Чтение онлайн

Анька крутила губами и тоже, прятала глаза.

– Ну, что?.. Какое слово на ум приходит? – не отставала Катя.

Андрей вздохнул с улыбкой, поняв, что от него не отступятся, и надо спасать Аню, выпалил, что пришло в голову.

– Сумасшедший!.. – сказал громко.

Грохнули смехом. Все разом. Даже Анька, закрыв лицо ладонями, вздрагивала от смеха.

– И всё?! – хохотала Катя, перекрикивая общий смех. – Этого мало! Может... Поласковей что-нибудь вспомнишь? Неужели не говорила? – звенел в шуме её голос.

Мамы тоже переглядывались с улыбкой. Тамара не в шутку, переживала за дочку. Всё время, считая её болтушкой. Задело за живое.

– Ну, видно придётся Ане выручать... – махнула Катя рукой, - сейчас, красивые слова говорить!..

– Говорила... – вдруг вставил смущённо Андрей, взглянув на Аньку.

– Что!? – замерла Катька, распахнув глаза.

– Миленький... говорила... – неловко выдавил он.

Анька выдохнула шумно, покрывшись румянцем.

Всё! – крикнула Катя, - отдайте ему стул!

Гости зашумели. Подставили стул. Надавили Андрею на плечо.

– Теперь Аня! – Вспоминай! – снова заговорила Катя, перебивая голоса.

Анька вздохнула, расширив глаза, подбирая слова.

– Да где там... – улыбалась Людмила Борисовна, - придётся Анютка, до ночи тебе тут стоять!..

Снова засмеялись гости, предвкушая очередное испытание. Но тут Анька удивила. Вернее не она.

– Когда мы сидели у костра однажды... – начала она негромко.

Все утихли враз, обернувшись к ней. Аня смотрела отрешёнными глазами вдаль. На лице появились пятна красные. И побледнела чуть.

– Я уснула. Тогда ещё домика не было. Палатка стояла... Потом, Андрей разбудил меня и говорит... Говорит... – Аня замолчала, глотнув с трудом, - я запомнила... Это... – опять остановилась она.

Андрей с изумлением поднял на неё глаза.

– Он сказал, что когда я спала, у него на руках, он сказал, что ему казалось, что он держит на руках целый мир... – с трудом закончила она, гладя поверх голов, куда-то к горизонту. А у самой дрогнул нервно подбородок.

Неожиданно повисла тишина. Никто не мог сказать ни слова. Только застыли лица, как на фотографии. Разные лица, разные выражения. Только все молчали, вникая в суть. Потом зашевелились, будто опомнившись.

– Чудно... – сказал Антон первым.

– Поэт просто...

– Да... – протянул кто-то.

– Вот, ведь...

– Ну, Андрей, это...

– Это любовь! – громко обобщил Антон.

Зашумели одобрительно.

– Стул ему!

– Да не ему, Ане! Да! А ему трон!.. За такие слова!

Сразу пихнули стул Ане. Она села, мигая ресницами. Андрей наклонился к ней и поцеловал в губы. Вот тут снова шум поднялся.

– А можно мне теперь... – привстал Антон. – Я тоже, про любовь... Тут письмо пришло по электронной почте. Письмо - Кате. Ещё два дня назад. Ты извини, Катюш! Я поберёг, для такого случая... Ты прочитай сейчас, а если позволишь, я озвучу, ладно? Вот... Я отпечатал... – протянул он через стол письмо, чтобы передали.

– Из Франции письмо, из Монпелье... – добавил он безстрастнно.

У Бранта сразу вытянулось лицо. Аллка тут же взглянула на него, затем на Антона и на Катю. Катя же, быстро взяв листок в руки, забегала глазами по строчкам. Все повернули к ней головы, следя за выражением её лица. Разгорячённая от свадебной игры, она дышала часто и брови-стрелы взлетели над глазами. Чуть дрогнули в улыбке губы. Глаза же, живо впитывали слова, написанные по-русски.

Сообщение было коротенькое, и Катя пробежала глазами по строкам бумажку опустила, и заглянув в глаза Кириллу, сказала Антону с улыбкой.

– Спасибо.

– Катя, это, наверное, тебе спасибо сказать надо, - усмехнулся он, - ты у нас чудотворец...

– Да нет... – смутилась она, опустив голову.

– Так что Кать, прочесть? Тут и про любовь и про Францию. Как раз, и про нас всех... А?

– Я не знаю... – пожала она плечом, просияв улыбкой.

Села сразу.

– Тогда давай, давай сюда! – протянул Антон руку, смешно дурачась.

Но взял бумажку, обвёл всех проникновенным, серьёзным взглядом.

– На наш адрес, с припиской «для Катрин». – Смотрел он на листок. – «Здравствуй Катрин! Теперь я часто вспоминаю тебя. Вашу деревню, и всех кого видела. Только всё не чётко получается. Тогда я много волновалась. Плохо помню. Спасибо Катя. Теперь я поняла, что ты мне говорила по-немецки. Тогда не поняла. Спасибо ты помогла. Я встретила это! Это любовь. Я хочу снова приехать в Россию. К вам. Только теперь не одна. Приветствие моему очень хорошему другу и его девушке! Луиза Д. М.»

Антон оторвал глаза и окинув гостей взглядом, сделал короткий поклон в сторону Бранта и Аллы. Улыбнулся чуть. У Аллки затрепетали ресницы. Брант, кажется, всё ещё внимал услышанному, не отводя от Антона глаз.

– Простите, что не по теме немножко... Но!.. Не удержался! Важно очень, когда люди любовь находят! – кивнул он, как бы сам себе, - правильно я говорю, Андрей?

Андрей кивнул молча сначала. Потом прибавил коротко:

– Да.

Анька, закинув голову на Антона, хлопала ресницами и видимо, мечтала о чём-то. Детская улыбка шевелила губы, зрачки блуждали среди неба. Слова доносились издалека, лишь вскользь касались сознания и растворялись по поляне. Венок съехал чуть на бок, плечи опустились устало, подчёркивая длинную, изогнутую шею.

Гости, что-то говорили, негромко смеялись. Этот весёлый шум, как цветки в венке незримо переплетался с её воздушными, неясными мыслями. Вечерний ветерок студил жар на щеках, приятно пробирался сквозь лёгкое платье внутрь. Она, кажется, слегка привалилась к Андрею, вдруг ощутив тепло его плеча. Что-то опустилось сверху невидимое, похожее на сон или на недосягаемую явь. И закачало, как на волнах. Чувства были ясны, почти осязаемы, приобретали цвета и формы, вырастали в воображении и менялись, бесследно исчезая и вырастая из ничего.

– Аня!..

– Ань... – шепнул рядом Андрей, слегка качнув плечом её размякшее тело.

Касанье его руки вернуло резкость изображению. Она услышала звуки вокруг, мир приобрёл плоть.

– Ань... – шепнул он снова.

– М?.. – вздохнула глубоко она.

За столами – лёгкий смех.

– Невеста-то, уснула у нас!..

– Любовь укачала!

– Аня, - смеялся Антон, - сгоняйте-ка за тортиком! Хочется успеть чайку попить!.. Да и по домам... Любовь не ждёт!.. – повернулся он со смехом к гостям.

– Ань, поехали, - с улыбкой заглядывал Андрей в глаза.

Анька обвела гостей томным взглядом, поднялась устало. Улыбаясь, сняла с себя венок, одела Андрею на голову.

– На... Поноси!.. – улыбалась довольно, не до конца ещё очнувшись от забытья.

Стало темнеть. Свет насыщался красными тонами и перемещался на запад, за густеющий ельник. Над головой заволакивало лиловыми сумерками. Отражая свет, задрожали на востоке первые звёзды. Всё больше и больше искрящихся точек появлялось на небе. Засветились окна жёлтыми квадратиками. Тишина, незримой вуалью, затягивала усыпающую деревню. Время замедлило свой шаг и тоже, переводило дух. Угасали, бледнели краски заката. Красноватые тона остывали и перетекали в зеленоватые и нехотя будто, тихо ползли к востоку за краем земли.