Чтение онлайн

Когда нам в очередной раз сказали продолжать идти, я ответил:

– Виски Хоум, дальнейшее продвижение невозможно. Нам нужна немедленная эвакуация. Количество травм увеличивается, и чем дальше, тем всё хуже.

На линии появился другой голос – снова Хокинса – и приказал продолжать движение. Я поглядел на Дока, которым посмотрел на Смита и затем покачал головой.

– Это невозможно, Виски Хоум, нам нужна немедленная эвакуация. Состояние отряда неудовлетворительное для продолжения движения без дальнейших потерь.

– Бакмэн, я приказываю вам продолжать движение!

К этому моменту я уже был на пределе. Я знал, что сливаю свою карьеру в унитаз, но мне нужно было доставить этих парней домой.

– Виски Хоум, это невозможно. А теперь вытащите свои головы из задниц и вышлите Hueys! Если мы и совершим ещё один переход, то это будет переход до ближайшего города, где мы найдём больницу, а также полицейский участок, чтобы сдаться. А теперь сделайте это! Сейчас!

В эфире было около пяти минут тишины, а затем раздался прежний голос.

– Виски Зулу, вы сможете пройти ещё четыре километра на север? Там есть заброшенный аэродром.

Бриско и Янош кивнули, и я дал согласие. Однако, заброшенный аэродром? Здесь? Кто, чёрт возьми, строит аэродромы здесь? Вокруг ничего нету. И как они смогли это узнать? На карте ничего не было. Кто мог знать об этом? МинОбр? САД? АКН? Ещё какое-то учреждение на три буквы?

– Можем, Виски Хоум. Четыре километра на север. Мы сможем дойти туда к 23.00, и выйдем на связь, когда будем там.

– Виски Зулу, это Виски Хоум. Конец связи.

Я решил не ждать. Выслав вперёд троих разведчиков, чтобы найти этот разброшенный аэродром, я отправил за ними следом ещё несколько парней, сказав держаться на расстоянии, а затем вышли и остальные. Двигались мы медленно, но при дневном свете хотя бы не падали и не ломали себе новые кости. Прибыв туда чуть раньше 18.00, мы обнаружили нашу следующую проблему.

Аэродром не был заброшенным. Разведчики доложили, что там стоит древний плоскобокий грузовичок, в который загружено с полдесятка бочек. Если бы я позвонил домой и сказал, что у нас гости, эвакуацию бы отменили. Я собрал в кружок всех боеспособных солдат.

– Нам нужен этот аэропорт. Он, похоже, используется нарколыгами или кем-то ещё. Нам нужно захватить это место, но не показывая, что мы американцы. Говорить только по-испански. Если вы не говорите по-испански, молчите. Берите пленников. Никого не убивайте. Вы здесь – хорошие парни. Всё понятно?

Количество ухмылок сказало мне, что рота Чарли ещё готова постоять за себя. Им так надоело красться на север и болеть, что нападение на аэродром с наркобарыгами виделось им удовольствием. Мы подкрались к краю аэродрома и дождались темноты, чтобы получить прикрытие.

Длина взлётной полосы была где-то пару тысяч метров, гравий, заросший травой. Кто бы здесь не летал – он был не очень большим. Здесь же стояло несколько ветхих зданий, одно из которых выглядело как пустой ангар. В другом горел свет. Мы могли услышать, как где-то в ангаре работает генератор. Грузовичок стоял возле освещённого здания. Бочки, сложенные, стояли вместе с другими сбоку. Безопасность казалась несущественной, но кто-то же включил этот свет – должно быть, водитель грузовика.

Как только достаточно стемнело, я приказал Бриско и ещё паре парней идти направо, а Яношу и другой паре – налево. Ещё одну группу я послал вперёд, к бочкам, и сам похромал за ними. Я не мог ползти очень хорошо, но бочки прикрывали нас. Постучав по одной из бочек, я повернул пробку.

– Что такое, сэр? – спросил рядовой Гильермо.

Я принюхался. Это был какой-то нефтепродукт, керосин или дизельное топливо, или чтото такое.

– Здесь керосин или дизель. Пошли отсюда! – я не хотел прятаться на складе топлива, если найдётся перестрелка!

Жестом я отправил своих людей к освещённому зданию. Мы остановились у грузовика без крыши. Сержант Бриско и его маленькая группка были уже там.

– Всё чисто, сэр. Внутри трое мужчин. Вокруг больше никого. В ангаре самолёт. Янош стоит с другой стороны, – прошептал он.

– Что они делают? Они вооружены?

– Да, сэр. АК, но чего-то ещё я не видел. Они пьют, а по крайней мере один из них курит, и я не думаю, что это табак.

– Наркота!

– Скорее всего, капитан.

Я лишь кивнул. Это было одновременно и плохо, и хорошо. Накроши, дилеры или охрана, скорее всего, имели весьма убогие навыки и дисциплину. А плохим было то, что если они напьются и накурятся, то могут решить взорвать это место нахер.

– Давайте выкурим их оттуда. Выключите генератор. Это должно взбудоражить их головёнки, – сказал я.

Бриско улыбнулся и кивнул. Он указал на двоих парней и приказал им идти в ангар. Через две минуты гул прекратился, и свет в лачуге погас.

Изнутри немедленно раздались проклятия, и мгновение спустя дверь распахнулась и один из мужчин выскочил наружу. Лунного света было достаточно, чтобы найти вход в ангар – где его уже ждали парни, что вырубили генератор. Гильермо стоял рядом со мной и бегло переводил разговоры, доносившиеся из хижины. В основном всё сводилось к тому, какой же тупица Моралес, и что он там так долго трахается с генератором. Вспыхнул ещё один свет – от фонаря, и второй мужчина выскочил наружу и направился к ангару.

Внутри оставался один. Мы поглядели на ангар, и спустя ещё минуту свет погас. Двое есть, один остался. Последний парень уже начинал гадать, что случилось, и нервничать. Нервные люди делают тупые вещи. У нас не было световых гранат, чтобы оглушить или дезориентировать его. Я приказал Гильермо метнуть осколочную гранату в стену с той стороны, а мы поглядим, не выбежит ни кто-нибудь.

Гильермо кивнул и выдвинулся, а Бриско и пара рядовых скользнули по обе стороны от двери. Когда граната взорвалась, хижина затряслась, будто от землетрясения, и стёкла, взорвавшись, вылетели наружу. Из дверей вылетели двое мужчин. Один был тут же схвачен Бриско, но другой сопротивлялся – и получил по затулку прикладом М-16 и тут же рухнул на землю. Его проблемы!

– Двое, сержант? – прошептал я Бриско.

Он приблизил губы к моему уху.

– Простите за это, сэр. Должно быть, он спал, и мы пропустили его.

Я дал ему отмашку. Это было неважно. Мы захватили или убили всех, аэродром был в наших руках, и никто не знал, что это сделали американцы.

Ну, пока лейтенант Бриско не вскочил и громко не спросил:

– Ну, что теперь, сэр?

Раненный наркобарыга поднял голову и сказал:

– Американос!

– Вы не слишком блюдёте секретность, лейтенант. Разве вас не было, когда я говорил о необходимости говорить только по-испански? – спросил я его.