Чтение онлайн

От грустных мыслей его отвлёк Лёха, разбирающий инсталляцию с Красным Знаменем, на котором была надпись «Вся власть Советам». Сам Лёха, нашел где то тельняшку, одел её по верх бронежилета, отчего его фигура казалась ещё более богатырской. Ещё он поменял штаны, на чёрные, заправленные в высокие сапоги со шнуровкой. Рядом лежал морской бушлат и бескозырка. — Лёха, может тебе чёрное знамя, больше подойдёт? С лозунгом «Анархия мать порядка»? — спросил Андрей из за спин любопытствующих. — Это тебе, товарищ Фокс, больше чёрное знамя подойдёт. А если ты не понимаешь идей большевиков, то и топай отсюда куда подальше, пока не получил по хитрой, рыжей морде. — буркнул Лёха не поворачиваясь. — Я в мебельный отдел потопаю, если что, там ищи. — Андрей пошел дальше.

— Вставайте. Ну вставайте же, дядечка Фокс. Там ещё одного нашли. — Спортсменка раскрасневшаяся трясла Андрея, спавшего на диване. Андрей из-под подушки вытащил руку с пистолетом, посмотрел на часы, снятые на память с главаря банды. Выяснил что спал всего два часа и спросил — Кого вы там нашли? — Ну Бандоса же, — запинаясь отвечала Спортсменка. — Я же говорю, он в кинозале сидит. Ширнулся и отъехал в страну своих фантазий и грёз, а время пришло, очнулся, заёрзал, а мы с Молодым, напугались, свет включили, а он там. — Спортсменка покраснела, поняв, что сболтнула лишнего. — Вот даже не хочу знать что вы, в кинозале делали. Но хочу, что бы ты запомнила, что вы очередной раз подставились. Как вы не поймёте, что ваша любовь может стоить вам жизни. Как только смогу — накажу. — проворчал не выспавшийся Андрей, поправляя форму и засовывая пистолет в кобуру. Посмотрев на соседний диван, на котором спал Революционный матрос Мамонт, Андрей поразился перемене своего друга. Спал Лёха, обняв пулемёт и надвинув бескозырку на глаза. На бескозырке, золотыми буквами было написано «ВАРЯГ». В диван, порвав обшивку, было воткнуто красное знамя. Кроме Маузера лежащего под ним, появилась шашка стоявшая прислоненной к дивану. Последним штрихом был красный бант, приколотый к лацкану бушлата. Андрей приложил палец к своим губам — Революционно настроенного Мамонта не будить. — проговорил он шепотом. Но Лёха открыл глаза и поднялся — Я всё слышу. Где этот Бандос? — Спортсменка указала на открытую дверь, ведущую в кинозал. В проеме двери стоял Молодой и целился куда-то, внутрь кинозала. Лёха тоже встал, прицепил шашку к поясу. — Пошли что ли, посмотрим что там за чудо-юдо такое. Бряцая на каждом шагу шашкой, он двинулся к кинозалу. Из-за спинки соседнего дивана поднялась голова Светы. Андрей помахал ей рукой, показывая, что бы она продолжала спать. Она кивнула поняв, и улеглась, обняв Злого. Андрей только цокнул языком — Ты погляди кругом мрак, а жизнь проклёвывается даже там, где казалось это невозможно, невзирая ни на что. — Он повернулся к Спортсменке — Напомни мне, что наказание заменяется поощрениями, а революционно настроенного Мамонта, переименовать в «Варяга» или «Морского Слона». — Андрей двинулся за Лёхой.

В самой середине кинозала, сидел человек. — Я ему говорил чтобы он выходил, а он не выходит. Кричит только иногда, чтобы ему главного позвали. Вот я стрелять и не стал, мало ли. — Молодой всё ещё продолжал целиться в человека. — Всё ты сделал правильно. — Андрей отодвинул рукой Молодого, проходя вперёд. — Кроме одного, надо было застрелить падлу, мы тогда бы хоть выспались.

Они подходили к человеку, сидящему в самом центре кинозала, по следующему за ним ряду сидений и держа его на прицеле. Андрей узнал его — Ба, неужели это Вася Шнырь — спросил он. — Именно он — Оборачиваясь и поднимая верх руки, ответил Шнырь — Простите уважаемый, что не встаю, у меня тут это — он указал кивком головы на поднос стоящий у него на коленях. — Прошу извинить бедного еврея, но я не узнаю вас в профиль. — Да я тебя недавно на ментовской машине к Оле «скорой помощи» отвозил. — напомнил Андрей. — Да, да, припоминаю, глупые детишки. Не понимаю только одного, почему я вас не придавил, пока была такая возможность? И что, ви теперь тут главный? Именно тот кто может решить жить дальше бедному Давиду или не жить? — на еврейский манер проговорил Вася Шнырь. — Так, сначала реши кто ты, Давид или Вася Шнырь? Спросил Андрей. — Я вас умоляю, неужели в этой стране бедного еврея Давида, не могут звать Васей, и если это так, то зовите уже как ви хочите, только разрешите опустить руки, они таки затекли. — Вася не дожидаясь ответа опустил руки. — Я хочу Васей. — Андрей перелез через сидение и уселся с права от Шныря. — Все русские хотят звать меня Васей. А я бедный еврей не имею сил этому сопротивляться. — Вася кивнул на поднос, в центре которого была коробка с кокаином. — Может марафету? Обещаю, ви получите не забываемые впечатления. Ви увидите такое кино, какое Эйзенштейну и не снилось. — В этот момент, слева от Васи, перелезая через сидения и запутавшись в шашке с маузером, матерился Лёха. Понаблюдав за этим акробатическим этюдом, Андрей толкнул ошарашено глазеющего на Лёху, Васю. — Так что будут показывать? — спросил он. — Ви станете смеяться, но я уже вижу революционного матроса, Эйзенштейн его дери. — Вася отодвинул поднос от тянущейся к нему огромной щепоти Лёхи. — Эка невидаль, мне что бы его увидеть, кокаин не нужен. — Андрей забрал поднос и передвинул его ещё дальше от Лёхи. — Вась, а у тебя оружие есть? — спросил Андрей. — Конечно, сколько угодно. — Вася отодвинул полу пиджака, показывая на поясе кобуру. — Я его заберу, что бы ты не поранился случайно. — Андрей протянул руку. — Без проблем. Раз вам его надо больше чем мне, то пожалуйста, у меня все равно ещё есть. — с этими словами Вася открыл кобуру и достав двумя пальцами пистолет предал Андрею. — А где у тебя ещё есть? — спросил Андрей разряжая пистолет и кладя его на поднос, рядом с кокаином. Вася откинул вторую полу пиджака, показывая второй пистолет. — Давай и его сюда, от греха. — Андрей протянул руку. Вася так же аккуратно двумя пальцами достал пистолет и держа его на вису, спросил — А что взамен? Или вы решили ограбить Васю Шныря? Эти пистолеты стоят каких то денег, особенно этот. — он передал Андрею Люггер Парабеллум. — Взамен жизнь-Андрей забрал оружие. Пистолет действительно был красив, накладки белые, с какой то эмблемой, весь метал покрыт рисунком. — О, моя жизнь теперь не стоит и гроша, тем более когда вы забрали всё моё оружие. — он запахнул пиджак. Лёха которому не дали ни кокаина, ни пистолетов, а потому сильно обидели, гаркнул Васе в ухо — Врешь Падлюка — Потом спокойно продолжил. — Он ещё пару пистолей где ни будь сховал, и гранатка у него тоже небось имеется? Вася прижался к Андрею — Со мной матрос заговорил? — явна переигрывая пожаловался он Андрею. — Я еще и шашкой махнуть могу, токо уши в разные стороны полетят. — Лёха рукой обозначил, как он может рубануть — Он же тебе специально вторым красивый и блестящий пистолет отдал, что бы внимание от себя отвести, что бы ты его обыскивать не стал, так Фокусники глаза отводят, ну или мошенники. А граната у него под задницей должна быть, как говориться план Ж. — Андрей отодвинулся от Шныря, проверил свои карманы. — Телефон верни — Пожалуйста — Шнырь ловким движением извлёк из за воротника Андрея телефон. — И граната есть? — спросил Андрей. — Да. Явно уже не дети. — вздохнул Шнырь. — Но ума как не было так и нет. — он поднялся и забрав банку с кокаином позвал — Пойдёмте, граждане рэволюционэры, я вам кое что покажу.

Вася Шнырь открыл неприметную комнату. Вся комната была уставлена мониторами, на которые выводились изображения с камер установленных как с наружи, так и в нутрии магазина. — Теперь ви понимаете, что если бы не Вася Шнырь, ваше предприятие кончилось не успев начаться. — Ну и что ты хочешь за это? Что бы мы тебе спасибо сказали? — спросил Андрей, разглядывая мониторы. — Зачем мне сдалось ваше спасибо? Возьмите его обратно себе. Васе Шнырю нужно чуточку свободы. Это именно и есть тот маленький гешефт, на который я надеялся, не выполнив порученную мне работу. — Андрей вызвал по рации Сержанта и предложил подняться к ним на второй этаж.

— Вот вы евреи конечно ушлые. — Лёха рубил воздух ладонью как шашкой. — Выполнил работу получил свой гешефт, не выполнил и опять с гешефтом. Как у вас такое получается. — Лёха грозно зыркнул на Васю Шныря. Тот отодвинулся — Матрос, вам этого не понять, ваша натура не приемлет полутонов, для вас существует либо белое, либо чёрное, хотя в вашем случае красное. А вот товарищ командир, близок мне по своей натуре. Кстати как мне к вам обращаться при следующей нашей встречи? — Андрей удивлённо обернулся на Васю Шныря — Я бы не очень рассчитывал на следующие встречи. — Андрей снова начал переключать изображения. — Напрасно ви думаете, что мы с вами расстанемся навсегда, наши судьбы уже переплелись. — Фоксом, если хочешь, зови меня Фоксом. — В этот момент Лёха достал наполовину шашку, с силой вогнал её обратно, махнул рукой эмитируя рубящее движение приговаривая — И покончим со всеми одним махом. — Вася отодвинулся к Андрею. — И уже, скажите своему матросу, что бы он, не размахивал, передо мной руками. Я очень нервничаю от этого. Что если он заденет моё лицо, меня перестанут любить девушки. — он ткнул пальцем в экран изображение которого показывало цепь с ошейником. — Зря отпустили этого придурка, очень интересный вариант психического заболевания. Тортовый маньяк так сказать. Мы его практически на приманку поймали, тортом к себе заманили. А убежать он уже не смог, ему какой-то поц ногу прострелил, да ещё Босс его на цепь посадил, чтобы бед больше не натворил. — Вася достал сигареты и прикурил. — А поймали вы его сегодня утром? Так? — Так. Что ви уже успели с ним встретиться? — Да и ни один раз, и хочу заметить, что встречи эти были не очень приятными. — Андрей повернулся к Лёхе — Я себе тоже такую систему хочу. — Андрей потыкал пальцем в экран монитора. — Посмотри по магазинам, если новой такой системы не найдёшь, то придумай как эту снять. Сделаешь? — Мне прям сейчас этим заняться? — спросил Лёха. — Ну да, мне надо с Шнырём наедине пообщаться. И Молодого, с подругой спать отправь, а то будут как курята квёлые. — Лёха кивнул и вышел, задевая шашкой за все углы. — Своеобразный у вас товарищ — сказал ему вслед Шнырь. — Да, этим он мне и нравиться. — Андрей увидел на мониторе как к их комнате подходит Сержант. — Это кто такой? — спросил Сержант указывая на Шныря. — Это мой знакомый и благодаря ему, нас никто не заметил. — Андрей показал на мониторы. — Сюда нужно бойца посадить. — Хорошо. Сейчас пришлю. Ещё что ни будь? — Да. Дай команду чтобы его выпустили. Андрей указал на Шныря. — Я его провожу через ворота. — Хорошо, можете идти смело. — сержант вышел. Вслед за ним вышли Андрей и Шнырь. Андрей передал Шнырю пистолет. — Зарядишь потом. А Люггер я оставлю себе как память. — Шнырь только пожал плечами. — Скажи Шнырь, с чего это ты уверен, в нашей следующей встречи? — Неужели ви таки не догадываетесь? — Шнырь улыбнулся. — Чего гадать, скажи что сам знаешь. — Всё просто, весь город уже давно поделен, а за тот шухер, что вы тут устроили, придётся кому-то ответить. — Вася на этот раз говорил чисто без всякого еврейского акцента. — Поэтому я уверен, что мы с вами ещё как минимум один раз встретимся. Так или иначе. — они вышли из ворот в прохладу улицы. — Что же мне делать? — Андрей задал вопрос в спину удаляющемуся Шнырю. — Стань сильным. — ответил тот не поворачиваясь, — Или беги.

У генерала, уехавшего на дачу две недели назад, закончилось то, о чём он и не думал при эвакуации. Мука, а вернее хлеб, который для него пекли в хлебопечке из этой самой муки. У него было всё кроме хлеба. Зрелища тоже закончились, после отключения телевизионных сигналов. А после отключения телефонной связи, он заявил жене — Всё дорогая, я не могу больше руководить, а это значит что город ждёт полная анархия и разорение. — после этих пророческих слов он уехал на охоту.

Потом начала пропадать прислуга и охрана. Причём вместе с прислугой пропали многие продукты, а вместе с охраной пропало много оружия. И вот вчера он первый день провёл без хлеба. Всё его окружение уже давно перестали употреблять мучное, но ни кто не решался указать генералу на нехватку продуктов. А теперь он сам видел, что дела обстоят, не так радужно, как ему представлялось. Взяв рацию, он очередной раз начал вызывать по ней своих подчиненных, но ответом ему было только шипение эфира. — Ну что же не вижу другого выхода кроме как вернуться в город, и уже там на месте выяснить чем так заняты мои замы, что не могут мне ответить. — Болото, которое окружало генерала, задвигалось, забурлило и запахло. Большая часть помощников сказалось больными, охрана просто отказалась участвовать в этой авантюре. И генерал приступил к кадровой перестановке, мгновенно потеряв ещё половину личного состава. Но его ещё боялись, и от этого бегство крыс с корабля, было тайным, а оставшиеся, на вопрос генерала, где тот или иной человек, отвечали что он заболел. Поэтому утром, когда генерал вышел из дачи для поездки в город, свиту ему составили всего три человека. Ехать на трёх джипах, приготовленных для эскорта, смысла ни какого не было. Поэтому разделившись, поехали на двух автомобилях. Помня, что едут в неизвестность, вооружились пистолетами, а водителям выделили автоматы. Трасса ведущая в город была совершенно пуста, поэтому узнать об обстановке до въезда в город не получилось.

Город встретил генерала такой же пустотой что и трасса. Проезжая первый магазин, генерал увидел разбитую витрину, и тут же разразился гневной речью о том, что как он и говорил, город без его руководства превратился в руины. Но теперь он вернулся и покажет всем куськину мать. Водитель же, заметив в нутрии магазина подозрительные личности, благоразумно проехал мимо. — Любезный, — генерал не знал как зовут его водителей. — Поезжай к полицейскому отделению, надо там охрану взять на всякий случай. — не споря а даже обрадовавшись такому направлению, машины повернули к ближайшему отделу полиции.

Полицейский участок был открыт, что очень обрадовало всю свиту. Генерал в сопровождении тройки своих помощников, поднялся по ступеням и вошёл в отделение полиции. В отделении было совершенно пусто, холодно и жутко. Нет, всё выглядело так, будто люди только что вышли из здания. Погрома, пожара или ещё какого-нибудь бедствия не случилось. Все было на своих местах, не хватало только людей, и от этого было не по себе. — Вот господа что я и говорил, все разбежались как крысы, бросив всё на произвол. Узнайте кто начальник этого отделения, и доложите мне. Разжалую в сержанты, будет улицы патрулировать, негодяй. — Вся делегация, вслед за генералом, вышла из отделения. Улица встретила их новым сюрпризом. Рядом с генеральскими джипами стояли несколько машин, с совершенно пьяными молодыми людьми. У каждого из них в руках был обрез охотничьего ружья. Они подъехали за несколько секунд до выхода генерала из отделения, и теперь выходили из своих машин. — Парни вы только поглядите кто к нам на район заглянул, это же целый генерал. — парень говоривший это пошёл на встречу генералу. — Да ты гонишь Петручио. — Точно вам говорю, я его по лампасам на штанах узнал. — Пётр и ещё несколько парней подошли к генералу. — Ну ты чего надулся как мышь на крупу и молчишь, давай подтверждай мои слова. — Парни бесцеремонно начали обыскивать генерала и его свиту, отбирая у всех пистолеты, а за тем и ремни с кобурами. — Прекратите сейчас же это безобразие. Раз вы меня узнали, значит вы обязаны, помочь мне навести порядок.

Пётр был главой этой шайки, он повернулся к своим бандитам и громко спросил. — Ну кто ещё мне не верит что это генерал? — на этот раз, никто не стал с ним спорить. Парни открыв машины генерала и отобрав автоматы у водителей разглядывали салоны дорогих автомобилей. — Я, на районе, теперь единственная власть. Поэтому, ты генерал, можешь только просить у меня помощи, а я подумаю, дать тебе это или нет. — В этот момент один из подростков дал хорошего пендаля генералу и отбежал в сторону, сбив весь пафос с произнесенных слов Петра. — Извини Петручио что перебил, никогда не давал поджопника целому генералу. — и тут парни как с цепи сорвались, пытаясь треснуть генерала по пятой точке, били не сильно, но очень обидно. Свите тоже досталось, но не так как генералу. Пётр к слову, тоже пару раз приложился нагой по заднице генерала.

Наконец его отпустили, со словами — Приезжайте к нам ещё господин генерал, будем очень рады новой встречи. Но уехать, всё равно не дали. Снова подошёл Пётр — Слушай генерал, давай махнёмся с тобой машинами, я тебе за твои две, четыре своих отдам. — он погладил кожу салона и спросил — Ну чего ты опять молчишь? Иди, забирай свои машины и радуйся тому, что ты меня переплатить заставил. — Генерал молча покинул салон машины. Но и уйти от этих отморозков, ему было не суждено. К Петру подошла девушка, наряженная в свадебное платье. Юбка этого наряда была вульгарно коротко и неаккуратно обрезана, а ноги этой особы, были в чёрных ботфортах, зато к этому ансамблю, был приделан длинный шлейф.