С креста не сходят - с него снимают (Избранное), афонский монах

С креста не сходят - с него снимают (Избранное)

афонский монах

Шрифт:

ПРОШЛОМУ

Детство мое светлое, Юность моя пьяная, Где вы, годы рьяные? — Отрыдали ветлами. Где вы, ночи тёплые, Где вы, очи первые? — Натянулись нервами, Берёзками несмелыми. Где ты, моя Родина, Черная смородина, Русь моя безкрайняя? — За морями дальними. Где вы, мои белые, Други мои смелые? — Ягодами спелыми Улетели в небо. Где вы, мои первые, Стихи мои нервные? — Отрыдали вербою, А эти теперь — с верою! Где ты, моя слава, Пьяная орава? — Полегла дубравой Горькая отрава. Где ты, моя песня?.. Улеглись на сердце Серебристым месяцем, Светлою вестью, Годы мои дошлые, Годы мои пошлые Ускакали в прошлое Бешеною лошадью!

О КРЕСТЕ И ТОПОРЕ

Часы отсчитывают время — стучат по темени, И сердце вторит безпощадно: «Гад ты, где ты…» Уйду в Россию ночью синей, уйду юродивым, Уйду в берёзовую синь, кустом смородины. Уйду, — и Бог меня прости за эту дерзость, Уйду юродивым босым в Россию снежную, Пройдусь по ней, как пьяный бриг в морях безкрайних, Разбудит звон моих вериг её, кандальную. А может, просто упаду снопом пшеничным На паперти её судьбы, её молитвы. А может, просто украду, как светлый ангел, Её последнюю беду, что ветлы плакали. Уйду юродивым в народ, уйду юродивым. Он все поймет, он — мой народ, он сам юродивый! Мы вместе будем выть на пни и стыть под вербами, И у святой родни просить оставить веру нам. И будем гнуть, как дурачки, чужим начальникам, А ночью топоры точить с душой печальною. И будем плакать под Крестом за землю Русскую, И будем топоры точить с душою грустною. Уйду юродивым бродить в Россию-матушку, На папертях её чудить и хлопать в ладушки, А ночью топоры точить и петь прощальную: «Эх, жисть, ты жисть, эх, Русь, ты Русь моя, кан-даль-ная…»

РУСЬ ПРИЗЫВАЮТ К ТОПОРУ

Русь призывают к топору, А я зову её на плаху, А я зову её к распятию. А я люблю её, распятую, И только русскому понятную – Россию, Родину мою. Русь призывают к топору, А я зову её к Христу, А я зову её покаяться И перестать на крови маяться Рубахой красной на ветру. Русь призывают к топору, А я зову её к молчанию, Искать Христа за покаянием И не испытывать судьбу. Россию тащат к топору, А я зову её смириться И дать в своей крови умыться Тем, кто нам кликает беду. Русь призывают к топору, А я зову её на веру. Ведь вся история в примерах: Кто разгонял в России мглу? Кто унимал врагов без битвы, Кто принимал её молитвы, Кто прославлял её сынов, Кто унижал её врагов, Кому давали честь и славу, Кому слагали гимны славные?.. Кто Сам на Крест за нас взошёл, Кто нас родил, Кто нас обрёл, Кто наша честь, Кто наша слава, Кто наша правда и держава, Кто крест России и венец! Кто нам Творец!! Кто нам Отец!!! Русь призывают к топору, А я зову её… к Отцу!

ПЛАЧ КРОВИ

Меня ушибло, раннего, Тогда еще, в четырнадцать, Любовь моя безкрайняя Малиновыми кистями. Черемуховым утром Окном моим сиреневым Судьбу мою пометила Души моей натурщица. Меня убило, дальнего, Тогда еще, в двенадцатом, Стрелой слепой татарина Мне в печень угораздило. Меня свалило запросто, Где пуля с сердцем чокнулась, Когда бежал за танками Афганскою «зеленкою». Меня давило «тиграми», Меня кололи латники, Меня пытали иглами, Меня рубили ратники. Я рыскал Стенькой Разиным, Я брызгал кровью адскою, Я рвался с Милорадовичем На площадь, на Сенатскую. Я стыл стрельцом над плахою, Я слыл купцом-рубахою, Я жил, как угораздило, Я пил, как бедокурило; Я пел над Волгой грустною Тоской Ивана Грозного, Рыдал над Русью русою, Летал над полем вороном. Я колотый, я стреляный, Я молотый, потерянный, Я свист в лесах разбойничий, Я начатый, я конченый, Я плеть на шее конской, Я сечь в степях задонских, Я келия святая, Я песня удалая, Я путь на небо узкий, Я плач молитвы грустный… И письменно, и устно Я просто… мужик русский.

«ПОБЕГ» ИЗ РАБСТВА

Сергею Есенину

Положу себе под голову Евангелие Закажу себе на небе пароходик, Буду плавать в нем туда-сюда и далее… Господи, скорей бы от себя — к Тебе, на волю! Поплыву на нем к Сергею Преподобному, Упаду к ногам святаго старца. Расскажу ему про жизнь свою колодную, А потом поеду по инстанциям. И когда причалит мой кораблик В пристань, где Пречистая живёт, Сердца своего живой сухарик Положу с надеждою в кивот. Брошусь с ним к стопам Святой Царицы, Опаду сырым лицом в цветы. Знаю, никому не заступиться, Если не заступишься и Ты. Буду ждать с надеждой приговора, Грязный, жалкий, грешный и немой, И не ставший храмом — лишь притвором, Где бушует вечности прибой. Где меня сковали цепью страсти, Где я, в доску пьяный, наследил. Матерь Божия, не дай мене пропасти, Матерь Божия, прости, что нагрешил. Пощади, Владычице, пропащего, Я в Тебя с такой тоской влюблён, Целый день лобзаю ртом горячим Я Твои иконы за стеклом. Знаю, мне за дерзость еще спросится, Верю, мне за честность ещё любится, — Ведь, пока любовь в душах колотится, — Крутится планета наша, крутится! …Положу себе под голову Евангелие…

ПЛАЧ ИНОКА ПОСЛЕДНИХ ВРЕМЁН

Взорвали поезд…

Сгорела дискотека… и т. п.

Мне б на полном скаку въехать в гущу врагов И рубить их направо, налево, А я чётку тяну и реву за страну, Что себя сохранить не сумела. Мне б к рукам пулемёт, я бы смог объяснить — Что почём и какое нам дело… А я чётку тяну и реву за страну, Что сама от себя обалдела. Мне бы с милым штыком в рукопашной упасть, Мне бы врезать 100 грамм — и в атаку, А я чётку тяну и реву за страну, Что загнали, как в угол собаку. Мне б хоть раз без приказа и грудью на дзот, Мне б хоть раз прикрыть спину спецназа, А я чётку тяну и реву за страну, Что ослепла от горя глазами. Отрыдается ночь, отстреляется день, И опять мне подносят патроны, И я чётку тяну за себя и страну, Заряжая в себя её стоны. Бог не выдаст и ночь не продаст, Упаду лицом под сень иконы, Буду чётку тянуть за себя и страну, Заряжая в себя её стоны.

13 декабря 2009 г., Афон

ПАСХАЛЬНОЕ

Уже запели соловьи, Уже затеплила лампаду Весна, души моей услада. Посланцы рая, а не ада — «Свистать всех в рай», — поют они, Я провожаю взглядом небо, Когда заслышу их призывы. Из глаз текут души нарывы, Когда их звонкие мотивы Весной справляют Богу требы! Неугомонная братва поёт, А ведь с мизинчик пташка. И рвёт душа моя рубашку, И сердце в ней ромашкой пляшет, Когда заслышит, как зовёт Их песен ангельский полёт! И я охрипшею душой За ними вслед рванулся в бой И подорвался на весне, И я опять лежу в молитве, Подбитый соловьями в битве, Пробитый в грудь их славной песней: Христос воскресе! Христос воскресе! Христос воскресе!

1 2 3 4 5

Поделиться с друзьями:

Чтение онлайн

КНИГИ

АВТОРЫ

ЖАНРЫ

Деловая литература

Детективы

Детские

Документальная литература

Дом и Семья

Драматургия

Жанр не определен

Компьютеры и Интернет

Любовные романы

Научно-образовательная

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия и эзотерика

Справочная литература

Старинная литература

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор

С креста не сходят - с него снимают (Избранное)

афонский монах

Шрифт: