Чтение онлайн

Четвертой разновидностью поединка было сражение на булавах с шипами (или более часто на мечах) со щитами в руках, имеющими форму шляпы. Противники, представленные на гравюрах в книге Колла, одеты в костюмы из материи. Их щиты разнятся по размерам от очень маленьких до весьма крупных, причем последние используются при поединках на шипастых булавах, тогда как первые – при сражениях на мечах. Другой вид поединка проводился на разновидности боевого топора, имеющего с одной стороны головки молот, а с другой – изогнутое острие, как у кирки. В этом случае противники сражались облаченные в полные доспехи, кроме боевых топоров они были обычно вооружены еще мечами и кинжалами. В Готской рукописи имеется рисунок, показывающий, каким должно быть снаряжение для поединка в латных перчатках. Будущий участник поединка изображен на нем стоящим перед своим оружейником, который смазывает маслом его доспех, готовя своего хозяина к поединку; отдельные части доспеха еще не надеты и ждут своей очереди быть смазанными. Некоторые из гравюр в работе Пауля Колла дают представление о подобных поединках; в тексте к ним даются пояснения о том, как они проводятся. Именно от таких поединков по решению суда, как представляется, и берут свое начало пешие поединки на поле ристалища.

Последней из разновидностей поединков, упоминаемых в работе господина Пирсолла, является поединок на двуручных мечах; гравюра Пауля Колла изображает один из таких поединков, во время которого соперники одеты в короткие кожаные куртки и длинные штаны. Мечи у них в руках, насколько можно судить, имеют примерно полтора метра в длину. Этим громоздким и неудобным оружием можно было только наносить рубящие удары и парировать такие же удары противника, однако его нельзя было эффективно использовать на короткой дистанции.

Любопытная рукопись, попавшая в распоряжение Ричарда Булла в начале XIX столетия, содержит распоряжение, правила и предписания, изданные герцогом Томасом Глочестером, констеблем Англии, во времена правления короля Ричарда II (1377–1399) и регулирующие проведение поединков по решению суда. Они несколько отличаются от тех, что действовали в более ранний период истории, но некоторые частности довольно интересны. Они гласят: «Король должен определить поле для ристалища, а само поле должно быть устроено и осмотрено констеблем. Установлено, чтобы размеры поля составляли 60 шагов в длину и чтобы на нем не было крупных камней, а в ширину ему следует быть 40 шагов, в хорошем состоянии, а земля должна быть ровной и прочной, и должно поле обнести доброй и прочной оградой, семи футов высотой, чтобы лошадь не могла перепрыгнуть через нее».

Оружие, которым должны были сражаться противники, – длинный меч, короткий меч и кинжал.

Имеются и другие варианты этих установлений, дошедшие до наших дней, кроме упомянутого, например, в Ашмолеанском собрании рукописей и в собрании рукописей «Повеления рыцарства» XV столетия, принадлежащего лорду Гастингсу. Последний из этих документов воспроизведен в работе лорда Дийона, основанной на этом собрании, и опубликован в журнале «Археология», том LVII. Эти три варианта правил проведения поединков по решению суда во времена правления Ричарда II несколько разнятся между собой; так, например, мечи упомянуты в числе оружия противников только в двух первых вариантах и отсутствуют в третьем.

Суть дела должна была быть изложена в прошении, подаваемом истцом в коронный суд для рассмотрения констеблем и маршалом. Если обвинение не подтверждалось свидетельскими показаниями, королевская власть могла дать согласие на поединок между истцом и ответчиком. Если таковое согласие было получено, то время и место поединка определялось констеблем; оружием соперников были длинные мечи, короткие мечи и кинжалы. Обе стороны должны были представить поручителей в том, что они явятся в назначенный день, также не должно было предприниматься никаких попыток нанести ранения истцу либо ответчику до наступления дня поединка.

Основные правила и условия проведения поединков в целом мало отличались от тех, которые действовали в предыдущие правления, хотя упоминается, что обоим противникам выдавались копья одинаковой длины.

Если поединок назначался по делу обвинения в измене, то побежденный должен был снять свой доспех, в изгороди на поле выламывалась одна секция, и лошади побежденного влачили его к месту казни.

Поединок по решению суда имел место в Квесни, в качестве судьи выступал герцог Уильям, граф Эйноу. Противниками были два аристократа: Борнект выступал истцом, а Бонейг ответчиком. Обвинение состояло в убийстве. Поле ристалища было устроено за счет герцога, и поединок начался с того, что оба противника метнули друг в друга копья, но без успеха. Затем они обнажили мечи, и вскоре Борнект одолел своего противника, который сознался в преступлении. По приговору судьи он был обезглавлен. Этот поединок произошел между представителями привилегированного класса.

Вызов на поединок между эсквайром Генри Инглозе и рыцарем сэром Джоном Типтофтом, который должен был состояться в присутствии констебля герцога Бедфорда, был сделан в 1415 году.

Поединок по решению суда имел место в Аррасе в 1431 году в присутствии герцога Бургундского в качестве судьи. Ответчик обвинялся в измене, и ко времени поединка многие вассалы перебрались из Бургундии во Францию. Истец, Майлотен де Бур, обвинял ответчика Гектора де Флави в том, что он выказывал намерения поступиться интересами Бургундии в пользу интересов Франции, а также в других действиях подобного рода. Получив такую информацию, герцог арестовал де Флави и отправил его в заключение. Но у того, однако, имелось много влиятельных друзей при дворе, и с их заступничеством ему удалось, наконец, получить аудиенцию у своего суверена, во время которой он категорически отверг все обвинения, заявив, что, напротив, именно де Бур замышлял измену. Герцог послал за обвинителем, и спор соперников вскоре достиг такого накала, что де Бур бросил на пол перчатку и потребовал поединка с тем, чтобы «Господь указал на правого». Обвиненный в измене де Флави с позволения герцога эту перчатку поднял. Был назначен день и час поединка, и обе стороны поклялись явиться к назначенному времени. На подготовленном поле ристалища даже возвели изображение Гроба Господня, поскольку де Флави был посвящен в рыцари у Гроба Господня в Иерусалиме. В день поединка герцог занял место на возведенном для него помосте. Первым на поле ристалища появился Майлотен де Бур в полном боевом снаряжении и в сопровождении владетельного сеньора де Шарни и других поручителей. В одной руке он держал копье, а в другой – один из двух своих мечей. Склонившись перед герцогом, он затем удалился в свой шатер. Подобным же образом на поле появился и Гектор де Флави, его коня вели под уздцы два сына графа де Сен-Поля. Отдав дань уважения герцогу, он также удалился в свой шатер. Затем оба рыцаря вновь появились на поле, предстали перед судьей и поклялись на святом Евангелии в том, что их обвинения – сущая правда. Заняв позиции для поединка, они по трубному сигналу бросились друг на друга и преломили друг о друга копья без какого-либо вреда для себя. Затем они взялись за мечи, выказав в этом выдающуюся отвагу и мастерство. На этом этапе герцог совершенно неожиданно бросил на поле свой жезл, положив конец поединку. Он повелел обеим сторонам отобедать с ним на следующий день и примирил их между собой.

«На двадцать четвертом году правления короля Генриха VI (1446) настоятель аббатства в Килмейне обвинил графа Ормонда в измене. Для поединка по этому поводу было назначено место в Смитфилде, где огородили подходящее поле. Хаубейт, доктор богословия, назначил мастера Джильберта Уортингтона, приходского священника церкви Святого Андрея в Холборне, и других добропорядочных граждан устроить это поле подходящим образом. Когда же приблизился день поединка, в спор этот вмешался сам король и прекратил его».

«Также в тот год некий бронщик был обвинен в измене своим подмастерьем. Было условлено, что они сойдутся на поле ристалища в Смитфилде для выяснения истины, когда же подошел этот день, то бронщик был повержен и убит, но виноват в этом был только он сам. Тем утром, когда он должен был прибыть на поле в лучшем своем виде, явился к нему сосед и угостил его вином и другими крепкими питиями, и прибыл он на поле весьма плохим, и был там повержен и убит без вины. Что же до его подмастерья, то недолго он оставался ненаказанным, свершив другое преступление, предстал он перед судом и приговорен был к смерти, и был повешен за шею в Тайберне».

Интересен пример поединка по решению суда, состоявшийся в 1455 году. История эта произошла в Валансьене, городе, который тогда входил в состав графства Эйноу, которое, наряду с другими богатыми промышленными городами, попало под протекторат графов Бургундских. Валансьен с древнейших времен обладал правами убежищного города, права эти и хартии были подтверждены преемниками графов. Человек по имени Махиот Кокель, портной из Турнея, убил в своем городе человека и скрылся от правосудия в Валансьене, воспользовавшись его правами убежищного города. Вскоре после того, как он обосновался в Валансьене, в город приехал близкий родственник убитого по имени Жакотен Плювье. Встретив на улице убийцу, он стал требовать возмездия за смерть своего родственника. Кокель обратился в городской магистрат, прося его помощи и совета. Глава магистрата призвал Плювье и попенял ему за намерение умалить привилегии города; но тот отверг все обвинения и потребовал поединка с Кокелем, бросив наземь залог сражения. Кокель, по некотором колебании, его поднял, и вскоре было принято решение о проведении поединка, не нарушавшего права города как убежища, предоставляемого только тем, кого разыскивало официальное правосудие. Оба противника были заключены в тюрьму в отдельные камеры, а городские власти стали предпринимать необходимые меры для организации поединка. Граф де Шаролуа, будучи поставлен в известность об этом случае, повелел, чтобы дело было подано на его имя для рассмотрения в совете. Когда были устранены все препятствия для поединка и еще раз по просьбе городских властей подтверждены древние права убежищного города, граф выразил желание присутствовать при поединке вместе со своим сыном. Поле ристалища было устроено не по обычным канонам, но в виде окружности с одним только входом. Судьями поединка стали мэр города Валансьена и глава графства Эйноу, граф и его сын были только зрителями. На поле были установлены два кресла, задрапированные черным бархатом и обращенные лицом друг к другу, к которым и препроводили соперников. Они принесли клятву на Евангелии. Соперники были облачены в обтягивающие одеяния из толстой кожи, их руки и ноги оставались ничем не защищенными. Кожаные доспехи противников были обильно смазаны маслом, чтобы никто из них не мог захватить другого. Их руки были покрыты пеплом, чтобы в пальцах не скользило оружие, а во рту каждый держал кусочек сахара, чтобы не пересыхало горло. Оружием противников были узловатые дубинки, несколько заостренные к концу, одинакового веса и длины, и треугольные щиты красного цвета. После сигнала к началу поединка Махиот Кокель, будучи ниже и слабее своего противника, швырнул горсть песку, которым было покрыто поле ристалища, в лицо своему сопернику. Жакотен, на несколько мгновений почти ослепленный, получил увесистый удар, но сумел прийти в себя, схватил своего обидчика за руку, бросил его наземь и, придавив коленями к земле, стал, к ужасу зрителей, бить его заостренным концом дубинки между глаз, пока тот не умер. Его тело было передано городскому палачу, который и вздернул его на виселицу.

Лакруа в «Военной и религиозной жизни в Средние века и в эпоху Ренассанса» приводит изображение поединка по решению суда рыцарского типа, причем пешего. Оно взято из «Завоеваний Карла Великого» – рукописи, хранящейся в Национальной библиотеке Парижа. Соперники сражаются мечами на поле восьмиугольной формы.

Общая тенденция в процедуре проведения подобных поединков сохранялась вплоть до времени правления Генриха VIII, включая и все это время. Из рукописи, одно время принадлежавшей сэру Эдуарду Вайндхему, мы узнаем подробности этой процедуры. Форма и размеры поля ристалища остаются такими же, как и прежде; тем же остается и оружие, которым сражаются противники. Обвиняемого, не явившегося к началу поединка, маршал короля объявляет виновным. Заявление истца и ответ обвиняемого зачитывают им перед началом поединка, и они приносят торжественную клятву в том,