Чтение онлайн

В ушах звенело, в висках стучало, но Жека был счастлив. В первое же дежурство сбил вражину! Теперь и сам, как Ильяс, будет детям на даче рассказывать. А те будут хвалиться перед соседними, что не только папка у них герой, но и дядя Женя…

Двинул дальше, к старшему, уже уверенной походкой бывалого охотника за дронами. На чем и погорел, засмотрелся как зенитки красиво поливают ночное небо трассерами, ещё и слух в норму не пришел и вылетевший справа дрон заметил поздно. Вроде и в пределах досягаемости прожужжал, и упреждение взял, но лишь сжег зря магазин. Заскрипел от досады зубами, пожелал на прощание, чтоб тот под зенитчиков попал и уже медленней зашагал, понимая, что лоханулся. Эйфория утихла, зато заболела голова и стало подташнивать, стало быть — не прошел бесследно подрыв боевой части дрона рядом. Достал оставшиеся пять патронов, набил пустой магазин, поняв, что рановато в себя поверил — сорвался на обход без рюкзачка, в котором оставалась выданная пачка патронов, хлеб с яйцами и термос с чаем…

Галям, выслушав сбивчивый доклад Жеки, больше похожий на пересказ подростком недавней драки: «А я ему! А он как мне!» — остался доволен. Перебил:

— Отставить! Вольно! Чего губы облизываешь, пить хочешь? — снял с плеча свой рюкзачок, налил чаю, и вдобавок протянул пластиковую литрушку с водой. — Оставь себе, растерялся, потерял или забыл вещмешок? Не парься, для первого раза молодцом держишься, в следующий раз не забудешь. Это только умные на своих ошибках учатся, а мы пехота…

Ободрил, в общем. Информацию о том, что Кузьмич обещал спроворить поесть — принял благосклонно. Жеке наказал патрулировать пока здесь, есть будут из-за обстановки по очереди, сменят его, не забудут.

— А вот Шама у нас сегодня не поспит, если так дальше продолжится… — Галям глянул в небо, напутствовал: — Держись давай, если устал и мотает, не шароебься, сядь где-нибудь на поляне. Ааа, ты и поджопник не взял, бери мой пока. Эх, Жека, тебя бы в учебку к нам в Елань, на пару недель…

Вопреки опасениям — до утра время прошло спокойней. Два раза были налеты прорвавшихся дронов, Жека даже ещё один магазин сжег. Понимал, что не достает, но не удержался — отстрелял. Да после встречи с Галямом и его вроде бы шутливых слов про учебку вспомнил, что забыл наставления про стрелянные гильзы. Где отсрелялся, там и оставил, даже не вспомнив, что собрать надо. Так что когда таким же макаром, меняясь рубежами с товарищами, двигался обратно в сторону заимки — с фонариком отыскал места боевой и не очень славы. Подсвечивая фонариком, ползая на коленях по траве, мокрой от выпавшей под утро росе, собрал таки все.

Поесть удалось только к шести утра, но горячее — Кузьмич расстарался. Он умудрился второй раз отличиться ночью, сбив второй дрон, который не сдетонировал, рухнув в лес на склоне. Место с тропы отметили на дереве, затёсом, кузьмич ткнул пальцем, где дрон свалился, Галям вбил в своем мобильнике на оффлайн карте метку. Теперь Кузьмич всем подогревал их порции, щепками и мусором растапливая уличную печь и рассказывая, как он, в последний момент, уже не веря, что достанет…

Даже Шаме на уши присел, который всё-таки поспал немного, с утра второй раз перекусил, уже в занимавшихся серых сумраках, слушая и не слыша Кузьмича, пытаясь проснуться. Тут и Галям подошел, объявил:

— Полвосьмого, тишина, снимаемся и домой! Стволы в чехлы, дома обязательно чистить, проверю!

Пока спускались — выкатилось солнце, пригрело, что было кстати. Город выстоял, защитили, ничего не горело и не дымило, молчала сирена. А вот Миассу повезло меньше, с той стороны в небо поднимался даже различимый отсюда столб черного и жирного дыма. Жека задрог немного, даже перчатки не снимал, подумав, что в следующий раз теплее стоит одеваться. Под утро, перед тем, как поесть — закинулся таблеткой ибупрофена, вроде полегчало. А так — смену достойно отстоял, держался ещё, но его состояние четко охарактеризовал Ильяс, спросивший с заботой:

— Чо, Жека, сильно заебался?

Вышли из леса, тут уже солнце вовсю, только смены не видно. Галям достал телефон, потыкался и с недоумением спросил:

— Что за?! Мужики, проверьте, сеть у вас есть или у меня дебельник глючит? И где эти проебы опять, уже на месте должны быть!

Все достали гаджеты, проверили и дружно доложили, что всё верно — никаких признаков сети не наблюдается.

— Может опять в профилактических целях отключили, из-за налёта? — предположил Кузьмич. — А может вышку или даже ретранслятор зацепило ночью, вон как летело, словно третья мировая началась…

— Сплюнь! — Зло рявкнул нервничавший Галям, то пинавший колесо своей машины, то круги нарезавший, периодически сквозь зубы обещая разбить ебало тем дятлам, которые за временем не следят.

Только в начале десятого показалась машина, при виде которой Галям обрадовался, лицо его приняло мечтательное выражение и он почти с нежностью пообещал:

— Сейчас, сейчас я вам вставлю… — Не успели открыться двери в машине подъехавших сменщиков, как он рявкнул: — Вы чего, совсем нюх потеряли? Десятый час уже!!!

— Тих, тих Галям, — выставил руки вперед выбиравшийся из машины теровец, — новые вводные, пиздец у нас, ну сейчас сам узнаешь, может не отдыхать вам придется, а кинут героически превозмогать и преодолевать…

— Че за… — уже в который раз за утро повторил старший, но агрессию убавил: — Докладывай!

— Да толком ничего не знаем, только что на поверке объявили. Прикинь, да, Галям, все смены задержали, поверку устроили. Карась прикатил, речугу задвинул. Если убрать про родина в опасности и не пропустим, то вкратце: в Калиниграде заваруха, НАТа то ли провокацию устроила, то ли реально в атаку пошли. Карась сам не знает, только то, что доложили. Сказал, что бои идут и обстановка тяжелая…

— Ага, — смекнул Галям, — вот и наш ночной налет объясняется, с нескольких сторон, суки, внимание раздергивают…

— Да НАТО это так, Галям, ты только не нервничай… Чурки взбунтовались, по всей стране, если Карась не свистит. В Москве и Питере точно уличные беспорядки и вплоть до диверсий масштабных, у нас в Челябе и Катенбурге тоже весело. Сказал, что армейские части стягивают…

— А Карась черному бошку прострелил, прямо там же, — добавил второй из приехавших, — жирному такому, недавно у нас, как их щемить стали с разрешением на оружие, записался в теру. Он после поверки попер буром к свое машине, всех расталкивая. Его старший ему типа куда, тот: «Я того рот ебал, мне домой надо!» Ствол сдернул и наставил на пацанов, сам в машину пятится, Карась без разговоров ему в голову с десяти метров влупил, тот на асфальт, ногами дергает, руками скребёт… А наш подпол ствол в кобуру и спрашивает так ласково: «Ещё кому-то домой надо?» И тех, кто на трассе дежурит, предупредил, чтоб с нерусскими вату не катали, можно валить если борзеть начнут или подозрение вызовут. По ходу, серьёзно всё…

Старший, вопреки совету не нервничать — побелел, стал рвать ворот куртки. Один из приехавших бегом притащил бутылку с водой и уговаривал Галяма попить. А тот таким матом отборным разразился безадресно, что Жека растерялся, спросил у притихшего Ильяса:

— Чо он так?

— Сестра младшая в Москве учится, то ли на последнем, то ли на предпоследнем курсе…

Галям, выплеснув эмоции, глотнул воды, умылся и зло бросил:

— В машину!