Чтение онлайн

— Мне верь. — и поцеловал в макушку. А у меня мурашки побежали по телу от такой нежности.

Угу, каждый хочет, чтобы я ему верила. А я и верю.

— Не просто же так твоя семья раскололась на четыре части. У каждого своя правда и своя выгода. Ты стоишь между всеми ними, и каждый из них пытается перетянуть тебя на свою сторону. Они пользуются твоим доверием, твоим незнанием, твоими страхами и твоей тяге к семье. Ты можешь увеличить пропасть между всеми ними, а можешь их опять сплотить.

— Было бы так просто все это, — вытерла слезы рукавом и отстранилась от Ренона. Надо опять найти этот путь и идти к духам, звали же.

— Ответь на один вопрос, — обратился ко мне Рен, и голос у него какой-то более серьезный стал, — Сения Холиси твоя мать? Поэтому ее фамильяр оберегал тебя в том мире?

— Нет, — помотала головой, — Она моя тетя. Младшая сестра моей мамы. Ты ведь знаешь ее, даже отец при тебе о ней рассказывал!

Отец, вспомнила, и как то не хорошо сразу стало на душе.

— Отца казнили? — спросила еле слышно.

— Нет.

Дальше я расспрашивать его об этом не стала. Жив и ладно.

— Я знаю, что твоей матерью считается Оливия Жорш, но я спрашивал о настоящей матери, которая тебя родила.

Я запнулась.

— Что прости? Меня Оливия и родила. Сению я видела в жизни всего раз. Да они меня даже из рода изгнали!

Я зачем то оправдывалась. Что бы, что? Чтобы самой себе это доказать? Похоже на то.

— Майховый лес основали ведьмы, как когда то основали и Терессию. — начал рассказ Рен, пока мы шли по выбранной тропинке, — это было их место силы. Здесь проводились ритуалы и обряды. Сюда шли рожать и умирать.

Рожать? Мама говорила, что во время моего рождения, Майховый лес горел. Это что-то значит?

— От большой энергетической вспышки, здесь произошел пожар, за пару дней до твоего рождения. Женщину, родившую в тот день, так и нашли.

— А зачем ее искать надо было? — осторожно перебила я.

— Потому что по пророчеству, в тот день родилась ведьма, которая уничтожит все в этом мире. Именно поэтому от тебя скрыли дату твоего настоящего рождения и спрятали в другом мире, ведь так?

Я остановилась. Вдохнула и подняла голову, посмотрев ему в глаза.

— Допустим, — кивнула я, — и что дальше? Расскажешь об этом всем и меня сожгут на костре?

— Нет. — он ответил с легкой улыбкой и вполне спокойно. — я с этим уже смирился и планирую жить дальше с тобой.

— Знаешь, я уже никому не верю, — горько вздохнула и отвела взгляд.

— Мне верь, — повторил он свои слова.

А мы подошли к огромному камню в центре леса.

— И какова наша конечная цель в этом месте?

«— Ваша коронация, госпожа» — раздался голос в голове и стало немножко неловко.

— Какая коронация? — спросила я вслух, в надежде, что если не духи, то хотя бы Рен ответит мне.

— Какая коронация? — настороженно переспросил Рен. — Какая коронация, Рокси?!

— Да не знаю я.

Да знала все я. За какую-то минуту в голове появилось полное понимание происходящего. Как будто я прозрела и нашла ответы на все свои вопросы. Удивительное чувство. Невероятное.

Оливия Холиси действительно моя родная мать.

Дед хотел меня защитить от действия давнего договора.

Отец всю жизнь знал, что я его дочь и принимал меня.

А Ренон меня вдруг любит. И почему я только подумала об этом когда то?

Я еле заметно взглянула на него и успела перехватить взгляд. Такой внимательный, переживающий, заботливый.

Удивительно. Все так просто.

Скинув со спины рюкзак, я достала ту самую корону и два кристалла. Один из них поставила у своих ног, другой у камня. Взяла в руки корону и сняла с руки перстень, который надела тогда, в библиотеке.

Подошла к Рену и вложила ему в руки корону. Перстень оставила себе.

А затем произнесла те слова, которые сами складывались в моей голове.

— Прошу даровать власть мне и мужу моему, по праву рождения, по праву крови, по закону. Прошу принять часть нашей души в знак верности и покорности. Ашаана эне шиыен!

Вспышка света озарила весь лес и кристаллы засияли разными цветами, переливаясь.

Ренон одел на голову мне корону, я же одела ему на палец перстень.

— Все же смирилась что я твой муж? Уже дважды, кстати. — улыбнулся он, обняв меня.

— Пф, это тебе, дорогой мой, придется мириться, что я жена твоя.

Подняв с земли рюкзак, подошла поближе к Рену и перенесла нас к себе. Или уже к нам.

А дома почему то было светло.

«Дорогие мои, любимые» — кот вылез из какого-то шкафа и бросился нам в ноги, — «я так по вам скучал, вас не было сутки! Сутки! А я один, голодный, холодный»

— Фамильяры же не едят, — возмутился Рен.

— Этот все жрет, — бросилась я на защиту своего котика, — он ведь наполовину настоящий кот.

— Угу, а так он не настоящий кот.

«Ой, кот не кот, покормите главное меня!!!»

Я положила в миску кота его любимый земной корм, переоделась в чистую домашнюю одежду и сделав чай, решила все же задать этот самый вопрос Ренону.

— А зачем мы изначально шли в лес, если ты не знал точно мои корни?

Помолчав, Рен все же решил ответить.

— Тогда я был уверен, что ты и есть та самая девочка, рожденная в ночь пожара. В том лесу в тот момент была только Сения Холоси, ее заметили местные, когда она еле спаслась тогда. А увидев у тебя ее фамильяра, сложил два плюс два. Но ошибся, как оказалось.

Тут уже задумалась я.

— Почему нельзя было поверить в то, о чем все говорили? Что я именно Оливии дочь?

Рен встал и зачем то принес мне мой рюкзак. И протянул его мне.

— Достань книги.

Я взяла рюкзак и послушно достала книги. Одну, которую я сама взяла из библиотеки, а вторая это та записная книжка.

— Открой их.

Открыла. Открыла и везде узнала мамин подчерк, но ведь они такие старые, как такое может быть?

— Это дневники твоей бабушки, Несалисии Холиси.