С чистого листа 1
Шрифт:
Но не то чтобы я собирался жить как монах. Во вторник, после школы, я встречался с одним знакомым парнем, из вокального кружка, что выглядел так, будто ему в самую пору грабить ликерные, а не покупать в них. На самом же деле, он был милым парнем, что любил ездить и чинить мотоциклы. В итоге, он купил франшизу у Харли-Дэвидсон и чувствовал себя довольно неплохо. Джеймс Таск был в десятом классе, как и я, но его оставляли на год и выглядел он куда старше своих лет. Я отправил его в магазин со списком покупок и пятидесятью баксами. Он вернулся к школе и мы перенесли это добро в мой багажник, оставил ему сдачу и пак пива.
Я сделал вид, будто готовлюсь к вечеринке.
Я занес алкоголь, прикрытый старым одеялом, в квартиру, а затем налил себе шот Black Velvet. Давно же я не пил! Было неплохо. Я сделал себе 7&7, и занялся делами по дому. Самой главной проблемой холостяцкой жизни было то, что приготовив что-нибудь вкусное – всегда оставались объедки. Все мои рецепты были рассчитаны на семью.
Я знал наверняка, что расскажу обо всем только одному человеку и переживал я по этому поводу соответственно. Это – Джина. Я знал, что она никому не расскажет, но ей всё это могло и не понравиться. Её родителям уж точно! Встречаться – это одно, когда единственное место, где вы можете побыть наедине с девушкой – заднее сиденье машины зимой. Парень со своей квартирой это уже другое дело!
Но это неминуемо. В понедельник после Благодарения, тот день, когда я съехал, Джина сказала, что сможет прийти ко мне на ужин в следующие выходные. Это было после того, как я пригласил на её Благодарение, куда она не смогла попасть. Я уклонился и сказал, что спрошу у мамы, а затем еще раз, через неделю, соврал, что к нам приезжают гости из другого города и может получиться позже. Она просто понимающе кивнула. В следующий понедельник она снова спросила.
В какой-то момент придется сказать ей правду. Мы встречались уже три или четыре недели к тому моменту, и Джина согласилась пойти со мной на рождественские танцы. Я спросил, хочет ли она увидеть где я живу, её глаза загорелись, и я помог занести её книги в машину.
Когда мы приехали, то припарковались и еще какое-то время сидели внутри.
Джина не узнала район и не понимала, почему мы приехали, но еще не выходим. Я повернулся к ней и сказал.
– Джина, это очень личное и болезненное. Я должен тебя попросить об этом никому не говорить. Никому. Ни друзьям, ни родителям, и я ничего не расскажу пока ты на это не согласишься.
– Я не понимаю, – потерянно сказала она.
– Знаю, но прошу довериться. Ты мне веришь?
Она слегка кивнула.
– Да.
Я кивнул в ответ и через лобовое стекло я указал ей на дом.
– Там живут мои родители. Я вырос в этом доме, но неделю назад выехал. Теперь у меня своя квартира. Я живу один.
– Я не понимаю! В смысле выехал? Ты не живешь дома? Тебе ведь всего шестнадцать!
Я глубоко вдохнул.
– Мне всего шестнадцать. Мой брат… я рассказывал тебе какая он заноза? – она согласно кивнула, – Брат, он не просто заноза. У него проблемы и он опасен, по крайней мере по отношению ко мне. Я съехал ради собственной безопасности. Договорился с родителями о съеме квартиры в городе. Это случилось неделю назад.
Джина выглядела потрясенной.
– А ты не мог сходить к копам? По поводу брата.
Я пожал плечами и ухмыльнулся.
– Всё не так просто, – я завел мотор, – Поехали, покажу тебе где живу сейчас.
Мы снова проехали мимо школы, и я припарковался на своё место в гараже.
– Я живу вверху.
– Можно посмотреть?
– Конечно, только не говори родителям. Они не будут рады это услышать.
Я не думаю, что она верила мне до того момента, как я впустил её в квартиру. Я строил из себя гостеприимного хозяина, сняв её пальто и усадив в кресло в гостиной.
– Налить тебе чего-нибудь?
Джина улыбнулась.
– А что есть?
– Хороший вопрос, – я открыл холодильник и начал перечислять, – Немного колы, апельсиновый сок… пара бутылок пива… Не думаю, что родители будут рады, когда ты явишься домой благоухая, как пивоварня.
– У тебя есть пиво? – спросила она, шокировано.
– И кое-что покрепче, если тебе интересно. Но твои родители нас обоих пошлют в тюрьму, если узнают, так что не говори им, – ответил я и вытащил Колу, – Хочешь? Скажи, что любишь и в следующий раз я это достану для тебя.
Она кивнула и я налил Кока Колу со льдом. Я принес ей напиток и сел на диван напротив.
– Ты не этого ожидала, верно?
Джина отпила Колу и подошла ко мне на диван.
– Поговори со мной, расскажи, что случилось.
– Ох, Иисусе… что случилось, спрашиваешь? Ладно, сама попросила, не говори что не предупреждал, – я откинулся на диване и Джина прижалась ко мне и посмотрела на меня своими большими карими глазами. Я рассказал ей почти всё, кроме той части, где Хэмильтон бросает презервативы на стол. Я не думал, что такую тему стоит поднимать перед девственницей, которую я собирался соблазнить.
Она под конец совсем перестала говорить и мне стал интересно уснула ли она, но девушку приподнялася и поцеловала меня.
– Мне очень жаль, я могу как-то помочь?
Ох, Джина, если бы ты только знала.
– Ты помогаешь просто тем, что находишься рядом. Это всё, что мне нужно.
– Так к чему вся секретность? – спросила она.
– Что, по-твоему, произойдет когда все в этом мире узнают, что я живу сам по себе? Разрешат ли тебе родители ко мне ходить? Половина школы будет делать всё, чтобы тусить у меня всё время? Можешь придумать хоть один позитивный исход?
– Ты правда думаешь, что так оно всё и будет?
– Ох, солнце, ты и не представляешь! Это создаст столько проблем! Да и родители вряд ли согласятся.
Она улыбнулась, – Ну, вероятно, так оно и будет..
– Вероятно? Думаешь есть какой-то шанс, что твой отец разрешит оставаться у меня, делать пошлости на диване в полном одиночестве? – я потянулся, чтобы поцеловать её.
Джина слегка застонала и залезла на меня повыше, да так, что мой член замер. Теперь моя очередь стонать.
– Насколько пошлые?
– Всем пошлым-пошлые… – я крепко сжал её и мы начали целоваться на диване. Если я буду жить один, то лучше бы рядом иметь такую фигуристую даму. Я не спускал на неё всех псов, ограничиваясь касаниями к попке и спине. Оказалось, что она носит поддерживающий лифчик с задней застежкой… но, эй, у Джины серьезные груди. Ей нужен хороший лифчик.
Мы целовались с языком, стонами и всхлипами около часа, а затем я перекатился и глубоко вздохнул, оказавшись на полу.