Рынок тщеславия
Шрифт:
– "Не откажусь".
Пару минут магнитофонная пленка старательно воспроизводила человеческие шаги, скрип кресел и звон чайного сервиза.
– "Давно мы с тобой не виделись, – заговорила опять Дроздова. – Неделю, наверное, если не больше".
– "Свободного времени в последние дни практически нет, – извиняющимся тоном ответила гостья. – То в торговый комитет нужно съездить, то в налоговую!"
– "Вошла в коммерческий азарт, – усмехнулась хозяйка. – Скоро переплюнешь своего компаньона!"
– "Что вы, – возразила Маша. – Игоря разве переплюнешь? Он настоящий трудоголик. Все успевает и ничего не забывает. Мне остаются только всякие мелочи".
– "Ты, я смотрю, сильно им увлеклась?"
– "Да, пожалуй", – словно извиняясь, ответила Маша.
– "Наверное, трудно будет расставаться", – сказала Дроздова.
После этих слов пленка зафиксировала минутное затишье. Нарушил его голос хозяйки:
– "Ну-ну, не надо вешать нос. Пара недель разлуки вашим отношениям не повредит!"
– "Пара недель?" – облегченно вздохнула Маша.
– "А ты о чем подумала, глупенькая! – рассмеялась Дроздова. – Не стоит из меня делать злодейку! Просто в интересах дела тебе нужно будет уехать куда-нибудь. Можешь недельки две погостить у родителей или отдохнуть за границей".
– "А зачем это нужно?" – спросила Маша.
– "Я не могу тебе сказать, – ответила Татьяна Степановна. – Скажу лишь, что это в твоих же интересах".
– "Когда нужно ехать?"
– "Пока точно не знаю, но, скорее всего, дней через пять-шесть".
– Разговор недельной давности, – процедил сквозь зубы Игорь, вспоминая, как Маша неожиданно объявила, что заболела мама и она срочно отправляется ее навестить.
А записанный на кассете диалог тем временем продолжался.
– "Не соскучилась еще по сцене?" – спросила Дроздова.
– "Страшно соскучилась!" – ответила Маша.
– Лицемерка! – снова отреагировал Игорь. – Мне ты говорила совершенно другое!
– "Ничего, ничего! – утешал Машу голос Дроздовой. – Скоро у тебя будет достаточно денег, чтобы сделать солидный сольный проект. С большими деньгами ты будешь не какой-то там «бабочкой-однодневкой». Ты сможешь стать настоящей звездой".
– Речь дьявола-искусителя! – усмехнулся Игорь.
– "Целый год прошел, как я перестала петь, – сказала Маша. – Меня уже, наверное, забывать начали".
– "Очень скоро о тебе вспомнят", – засмеялась Дроздова.
– "Правда?"
– "Разве я тебя когда-нибудь обманывала?"
– "Нет", – как-то не очень уверенно ответила Маша.
– "Что-то ты, девочка, у меня совсем раскисла! – пропела Татьяна. – Видно, стрелы Амура тебя слишком сильно зацепили. Давай-ка соберись. Не время раскисать".
Послышался какой-то шорох, а затем звон фужеров.
– "Давай выпьем немного вина вместо чая, – предложила Дроздова. – А потом ты мне расскажешь, чем наша «рыба-пиранья» отличилась за эту неделю"…
– "Хорошо", – согласилась Маша.
– Шпионка проклятая! – выругался Игорь, выключив магнитолу. Дальше он слушать не хотел.
Игорь уже не так кипел от негодования, как после первого прослушивания, и даже не так, как несколько часов назад. Постепенно его гнев куда-то улетучился, превратившись в горькую досаду. Досаду не от подлого предательства близкого человека… Стыдно было сознавать, что он оказался жалкой марионеткой, которую водит по сцене умелый кукловод.
Теперь Игорь понимал, что невидимые нити связали его по рукам и ногам уже давно. Возможно, с того самого момента, как он познакомился с Машей. Да и само знакомство наверняка не было простой случайностью. Вот только зачем все это нужно кукловоду? Для чего жалкую марионетку обрядили в шкуру кровожадной пираньи? Что от нее ждут? Каков финальный замысел?
От горьких мыслей Игоря оторвала Чужайкина. Завидев своего начальника сидящим в машине, Наталья Ивановна постучала в стекло и, улыбаясь во весь рот, крикнула, размахивая газетой:
– Игорь Михайлович, поздравляю вас с законным браком! Удивили вы нас!
– "А уж как я удивлен!" – хотел было сказать Игорь, открывая дверцу машины, в которую его помощница тут же просунула газету. На первой полосе красовалась фотография мило улыбающихся друг другу Игоря Опарина и Динары Малицкой. Под снимком был заголовок: «Брак по расчету или безрассудная любовь?»
– Что за ерунда! – усмехнулся Игорь. – Эти писаки совсем спятили! Мы с Динарой прошлым вечером просто разговаривали. И ничего больше!
В этот момент зазвонил телефон. Поднеся трубку к уху, он услышал голос Станислава Малицкого.
– Приезжай ко мне домой, срочно!
Когда Игорь, протиснувшись сквозь плотные ряды журналистов, пробрался-таки в подъезд дома Станислава Малицкого и оказался в его огромной квартире, тот встретил его угрюмой гримасой:
– Почему так долго?
– Прошло всего десять минут, – ответил гость, взглянув на часы.
– Садись…
Едва Игорь оказался в кресле, хозяин спросил:
– Утренние газеты уже успел прочитать?
– Успел. Что это значит?
Игорь внимательно посмотрел на Малицкого и уловил в его внешности странную перемену. Последний раз они виделись несколько суток назад, в тот самый день, когда произошла драка с Габовым. Малицкий тогда похвалил своего ставленника, велев и впредь не давать спуску всяким хамам. Но сейчас Игорю показалось, что с тех пор прошло несколько лет – так его собеседник постарел!
– Ситуация вынуждает меня просить, чтобы ты стал мужем моей непутевой дочери, – без лишних предисловий сказал Малицкий.
– Какая ситуация? – удивился Игорь.
– Еще совсем недавно я был уверен в том, что совершенно неуязвим! – вместо объяснений проговорил Малицкий. – А теперь чувствую себя словно мышь в мышеловке! Никогда не повторяй моей ошибки! Никогда не расслабляйся, иначе тебя загонят в мышеловку и придушат!
– "Не верь, не обещай, не расслабляйся!" – вспомнил Игорь любимые слова Татьяны Дроздовой.