Чтение онлайн

– Ну вот, все хорошо, но в другой раз, когда будете играть в баскетбол, лучше на лавке посиди. А сейчас можешь идти домой, если хочешь.

Я киваю и выхожу из медкабинета, отправляясь в раздевалку за своими вещами. А там разборки, почти все ребята собрались и слушают, как Шмелев распекает Егорову при всех.

– Идиотка, ты убить ее могла, это же не теннисный мячик. Овца тупая, ты чего добиваешься?

– Я нечайно, просто мяч выскользнул из рук…

– Ага, а то мы не видели, как это «нечайно»! – кричит он, размахивая у лица девушки руками, сжатыми в кулаки. – Молись, чтобы ничего серьезного не случилось.

– А то что? Что ты мне сделаешь? И чего ты в нее вцепился, защитничек? – чуть не визжит блондинка, наступая на Глеба.

– Дура, тебя посадят, если у Дроздовой обнаружится травма живота. Тяжелое причинение вреда здоровью. А я как свидетель пойду, я все видел.

Пробираюсь сквозь толпу, под удивленными взглядами одноклассников. Беру свои вещи, переоденусь в другом месте.

– Со мной все хорошо, - произношу спокойно. – Врач сказала – жить буду.

Я вообще могу уйти домой, но зачем-то иду в кабинет русского языка. Да, год будет очень тяжелым.

– Ты правда в порядке? – в два прыжка нагоняет меня Глеб, но я не обращаю на него внимания. – С такими вещами не шутят, лучше давай я тебя в травмпункт отвезу, там точно скажут.

– В твоей помощи не нуждаюсь, как и в твоей защите, Шмелев, - отвечаю ему, с гордо поднятой головой, - сама справлюсь, как-нибудь.

Глава 10

Глеб

Обиделась, мелкая. Не понимает, что не там меня защитила, не перед той персоной. Мне было приятно, когда она высказала химичке и призналась, что испортила мою форму. Ни одна девчонка из моего класса не заступилась бы за меня, все предпочитают держаться в стороне, когда возникают проблемы. Резко становятся слепыми и глухими. Но я испугался, что теперь эта мымра станет гнобить и Даньку, как мою защитницу. Вцепится, как клещ, который нашел новую жертву. Пусть лучше меня изводит.

Поэтому наорал на рыжую, чтобы больше так не делала. И вот тоже фыркает, смешно задрав курносый нос. На физре я ловил ее восхищенный взгляд, и выпендривался, сам того не замечая, буквально взлетая с мячом в руках. Вот только мяч был не один, и Данькин интерес заметила эта тупая Егорова. Будь удар сильнее, мелкой бы не поздоровилось. Надо выловить ревнивицу и вразумить, так, чтобы поняла, со мной ей ловить нечего.

Остальные уроки внимательно слежу за ней, не тошнит ли, не кружится голова, мало ли, может быть травма внутренних органов или кровотечение, нас учили на хоккее, что таких травм надо опасаться. Но прошло два часа, рыжая не в обмороке и даже весела, болтает с новой подружкой. И только тогда меня отпускает страх за ее жизнь. Я идиот, никогда прежде не обращал внимания на одноклассниц, и не переживал за них.

Уроки заканчиваются, у меня есть час, чтобы переодеться и явиться на тренировку. Через неделю играем с соседним «Барсом», в прошлом сезоне от них здорово досталось нашей команде, на последней минуте смогли выровнять счет и не посрамиться. Не выиграли, но и не проиграли. Сегодня планируем задержаться после тренировки и пересмотреть прошлую игру в тренерской.

На парковке замечаю тачку отца, он машет мне, приглашая в салон. Не хочу общаться с этим изменщиком, но он все же родитель, подчиняюсь. Интересно, с чем пожаловал. Хотя, тут большого ума не надо, чтобы догадаться – его нынешняя женушка нажаловалась. Сейчас будет получасовая лекция о том, что нужно уважать взрослых, а классную руководительницу тем более.

– Па, мне некогда, - сразу отметаю возможность наехать на меня, - и вообще, твоя эта придирается на пустом месте. Я ей как бельмо на глазу, хочет выжить из школы.

– Привет, сын, - отец лезет в карман и достает пластиковую карту, - просто я думал, что вы ни в чем не нуждаетесь, а Маргарита позвонила и сказала, что у тебя даже запасной формы нет. Купи.

– Да не надо, - смотрю на карту и не могу позволить взять ее.
– Я сам зарабатываю, как могу, но особо не нуждаемся. И как это она разрешила раскошелиться на бывшую семью?

Колю родича словами, вижу, как ему неприятно, аж морщится. Вдруг понимаю, что Марго не разрешила. Это скорее всего было так – «Представляешь, твой сын вообще обнаглел, явился без формы в школу! Он подводит меня, подводит наше уважаемое заведение! У твоей бывшей даже нет денег на запасную форму для сына. Обнаглели!»

– Возьми деньги, сын, пригодятся, - снова сует мне карту в руки, но я отмахиваюсь, былая обида просыпается.

– Засунь свою карту, знаешь, куда? Дуре своей отдай. И донеси до нее, что меня лучше не замечать, а то я тоже кусаться начну. И посмотрим тогда, кому будет хуже.

Резко толкаю дверь и выскакиваю из иномарки, чеканю шаг к своему мотоциклу. После развода родителей выкинул все, что было куплено на деньги предателя. И дальше сами справимся. Мне хорошо платят, а за каждый выигранный матч еще и премию дают. Просто мать полгода назад, когда ожила немного, открыла маленький салон красоты, и почти все накопления ушли на его раскрутку. Ну хоть делом занимается, а не скулит, стоя на террасе по ночам.

На тренировке выкладываюсь по полной, все еще под впечатлением от встречи с предком. Хорошо хоть нечасто меня так вылавливает. Во время передышки поднимаю взгляд на трибуны. Данька сидит у самого борта, ждет конца тренировки, чтобы сделать свою работу, и с интересом наблюдает за нами.

– Теперь так и будет здесь торчать, - возмущается Димон, кивая в сторону девчонки, другие подхватывают, скалясь снова насчет веснушек и не совсем взрослой внешности одноклассницы.

Да, к одиннадцатому классу наши девчонки приобрели женственные формы, и не стесняются выставлять их напоказ, парни пускают слюни, глядя на расстегнутые больше положенного блузки. Данька другая, будто из седьмого класса, когда еще девочки не дружат с косметикой и не пытаются увлечь одноклассников.

Снова смотрю на нее. Белая куртка сегодня по размеру, и ей очень идет, капюшон оторочен пушистым мехом, делает ее похожей на снегурку, причем очень симпатичную, с огромными ясными глазами. Хочу заступиться, но тренер ругается.

– Чего гогочете? Когда «Барсы» вас по льду будут размазывать, тогда посмотрю, как будете ржать. Закончен перерыв, разбились на звенья и работаем. Нам еще игровую схему отрабатывать.

Когда заканчиваем тренировку, Алексей Михайлович дает нам полчаса, чтобы сходить в душ и развесить формы в сушилке, а потом ждет нас в тренерской, смотреть запись прошлого сезона. Парни торопятся, толкаясь в калитке, подначивают друг друга, давая пинки для скорости. Я же не тороплюсь уходить со льда, наблюдаю, как Данька собирает в корзину бесчисленное количество шайб, фигурно объезжая сигнальные дорожные конусы, которые так же нужно собрать. Она будто наслаждается работой.

Домой приезжаю поздно, голодный, как лев, предвкушая что-то вкусное. Мама частенько балует меня вкусными блюдами. Сегодня она излишне суетится, что странно. Может и ее отец навестил?

Мою руки и сажусь на свое любимое место, в самом углу. Передо мной появляется пустая тарелка и вилка, которую хватаю в нетерпении. На блюдо сыплются макароны, и сверху на горку падает маленький кусочек сливочного масла. Я жду котлет, или еще чего мясного, тяну шею, поглядывая на электрическую панель, но не вижу больше ни кастрюль, ни сковороды.