Чтение онлайн

Звуки эти заставили Червячка покраснеть, и Лот присмотрелся к нему повнимательней.

— Скажи-ка, Червячок, ты краснеешь от смущения или зависти?

Губы Червячка сжались, он хмыкнул и повернулся спиной к Лоту, прихватив с собой большую часть одеяла.

Лот ткнул маленькое животное локтем:

— О, да ладно, не будь такой ханжой. Если честно, когда я слышу этих двоих… то завидую. Недели прошли с моего последнего траха.

Червячок пробормотал что-то в одеяло.

— Что? — Лот свернулся калачиком, чтобы сохранить тепло, и подтянул его поближе, чтобы лучше слышать: — Ты что-то сказал?

Сосед по кровати едва не вибрировал от желания открыть рот, так что долго ждать не пришлось — Червячок вырвался из хватки, развернулся лицом и прошипел:

— У тебя он хотя бы вообще был!

Это заставило Лота замолчать.

Ну конечно. Червячку было где-то между двенадцатью и двадцатью — сложно сказать точнее. Но если его заперли, скажем, лет в пятнадцать или шестнадцать, а он был сыном дворянина, то вероятность, что у него не было возможности заняться чем-то веселым, была велика. Вполне может статься, что его сексуальный опыт ограничивался рукой, соломенным матрасом и аудиторией крыс.

Лот не был уверен, из чувства вины, жалости или еще чего родилось это предложение:

— Ну, если захочешь, чтобы я показал тебе, что к чему, я в деле. И даже денег не возьму.

Червячок при этих словах замер.

— Нет, спасибо, — натянуто сказал он.

Лот не знал, что тут можно добавить. Нечасто его подводили слова, но, с другой стороны, ему и отказывали редко. Пока он обдумывал эту мысль, из спальни донесся громкий крик: «Сильнее, Бенжи!»

В комнате воцарилась тишина, и Скотт заявил:

— Им обязательно так… театрально к этому относиться?

Из-за стены раздался голос Бенжи:

— Закройся, Скотт! Ты все портишь! — прежде чем снова скрипнули пружины и — да, определенно — щелкнул кнут.

Червячок хихикнул, напряжение ушло из его плеч, и Лот снова прижал парня к груди, про себя улыбаясь.

***

Лот проснулся от теплого дуновения воздуха у затылка. Открыл один глаз и увидел размытый предрассветный туман, окрашивающий все серыми оттенками. Значит, было еще очень рано. Он снова закрыл глаза и машинально прижался к теплу другого тела, над ухом раздался тихий вздох. «Червячок», — подумал он сонно. Должно быть, они перевернулись ночью.

Он попытался устроиться поудобнее, но что-то ткнулось в него через ткань штанов, что-то твердое, толстое и… Лот все еще находился в сонном состоянии, так что ему потребовалась секунда, что бы осознать, что, да, к его заднице определенно прижимался член. Его глаза резко распахнулись, и он позволил себе мгновение удовлетворения. Червячок мог сколько угодно утверждать, что это было ему не интересно, но тело его рассказывало совсем другую историю. Лот качнул бедрами так, чтобы толкнуться в Червячка, и ухмыльнулся, когда Червячок, не просыпаясь, подхватил ритм.

Будь они где угодно кроме пола полной людей комнаты, Лот бы разбудил Червячка, прошептал ему на ухо сладкие слова, перевернул их и применил свои навыки. Хотя, вообще-то, он был не из тех, кто пользовался спящими — он предпочитал, чтобы его партнеры бодрствовали и умоляли.

Кроме того, он два дня провел верхом на лошади, чуть не отравился болотным газом и с ног до головы был покрыт угольной пылью. Да и не был он уверен, что выступит должным образом, зная, что их слушают два эльфа с ушами-летучими мышами, которые не преминут тем, чтобы вынести свое суждение.

Так что он ограничился тем, что потянулся за спину, потряс Червячка за костлявое плечо и прошептал:

— Я польщен, Червячок, но давай как-нибудь в другой раз.

Бедра Червячка толкнулись раз, другой, тело напряглось, и он проснулся:

— Черт! — прошипел он.

— Когда-нибудь, — пробормотал Лот. — Я буду более чем счастлив, только слово скажи. Только где-нибудь не здесь и не сейчас.

Червячок отполз назад, и, когда Лот повернулся, света оказалось достаточно, чтобы разглядеть румянец на его щеках.

— Я не… Это не… это случайность!

— Случайность ли? Или ты все-таки считаешь меня неотразимым? В этом нет ничего постыдного, Червячок. Многие чувствуют себя так же рядом со мной, — послал ему Лот воздушный поцелуй.

Червячок сел и, слегка сгорбившись, нахмурился, словно думал, что Лот вот-вот запрыгнет на него и без спроса схватится за член, что было очень оскорбительно — Лот всегда спрашивал разрешение. Лот вздохнул.

— Кажется, все эти приключения тебя немало напрягают, — пошевелил он бровями. — А, знаешь, что помогает при стрессе? Оргазмы.

— Ты невозможен, знаешь об этом? — Червячок отбросил в сторону одеяло, прошел в другой конец комнаты и, спустя минутное колебание, лег рядом с Дейвом. Лот подумал, что Дейв вряд ли отнесется к неуправляемой эрекции с таким же пониманием. Но потом решил польстить себе мыслью, что шансы на то, что Дейв окажет на Червячка такое же влияние, невелики, а потому устроился под одеялом и, ухмыляясь, снова заснул.

По крайней мере, сейчас Червячок не стал прямо ему отказывать. Какой-никакой, а прогресс.

***

Позже утром Калариан вышел из спальни Бенжи, и на нем не было ничего, кроме сонной улыбки и множества мазков древесного угля на бледной коже. Лот открыто уставился. Эльфы действительно были несправедливо привлекательны, пусть Калариан и выглядел так, словно его несколько раз протащили сквозь заросли. Пока он выходил из парадных дверей, предположительно, чтобы помочиться, Лот увидел несколько знатных угольных отпечатков ладоней на вершинах великолепной задницы.

— Ч-что! — воскликнул Скотт, отбрасывая одеяло. — Надень что-нибудь, Калариан! Я вижу твой… ту штуку!

— Это пенис! — сказал Калариан, обернувшись и наградив всех взглядом. — Тут такой у большинства есть!

— И у меня их было столько, что не счесть, — сказала Ада.

— Скотт просто завидует твоим симметричным яйцам, — сказал Лот.

Калариан ухмыльнулся.

— Они прекрасны, не правда ли?

— Высочайшего качества, — сказал Лот. — Сногсшибательные.

Калариан снова развернулся, покачал задницей с отпечатками пальцев и продолжил путь наружу.

Лот повернулся к Червячку. Тот сидел с широко распахнутыми глазами и красным лицом. В сложенной чашечкой руке он держал Пая и нежно поглаживал спину пальчикового дракона, стараясь очень и очень демонстративно не пялиться на задницу Калариана.