Чтение онлайн

– А ты куришь?

– Нет, – ответила Лена.

– Очень хорошо! – вдруг сказал он. – Терпеть не могу курящих женщин. Хорошо, что моя жена не курит!

У Лены похолодела спина.

– Так ты женат? – как можно спокойнее, безразличным тоном поинтересовалась она, но сердце екнуло и провалилось куда-то вниз.

– Пока нет! – он улыбнулся. – Я имею в виду свою будущую жену.

Лена от удивления широко распахнула глаза.

– Ну что ты так смотришь! – засмеялся Валентин. – Я имею в виду тебя, Ленка! – тихо проговорил он. – Пойдем лучше на палубу целоваться, а потом ко мне. Я соскучился уже ужасно! Я тебя очень-очень хочу! – заговорщически прошептал он. – Пойдем?

Они вышли на верхнюю палубу. От свежего морского ветра Лена вздрогнула. Кожа сразу покрылась мурашками. Валентин заметил. Он обнял ее двумя руками и прижал к себе.

– Замерзла? – заботливо спросил он.

– Немного, – Лена почувствовала запах хорошего французского одеколона и дорогих сигарет. Она мысленно улыбнулась. Как говорит мама, пахнет хорошим мужчиной.

Он поцеловал ее в шею и зарылся лицом в ее волосы, с удовольствием вдыхая ее запах.

– Рассказывай! – приказал он.

– Что? – удивилась Лена.

– Все про себя рассказывай, – он помолчал. – Про родителей, про маму, папу, как училась, как влюблялась, была ли замужем? Все-все! Я хочу знать о тебе все!

– С чего начать? С родителей? – она вопросительно посмотрела на него.

Он кивнул.

– Мои родители очень любили друг друга, – Лена улыбнулась. Ей очень приятно это вспоминать. – Папа был ученый, конструировал самолеты. Мама у меня переводчица. Они были такие славные, никогда не ссорились. Все время смеялись. А если и ссорились, то не всерьез, так, не ссорились, а спорили. Папа всегда говорил, что в споре рождается истина. Мне даже иногда казалось, что я лишняя, им кроме друг друга никто был не нужен, – она вздохнула. – А потом папа умер. Онкология. Мне было тогда тринадцать лет. Мама до сих пор его любит. Уже прошло восемь лет, она говорит о нем, как о живом. Потом, я окончила университет, факультет журналистики. Там влюбилась в Вадима и вышла замуж, – Лена замолчала. – Все!

Валентин крепче прижал ее к себе, и Лена почувствовала, как он напрягся.

– И что? Развелась? – вдруг спросил он.

– Почему ты так думаешь? Может быть, я замужем и изменяю своему мужу с тобой? – она слегка улыбнулась.

– Нет! Не может быть! – он задумчиво поцеловал ее. – Ты не такая! Ты настоящая!

– Да! – Лена тяжело вздохнула. – Ты прав. Я действительно развелась, между прочим, неделю назад.

– Почему? Разлюбила? – Валентин пристально смотрел на нее. – Или муж изменял?

Лена задумалась.

– Ты знаешь, и муж изменял, и разлюбила! Не за что было его любить! – вдруг с горечью сказала она. – Понимаешь?

– А разве любят за что-то, а не вопреки? – черные глаза серьезно смотрели ей в глаза.

– Любят, конечно, не за что-то, а вопреки, – задумчиво проговорила Лена. – Я очень долго так любила. Но когда вдруг, в какой-то момент, поняла, что любить-то его совсем не за что – этот человек стал мне противен. Вот так! – Лена многозначительно посмотрела на него.

Валентин задумчиво целовал ее шею, волосы, взял губами мочку ее уха с маленькой сережкой.

– А меня ты за что полюбила? – неожиданно спросил он.

– Ты уверен, что я тебя полюбила? – растерялась Лена и густо покраснела. Как он понял, что она полюбила его? Ведь действительно полюбила – сразу, неожиданно и очень сильно!

– Да, – совершенно серьезно ответил Валентин, – уверен!

– Как ты догадался? – она смутилась, пытаясь отвернуться. Но он не дал ей это сделать, крепко взял ее за подбородок.

– Нужно быть идиотом, чтобы не понять этого, – проговорил он, целую уголки ее губ.

Лена внимательно посмотрела на него.

– За то, что ты такой, какой ты есть! Как хочешь, так и понимай! – тихо проговорила она.

– А я понял, – тихо сказал Валентин, притянул ее поближе и крепко поцеловал в губы. – Почему я не встретил ее раньше, – пронеслось у него в голове. – Где она была? Где пряталась от меня? Почему какой-то другой мужик целовал эти губы и это тело? То, что по праву должно принадлежать мне! Сколько лет я потерял, пока искал ее. Почему заводил любовные романы с совершенно чужыми, не нужными мне женщинами, потом долго не мог распутать эти отношения. Почему она, черт побери, не попалась мне на пути раньше, и только вчера, совершенно случайно, я налетел на нее в аэропорту и чуть не сбил с ног? Хоть на годик бы раньше, хоть на полгодика! Чтобы продлить это счастье. Но теперь она моя! Слава богу! – он вздохнул. – Теперь я не отдам ее уже никому! – Он так крепко прижал ее к себе, что услышал биение ее сердца. – Ленка! – сильно волнуясь, прошептал он. – Пойдем ко мне или к тебе, а то я не выдержу, я тебя очень хочу!

– Я тоже, – ее глаза сияли.

Сейчас у них было все по-другому. Они целовались до боли в губах, до звона в ушах, до отчаяния. Они целовались так, как последний раз, как перед смертью! Они не могли остановиться, оторваться друг от друга, узнавали друг друга на вкус и наслаждались друг другом! А потом они долго занимались любовью, дерзко, отчаянно, по-разному, всю ночь, и только под утро, выбившись из сил, уснули со счастливыми улыбками на губах. Лена проснулась от какого-то шороха. Где-то совсем рядом открывали или закрывали дверь в каюту. Она посмотрела на спящего Валентина. Мужественное лицо, немного сросшиеся черные брови. Темная щетина пробивается на вчера еще чисто выбритых, отливающих синевой смуглых щеках. На массивной груди немного волос, как у настоящего мужчины. Она вспомнила, как вчера ночью целовала эту грудь и густо покраснела. Боже мой! Она любит его до потери сознания, она никогда не любила так Вадима. Это какое-то безумие! Надо уходить! Вдруг Валька проснется, и ей будет невероятно стыдно! Стыдно за все, что происходило ночью! За то, что в первый же день знакомства она отдалась ему! Какой позор! Лена тихонько встала, оделась и бесшумно выскользнула из его каюты. Вдали коридора удалялась женская фигура. В коридоре горели лампы ночного света, и в полумраке Лена не могла разглядеть, кто это. Но то, что женщина вышла из каюты номер девять, было понятно. Кроме девятой, десятой и одиннадцатой каюты на этом конце коридора других кают не было. В одиннадцатой, у Валентина, они были вместе, десятая – ее каюта. А вот девятая – каюта Геннадия. Лена усмехнулась. Нашел себе все-таки Геннадий «золотую рыбку» на ночь! Да! Обстановка морского путешествия располагает к романам. Она зашла к себе в каюту, плюхнулась на кровать и замерла.

– Боже! Что я творю! – думала она, со стыдом вспоминая предыдущую ночь. – Что будет, когда закончатся эти двенадцать дней круиза? Мы расстанемся? Если да, я тогда просто умру! Я люблю его! Я не смогу уже без него жить! Как я раньше могла любить Вадима, когда мой мужчина – Валька! Где он был раньше, почему не нашел меня? А любит ли он меня или он получил то, что хотел?

Валентин с закрытыми глазами протянул руку, чтобы обнять Лену, но наткнулся на пустое место. Сон как рукой сняло.

– Опять смылась! – вздохнул он. – Когда же я буду просыпаться, чтобы она была у меня под боком? Он взглянул на часы. Полвосьмого утра. Теплоход пришвартовался в Ялтинском порту. Валентин быстро оделся и вышел на палубу.

Лена спала как убитая. Ей снился Валентин. Ее любимый Валентин! Но кто-то стучит, мешает досмотреть сон! Она открыла глаза.

– Лена! Вставай! – услышала она голос Валентина. – Завтрак проспишь.

Лена быстро выпрыгнула из кровати. Сегодня нужно быть очень красивой! Она встала под душ. Прохладная вода привела ее в чувство. Лена посмотрела на себя в зеркало. Так хорошо она давно не выглядела! Как будто бы она не занималась всю ночь любовью, а спала, как младенец. Глаза блестят, щеки горят, а кожа какая-то прозрачная, вся светится изнутри. Правда губы немного распухли от поцелуев, но это смотрится очень сексуально! Да! Сегодня она восхитительна! Лена улыбнулась в зеркале сама себе. Что бы такое надеть? После завтрака намечается экскурсия в Ливадийский дворец, нужно надеть что-то удобное, но еще хочется сразить Валентина наповал! Она выбрала трикотажный, обтягивающий сарафан, а на ноги балетки. Сарафан обтягивал стройную фигуру с тонкой талией и подчеркивал большую, красивую грудь. Кроме того, открывались длинные, стройные ноги. Выглядела она потрясающе! Лена открыла каюту и прямо перед дверью обнаружила большой букет ромашек. Она подняла букет, там была записка: «Целую тебя, маленькая моя! Твой В.» Лена улыбнулась, вернулась в свою каюту и поставила цветы в графин с водой. Потом немного полюбовалась букетом, не выдержала и вытянула из букета одну ромашку. Как в детстве она обрывала лепестки и шептала:

– Любит – не любит – плюнет – поцелует – к сердцу прижмет – к черту пошлет – своей назовет – любит! – глаза ее засияли. – Любит!

Она как маленькая закружилась по каюте. Ура! Он ее любит!!!

Лена пришла на завтрак, когда вся компания была в сборе.

– Всем доброе утро! – поприветствовала она всех присутствующих.

– Опаздываете, Леночка, – проворчала Антонина Павловна и окинула ее оценивающим взглядом. – Спите долго. Наверное, вчера у вас была бурная ночь? – язвительно заметила она.