного панциря (который, очевидно, состоял из железных полос, прикрепленных к ткани).

Рис. 11. Медная мемориальная доска Ральфа де Кневинтона, 1370 г. Эйвли, Эссекс

С созданием большого округлого нагрудного панциря фигура одетого в него воина обрела выпуклую грудь и выраженную талию, о которых мы уже говорили (рис. 11 , 12 ). Однако не следует думать, что такая форма всегда свидетельствует о том, что под юпоном (жупоном) находится нагрудник, ибо начиная примерно с 1350 г. обычная пластинчатая куртка начинает приобретать такую же форму. Куполообразный панцирь сохранялся до середины XV в., но начиная с 70-х гг. XIV в. на иллюстрациях появляется уже другая форма — менее округлая, с хорошо выраженным срединным гребнем. Мы видим ее, к примеру, на изображениях Берингера фон Берлихингена (около 1377 г.) в Шёнтале-ан-дер-Ягст, Баден-Вюр-темберг (здесь по-прежнему присутствует тканевое покрытие и юбка из колец), и Джона, третьего графа Солсбери (предположительно 1400 г.) в соборе Солсбери. На последнем панцирь образует нижнюю часть юпона, протягивающегося почти до середины бедер, где первоначально были изображены руки графа. На груди виден ряд узких металлических пластин, с помощью которых, вероятно, юбка из колец крепилась к нагрудному панцирю, хотя она здесь и не показана. Но на то, что она существовала, указывает тот факт, что по правой части юпона на всю его длину протягивается ряд петель, а разрез на другой стороне зашнурован. Отсюда можно сделать вывод, что там, где это позволяли формы тела, задний и передний панцири были более или менее симметричными. Короче говоря, мы, очевидно, впервые встречаемся с полными доспехами того типа, который распространился позже, в XV в., и состоял из единого панциря для груди и спины и юбки из колец внизу. Для того чтобы эти латы стали настоящими белыми доспехами 13 , необходимо было избавиться от тканевого покрытия. Тканевое покрытие использовалось в Англии еще до второй половины XIV в., но в Италии один из «Гигантов» 1403 г. в Миланском соборе уже одет в белые доспехи описываемого типа.

Все вышеупомянутое представляет собой значительное упрощение общих тенденций развития, поскольку имелось много вариантов и ответвлений. В Италии имеются изображения, датируемые примерно 1400 г., на которых куртки имеют привычную «осиную» талию, но нагрудные и спинные панцири представляют собой полукруглые вертикальные железные пластины, края которых соприкасаются (например, на фресках Спинелло Аретино, изображающих сцены из жизни папы Александра II в Сиене, которые были созданы в 1407 г.). Точная конструкция подобных лат неизвестна.

Из пластинчатой куртки развилась такая форма брони, как бригандина (называвшаяся во Франции «кира-сина»), которая использовалась повсеместно вплоть до XII в. Это слово впервые появилось в Италии во второй половине XIV в. Например, архивы Датини в Пра-то содержат опись 1367 г., в которой упоминается ко-разин бригантин. Бригандина описывается здесь по-разному — в одних случаях как покрытая слоем олова, в других — лака (см. выше, гл. 2). В Англии это слово впервые встречается в описи доспехов, принадлежавших Томасу, герцогу Глостеру, сделанной в 1397 г.

После этого года слово «бригандина» все чаще и чаще встречается в текстах большинства европейских стран.

В чем заключалась разница между бригандиной и пластинчатой курткой, неизвестно, но на то, что эта разница была, указывает опись Глостера, в которую включены многочисленные куртки (peirs de plates). Мы знаем, однако, что в XV в. и позже бригандиной называли безрукавку с нашитыми на ней маленькими пластинами, которые перекрывали друг друга, создавая очень гибкую форму брони (рис. 239 — 240 ). Вполне возможно, что именно такие доспехи и назывались бригандинами. В этом случае куртки из Висби, описанные нами самыми последними, а также доспехи святого Георгия в Праге можно, вероятно, назвать начальной стадией бригандины. Бригандина с не покрытыми тканью нагрудным и спинным панцирем, dont le pys & le dos blanc, упоминаемая в Глостерской описи, была, возможно, сходна с доспехами, датируемыми первой половиной XV в., многочисленные остатки которых были обнаружены в 1840 г. на острове Халкис, вместе с другими видами лат 14 . Это доспехи двух типов, у которых маленькие пластинки приклепаны к тканевой подкладке. Броня первого типа (сохранился почти полностью один-единственный образец) имеет застежку спереди и не очень сильно отличается от лат, найденных в Висби. Доспехи второго типа имеют небольшой куполообразный нагрудный панцирь, состоящий из двух половинок, которые пристегивались на груди с помощью ремешков и пряжек, и иногда зачаточный спинной панцирь прямоугольной формы с усеченным треугольным выступом внизу. Хотя все нагрудные и спинные пластины, найденные на о. Халкис, похоже, были покрыты тканью, конструкция их позволяла вполне обойтись и без нее.

До сих пор мы обсуждали развитие панцирей для защиты груди как неотъемлемой части пластинчатых курток, но в самом начале XIV в., похоже, появились уже отдельные нагрудные панцири 15 . Самое раннее упоминание о таком панцире, которое мне удалось найти, встречается в описи доспехов английского короля Эдуарда III, составленной Жераром де Турнэ между 1337 и 1341 гг. В ней упоминаются многочисленные Poitrines pour les joustes (нагрудники для поединков). В Оружейной палате Дуврского замка в 1361 г. хранилась j brustplate pur Justes (нагрудная пластина для поединков), а на следующий год в списки доспехов, предназначенных для обороны острова Холи, был включен a pectorale (нагрудник). Изображение в Абергавенни, Монмутшир (Гуэнт), созданное около 1340 г., позволяет предположить, что под сюркотом рыцаря надет отдельный нагрудный панцирь, небольшой, плоский, с еле заметным срединным выступом, но, к сожалению, точно утверждать это невозможно. Зато на изображении Альберта фон Лимбурга (предположительно 1374 г.) в Бург-Комбурге, Баден-Вюртемберг, хорошо видна плоская пластина с округлыми краями, закрывающая грудь от основания шеи и немного не доходящая до талии; пластина надета поверх пластинчатой куртки и пристегнута ремешками с пряжками. Два года спустя в той же церкви была установлена статуя Конрада фон Лимбурга (предположительно 1376 г.), на которой пластина уже превратилась в самый настоящий панцирь с проймами для рук, закрывавший грудь и бока до самой талии. Этот панцирь, очевидно, носили поверх обычной одежды или кожаного юпона. Примерно к 1380 г. отдельный нагрудный панцирь, надеваемый уже без пластинчатой куртки, приобрел округлую форму со срединным гребнем или без него. Эту форму он сохранит вплоть до XV в. Примером может служить изображение на резной плите в Авансе, Бельгия (1379 г.), где нагрудный панцирь прикреплен к юпону на плечах завязанными узлом шнурками, а также изображение одного из спящих стражей на могиле епископа Диспенсера в соборе г. Норидж (Норуич) (около 1380— 1400 гг.) и гигантская фигура святого Георгия в соборе Базеля (около 1390 г.). На последних двух статуях к панцирю прикреплена похожая на фартук юбка с полукруглым выступом для защиты живота. Особенно интересна фигура в Базеле, поскольку ее нагрудный панцирь прикреплен на спине ремешками и не имеет наспинника — такая форма доспехов изредка встречалась до середины XVIII в. Короткий, куполообразный нагрудный панцирь, иногда вытянутый вертикально и/ или имевший резкий перегиб внизу, дополнявшийся похожей на фартук юбкой из железных колец или чешуек, был, по-видимому, самым популярным средством зашиты тела в Германии примерно с 1380 г. по 20-е гг. XV в. Совершенно необычен для тех времен панцирь, представленный на рельефном изображении Букхарда фон Штайнберга (предположительно 1379 г.) в Хильдесхайме ( фото 13 ) и изображающий мускулатуру груди, как это делалось на некоторых классических кирасах. Однако вероятнее всего, это был просто каприз мастера.

Два белых панциря конца XIV в. с марками изготовителей, возможно итальянцев, хранятся в удивительной по полноте коллекции семейства Трапп в Чербурге, Южный Тироль. Один из них ( фото 15 ) датируется приблизительно 1380—1390 гг. и изготовлен в паре с бацинетом, о котором мы поговорим ниже. Этот панцирь, несомненно, произошел от пластинчатой куртки и состоит из девяти пластин светлой стали с приклепанными по краям бордюрами, которые украшены гравированными рисунками и надписями. В центре расположены большая куполообразная пластина и по четыре дополнительных — по обе стороны от нее, причем дополнительные пластины уменьшаются по мере удаления от центра. Все вместе эти пластины образуют нечто вроде пояса, который, однако, охватывает не все тело. Пластины приклепаны к оригинальной подкладке из буйволовой кожи. Все это соединено пряжками и ремешками, проходящими по плечам и через спину. Нижний край панциря ровный и проходит на уровне талии. На этом панцире имеются две детали, которые нам еще не встречались: кронштейн на петлях (упор для копья), приклепанный к правой части панциря, в котором укрепляли взятое наперевес копье, и V-образ-ная планка, прикованная ниже шеи. Самое раннее известное нам изображение упора для копья встречается на фигуре Вальтера фон Хогенклингена (предположительно 1386 г.), хранящейся в Швейцарском государственном музее в Цюрихе, но эти упоры вошли во всеобщее употребление около 1420 г. V-образная планка называлась lisiere d'arret (современные авторы называют ее просто предохранительным ребром) и предназначалась для того, чтобы копье противника, соскользнув с панциря, не вонзилось в горло. Планка дополнена здесь выступом, который тянется вдоль верхнего края основной пластины. В течение последующих 70 лет эти предохранительные ребра были очень популярны, причем их укрепляли не только на нагрудниках, но и на ручных и ножных латах (см. ниже).

Второй нагрудный панцирь из Чербурга (рис. 181 ), датируемый около 1400 г., как и предыдущий, протягивается только до талии. Он сделан из единого куска железа и имеет куполообразную форму. Никаких дополнительных деталей на нем нет, за исключением предохранительного ребра на шее. Справа расположены два отверстия для прикрепления утерянного упора для копья. По обеим сторонам панциря имеются другие отверстия для ремешков, прикреплявших панцирь к телу. Следует отметить, что в районе шеи, рук и нижней кромки края панциря заворачивались, вероятно, вокруг толстой проволоки. Такие завернутые края встречаются почти на всех последующих панцирях.