С царского плеча
Шрифт:
— Преступник увез ребенка на машине!
— Но как же мы не слышали шума заводящегося двигателя.
— Нас не было дома.
— И это могло случиться, только когда мы и все жители поселка собрались возле молельного дома!
Теперь у лейтенанта Мурашова появилась надежда найти похитителя.
— Марку машины и ее номер мы знаем. Сейчас же объявляю ее в угон.
— А это сработает?
— Раньше я ответил бы вам, что вряд ли, но теперь, если преступник попадет на угнанной машине в одну из зон наблюдения дорожных видеокамер, автомобиль, находящийся в розыске, будет немедленно зафиксирован ими. И данные о нем и о том, где он находится в данный момент, поступят на пульт обработки информации.
Хорошо и плохо жить в век современных технологий. С одной стороны, здорово, когда со спутника можно рассмотреть все, что делается в том или ином дворе, а с другой стороны, как быть с правами личности на частную жизнь?
Но сейчас ни у кого не возникло сомнений в том, что угнанную машину необходимо найти. Мурашов схватился за рацию, отдавая распоряжения о введении плана «Перехват».
— Похититель на темно-бордовой «Ниве» две тысячи первого года выпуска скрылся с места преступления. Предположительно, с ним в машине находится несовершеннолетний ребенок — мальчик восьми лет. При задержании необходимо соблюдать повышенные меры безопасности. Повторяю, повышенные меры безопасности.
Пока Мурашов общался по рации, подруги отвели Лешку в сторону и принялись допрашивать его самого.
— Как получилось, что преступнику удалось угнать машину? Ты не включил сигнализацию?
— Она у меня барахлит уже которую неделю. Я стараюсь ее вовсе не включать.
— Как же так?
— Я думал, что в Зубовке мне опасаться угонщиков нечего. Да еще машина находилась в закрытом на крепкий замок гараже.
Вот только этот замок был рассчитан на грабителей извне. И похититель, проникший в гараж со двора, без всякого труда открыл внешние двери и выехал на машине из поселка. Дом Илии находился на окраине, так что выехать из него можно было сразу во внешний мир.
Но как преступнику удалось запустить двигатель? Без ключа это было сделать довольно трудно.
— А как же он его завел?
— Где ты хранил ключи от машины?
Они ожидали, что Лешка достанет из кармана ключи и продемонстрирует им. Но он их удивил:
— Ключи забрал у меня отец.
— Отец Захария? Зачем?
— Я не знаю. Приказание передал мне Виссарион.
— А это еще кто?
— Мой старший брат. Он — назарей у отца.
Назарей! Старший сын, а следовательно, и наследник отца Захария. И у него были ключи от машины Лешки! Это могло значить так много, что у подруг буквально перехватило от волнения дыхание.
— Где Виссарион?
— Я не знаю. Я давно его не видел.
— Надо найти этого человека! Где он может быть?
Лешка задумался.
— Если честно, то я даже не представляю. Ведь и на церемонии очищения его тоже не было.
Это было еще более подозрительно, потому что этой церемонии отец Захария придавал большое значение. Она требовала присутствия всех двенадцати назареев. И тот факт, что один из них уклонился от участия в приготовлениях к данной церемонии, мог говорить о том, что этот человек заранее знал, что церемония не состоится.
— Где его дом?
— Назареи живут со своими родными или одни в отдельном доме. Заводить жен или свои собственные семьи им запрещено.
— И где живет Виссарион?
— Вместе с отцом. Ему выделена часть отцовского дома с отдельным входом.
— Так чего же мы ждем? Скорее туда!
Вход в жилище Виссариона находился во дворе дома. Если к самому отцу Захарию можно было попасть, войдя с улицы, то для того, чтобы проникнуть к его сыну — назарею, надо было пройти по двору, обогнуть дом, и лишь тогда можно было увидеть пристройку, сделанную отцом Захарием для своего отпрыска. Она была вполне добротна и основательна, все необходимое для жизни в ней имелось. Но все равно подруг терзал вопрос, каково это всю жизнь прожить одному?
Встав под окнами, Леша закричал:
— Виссарион! Отзовись!
Но никто не ответил ему. А когда Лешка, толкнув дверь, вошел в пристройку, то там никого не оказалось. Следом за парнем в помещение вошли и четверо сыщиков с Настей. Пристройка была невелика. В ней имелась одна комната, обставленная крайне скромно и даже аскетично. А душевая комната с санузлом, которая также тут имелась, была чисто функциональной. Назареям надлежало соблюдать чистоту не только нравственную и моральную, но также и тщательно следить за чистотой физической, личной гигиене придавалось большое значение.
И пока остальные осматривали жилое помещение, стремясь найти следы присутствия в нем хозяина, Кира осмотрела душевую. Тут имелось одно-единственное темно-серое полотенце, на котором зоркий глаз девушки заметил один длинный светлый волос. И пусть даже назареи и не стригли волос, но все равно появление светлого волоса невольно насторожило Киру. Она прекрасно помнила, что у самого отца Захария волосы были темные. У Лешки тоже. Скорей всего, и его брат должен быть темноволосым.
— Интересно, — задумалась Кира.
И выйдя из комнаты, спросила у Леши:
— Скажи, а у тебя есть фотография твоего брата?
— Зачем тебе?
— Просто скажи, есть или нет.
— У мамы, я думаю, есть в семейном архиве.
— Хотелось бы взглянуть на твоего брата.
— Мы с ним очень похожи, хотя он и старше меня на добрых двадцать с лишним лет.
— Значит, волосы у него тоже темные?
— Ну да, даже темней моих. Брат только в последнее время начал седеть, но седины совсем немного, у нас в роду почти никто не седеет.
У отца Захария, несмотря на его преклонный возраст, голова была седой лишь частично. Но если в семье все мужчины темноволосые, то тогда откуда взялся длинный светлый волос на полотенце в душевой? Конечно, вполне возможно, что кто-то из коллег — назареев принимал душ в жилище Виссариона. Но что, если волос был женский? К сожалению, понять, кто из женской половины Зубовки может быть обладательницей данного волоса, Кира не могла. С обнаженными головами в поселке ходили только маленькие девочки. Все девушки старше двенадцати лет и молодые женщины носили на голове плотные платки, полностью прикрывающие их волосы, а также зачастую закрывающие и часть лба до самых бровей.
— Кира, ну что ты там застряла? — послышался голос Леси. — Посмотри, что мы тут нашли.
На узкой кровати поверх тонкого покрывала Кира увидела наряд назарея.
— Он был скомкан и валялся в углу шкафа, — пояснила ей подруга.
В принципе в этом не было ничего странного, так как одежда явно нуждалась в чистке. По подолу она была выпачкана чем-то бурым.
— Вполне возможно, что это кровь, — произнес Лисица. — И заметь, к этому балахону полагается еще пояс с пряжкой. А его тут нет!