Чтение онлайн

Проснулся я пару часов спустя, когда дверь в кабинет открылась и доктор вернулся. Я растряс Мэрилин, и мы оба сели на столе. По лицу Мэрилин было видно, что она плакала. Я просто обнял её здоровой рукой и сказал:

– Всё будет в порядке. Просто подожди, и увидишь.

Моя левая рука начала саднить. Беллинджер не помог этому, когда сдёрнул наложенный им же раньше бинт. Рана снова начала кровоточить, и он внимательно осмотрел её, а затем принялся открывать шкафы и ящики, готовясь к наложению швов. К счастью, он вытащил иглу для подкожных инъекций, а то я подозревал, что будет больно. В некоторых виденных мной местах это в лучшем случае вариант.

– Не слишком глубокая и достаточно чистая, так что мы просто почистим рану и наложим шесть швов. Как звучит?

– Вполне нормально, док. А затем я смогу уйти? – с надеждой спросил я.

Он фыркнул и с улыбкой глянул на копа. Ну, стоило попытаться.

– А теперь может слегка пощипать, – и следующее, что я осознал – это как он выдавил что-то мне на руку и немного втёр.

Слегка? Пощипать? Мне показалось. Что моя рука оторвана! Кровь снова начала течь, и я заподозрил, что Беллинджер отыгрывается на мне за то, что поднял его среди ночи.

Я выругался себе под нос.

– Док, если это вы зовёте «слегка пощипать», я не хочу быть рядом, когда вы скажете про что-то, что будет по-настоящему больно!

– Это хорошо очистит рану. Мы дадим ему немного впитаться, а затем начнём накладывать швы, – он снова протёр поверхность и нанёс ещё немного бетадина.

Затем он наполнил шприц новокаином или чем-то ещё и начал обкалывать вокруг раны. Я ничего не чувствовал, и это было хорошо.

Я поглядел на Мэрилин.

– А куда делся старый добрый морфин?

– Позже, – заметил доктор. – Затем я дам вам что-нибудь от боли, – он открыл пластиковую упаковку и достал кривую иглу со вдетой ниткой. – А теперь не жалуйтесь, или я сделаю некрасивый шрам.

Я отвернулся. Я нормально переношу кровь, но всё же вздрагиваю от её вида. Я не мог видеть, что он делает, но глаза Мэрилин расширились. Я ухмыльнулся ей:

– Я думал, девушки текут от шрамов.

– Это не смешно!

Никакой боли я не ощущал, но стягивание плоти при сшивании смущало. Примерно на середине раздался стук в дверь, и охранник открыл её. Вошёл тощий человек в полицейской форме, и по тому, как глянул на него охранник, я понял, что это важная шишка. Доктор Беллинджер остановился и поглядел на него.

– Не останавливайтесь из-за меня, – сказал вошедший.

У него был багамский акцент, но он использовал королевский английский, а не местный диалект. Как и доктор, подумал я.

– И не собирался. Он будет ваш через пару минут.

– Отлично, это устроит. Это даст нам возможность познакомиться, – он подошёл поближе ко мне и поглядел, что делает доктор, а затем повернул ко мне лицо. – Я – помощник суперинтенданта Хсавьер.

– Привет. Я бы пожал вам руку, но сейчас я немного занят. Или вы застегнёте наручники, как только я смогу поднять руки? – спросил я.

– Почему бы нам не поговорить об этом, мистер Бакмэн?

Я с любопытством приподнял бровь.

– Вы знаете моё имя, пока ещё никто меня ни о чём не спрашивал.

– Я и в самом деле знаю. Мистер Карл Бакмэн, из Кокейсвилля, Мэриленд, – он сунул руку в карман и вытащил то, что было похоже на пару водительских лицензий. – И миссис Мэрилин Бакмэн, также из Кокейсвилля, Мэрилен. Муж и жена, полагаю.

– Откуда вы взяли мои права?! – я сунул правую руку в карман штанов, но он был пуст. Мой кошелёк пропал!

Помощник суперинтенданта Хавьер улыбнулся и кивнул.

– Да, мы нашли ваш кошелёк, а также сумочку вашей жены. По этой причине вы и напали на тех людей?

Мне следовало быть очень осторожным. Это был умный человек, и я легко мог договориться до больших неприятностей. Дома, в Штатах, я просто замолчал бы на этот моменте и потребовал бы адвоката. Но здесь всё было иначе. Это были не Соединённые Штаты, у меня больше не было конституционных прав, и я мог никогда не увидеть адвоката. Я не боялся; Багамы были цивилизованным местом и имели британскую общую правовую систему, но лучше мне всё же было следить за языком и не шутить.

– Я не нападал на них, помощник суперинтенданта. Думаю, вас дезинформировали.

– Тогда, может, вы расскажете мне, что произошло?

Я помолчал секунду, чтобы собраться с мыслями, просто кивнув, что понимаю. К счастью, именно в этот момент доктор Беллинджер приостановился и заметил:

– Ну, если вы не нападали на них, я бы не хотел видеть, что было бы, если б вы решили.

– Спасибо, доктор! – сказал Хавьер, обозлённый, но нас прервали.

Я держал рот на замке. Лучше пусть он злится на доктора, чем на меня. Когда доктор не ответил, он повернулся ко мне.

– Так что вы говорили?

– Я говорил, что ни на кого не нападал, – и я прямо пересказал ему события этого вечера, начиная с момента, как я встал и пошёл в уборную и, заканчивая тем, где меня скрутил бармен. Когда я закончил, доктор уже тоже закончил со мной, но он прислонился к стене, слушая и не собираясь уходить.

– Итак, вы говорите мне, что на вас напали трое вооружённых мужчин, и всё, чем вы отделались – это порез на руке, а они все трое попали в больницу? – спросил он.

На провокационные вопросы всегда нужно отвечать другим вопросом.

– А вы говорите, что я решил напасть на троих вооружённых мужчин?

Он тоже не ответил; он был опасным игроком в покер. Затем он сменил тему:

– Что это у вас на шее?

Я в жизни бы не понял, о чём он. Через пару секунд я сообразил, что Хавьер имеет в виду.

– Мои жетоны? Эти? – я всё ещё носил их, и понимал, что, должно быть, буду носить всегда.

В прошлой жизни я носил своё армейское удостоверение в бумажнике, сразу за картой социального страхования.

– Вы солдат?

– Был. Я ушёл из Армии в январе, – сказал я ему.

– Почему?

Полагал ли он сейчас, что я был безумным солдатом, убивающим без причины? Я потянулся вниз и закатал штанину на больной ноге, обнажая швы на колене.

– Я слишком много прыгал.

– Прыгал? – озадаченно спросил он.

Мэрилин сердито уставилась на него.

– Мой муж был офицером 82 Воздушной Дивизии, и его наградили за храбрость! Почему вы угрожаете ему, как преступнику? Те люди украли мою сумочку, и множество других, а он остановил их! Почему вы арестовали его? Вы должны были арестовать их! Отпустите нас!