Чтение онлайн

Ой.

– На коврик? – рокочет он, раскатывая «р» так, что стекла дребезжат. – Конец тебе! Пиздец котенку, слышала выражение? Ко-ти-ко-ва…

Мамочки… Да что ж он какой нервный? Вон и тик уже под глазом.

Зря я его жалею.

Демьян Федорович тут же являет мне свое истинное лицо и показывает, кто тут настоящий чемпион по борьбе без правил. Золотой призер, блин!

Он подло нападает на мои беззащитные ребра и начинает меня щекотать, а я капец боюсь щекотки, и весь мой протест превращается в хаотичное размахивание конечностями.

В итоге инстинкт самосохранения принимает решение покинуть поля боя. Фиг с ним с одеялом, тут бы ноги унести. С трудом перевернувшись на живот, я пытаюсь отползти от вражины. Я задыхаюсь от смеха, поэтому тернистый пусть сквозь подушки, которыми я была обложена, дается мне непросто.

Демьян наваливается на меня всем телом, зажимая бедрами мои ноги, предплечьями фиксирует мне руки и коварно применяет запрещенный прием – рычит дышит мне прямо в ухо. У меня даже шею сводит.

Живот болит от смеха, дыхания не хватает, одна мысль бьется в голове – выжить и отдышаться, но когда мне дают секундную передышку, я понимаю, что попалась на крючок.

Встреча на ринге состоялась без галстуков, то есть без штанов, и кое-кто этим воспользовался. Вражеский член уже наполовину во мне.

– Так нечестно! – возмущаюсь я.

– Жизнь несправедлива, – соглашается со мной Демьян и толкается до конца.

Я напряженно жду неприятных ощущений, но их нет.

То ли организм настолько расслабился, то ли я уже восстановилась, но захватчик чувствует себя вольготно, скользя в киске, как по маслу, а я смиренно его принимаю. Настолько покорно, что очень скоро становятся слышны хлюпающие звуки.

Демьян все еще не позволяет мне шевелиться, зато сам экспериментирует с углом входа. Математик, блин. И ведь находит, опять находит, как сделать так, чтобы я дрожала и кусала губы.

По статистике норма, когда женщина кончает в шестидесяти процентах половых актов. Видимо, я ненормальная, потому что Демьян упорно ведет меня сквозь все ступени возбуждения к оргазму.

Неспешный утренний секс? Нет, не слышали.

В тисках его стальных рук и ног, неспособная как-то воспротивиться, я сгораю.

Я плавлюсь под Демьяном.

Становлюсь с ним единым целым.

Я даже дышу в ритме его толчков.

И когда он ускоряется, меня накрывает сразу цветным каскадом, фееричным взрывом каждого нервного окончания. А потом еще раз. И еще. Все сильнее.

Я глохну и слепну.

И все, что я чувствую, толстый поршень накачивающий меня энергией.

И я срываюсь в бездну, принимающую меня в свои теплые ласковые объятья.

Фоном происходят события после взрыва сверхновой. Демьян переворачивает меня на спину, и прожаривает уже и так готовое блюдо.

Женя Котикова абсолютно готовенькая, как он и обещал.

Он вколачивается в меня, кончает мне на живот и жадно целует.

– Эй, золотко. Хоть моргни.

Я послушно моргаю.

– Ну что? – Демьян падает рядом со мной на подушки. – Дедулю звать не будем?

Ах ты зараза!

– Нет. Дедулю я уже не вынесу, – бормочу я.

Позабытый плед, из-за которого разгорелась такая жаркая битва, валяется в ногах, никому ненужный.

Я отрешенно смотрю на догорающие поленья в камине, и глаза сами собой опять закрываются.

Сумасшедший день.

Сумасбродная ночь.

Но я, как завещено, подумаю об этом завтра.

Внутренний будильник у меня работает безотказно. Сказывается длительная привычка вставать очень рано.

Хочется потянуться, но рука придавлена чем-то тяжелым.

Мгновенно накатывают воспоминания о вчерашнем дне.

Вчера я обещала себе обо всем подумать сегодня, но, пожалуй, я к этому не готова. Да и времени нет.

Осторожно выбираюсь из-под согревавшего меня тела, подбираю свои вещи и крадусь на кухню. У раковины смываю с живота засохшую за ночь сперму и при свете тусклой лампочки вытяжки над плитой быстро одеваюсь.

Подключаю телефон к заряднику, вызываю такси и допиваю остывший чай из чашки. Чайник ставить не рискую. Неуемный товарищ может проснуться и, если ему придет в голову идея продолжить начатое вчера, я опоздаю везде.

Поработала, блин.

Вот так вот гнаться за подработкой. И в следующий раз стоит хорошенько подумать, прежде чем соглашаться кому-нибудь помочь.

Держись, теть Тонь.

У нас будет серьезный разговор.

Когда назначенное такси маячит на карте в пяти минутах от коттеджа, я на цыпочках перебираюсь в прихожую и даже там одеваюсь, стараясь не шуршать.

Малодушно загоняю на дно мысль попрощаться с «гостеприимным» хозяином.

Нет уж. И продолжений никаких не надо. Ни к чему это не приведет. Что бы он там ни говорил, а вряд ли мужчина будет рассматривать возможность серьезных отношений после того, как девица ему дала даже без первого свидания. Роль же девочки для секса меня не прельщает. И вообще. Я же о нем ничего не знаю. Может, он маньяк.

Не может, а точно. Маньяк. Сексуальный.

Правда, не врет.

Обещал трахнуть, и трахнул.

Обещал, что мне понравится, и мне понравилось.

А еще он угрожал вскрыть попку, поэтому собираем сопли в кулак, застегиваем куртку и чешем за ворота.

Входную дверь так и оставляю незапертой как была, а ворота запираю ключом. Скрежет бородки в замочной скважине кажется мне оглушительным.

Четыре метра до машины после вчерашней метели и непрекращающегося сексмарафона даются мне непросто.

В свете фар такси чистый снег искрится, он хрупает под сапогами и хочется в него рухнуть и делать снежного ангела, настолько глубоки сугробы.

Да уж, не зря вчера Демьяну показалась бредовой идея топать в метель на автобус. Окинув взглядом все вокруг на прощанье, я понимаю, что ни за что не нашла бы дорогу назад. Все замело, ни следов, ни лыжни, ни тропинки.

Вдохнув напоследок чистого воздуха, я ныряю в теплое нутро салона и умудряюсь доспать там еще немного.

Зачет поставили на одиннадцать.