С любовью, Лола
Шрифт:
— Дело только в Оле, Марк. Ты должен знать, что ей не безопасно здесь находится. Поэтому я ставлю такие жёсткие рамки. У нас есть несколько месяцев, затем она должна уехать. Вопрос лишь в том, уедет она с мужем в счастливое будущее, или к своей прежней жизни.
— Честно говоря, я обескуражен. — Спустя долгие минуты раздумий произнес Марк. — И не готов сейчас дать Вам ответ. И думаю, что должен знать больше. Почему Оле здесь не безопасно? И почему не поговорить об этом с ней?
— Ты умный парень, но есть вещи, которые ты сможешь понять только, став отцом. А что касается всей истории…Если к декабрю вы останетесь вместе, я расскажу тебе. А пока я просто хочу взять с тебя обещание…
— Я не могу его дать. — Перебил его Марк. — При всем моем уважении, Дмитрий Николаевич, но я не уверен, что буду готов связать себя узами брака после трех месяцев знакомства. Это же безумие!
— Это безумие обеспечит тебя на всю жизнь. — Решил зайти с другого бока мужчина.
— И жениться по расчету я не готов. Извините. Думаю, мне лучше уйти.
— Марк, не спеши, у тебя есть время подумать. А пока помни: Оля не должна знать.
Марк кивнул и быстро вышел из кабинета, а затем из дома Штернов, даже не попрощавшись с Лолой. Ему предстоял долгий вечер наедине со своими мыслями.
Глава 35
"Прости, пришлось срочно уехать. Завтра объясню."
Короткое оправдательное сообщение светилось зеленым "доставлено". Ответное "Окей" немного утихомирило разбредившиеся мысли. Теперь есть время до завтра, чтобы успокоиться и понять, как себя вести. Непонятный комок чувств, словно пережеванная газета липко застрял в горле.
Бред. Мысли разбегались как тараканы испуганные солнечным светом. Никак не получалось собрать в одну связную цепочку все, что сказал ему Штерн. Опасно. Жёсткие рамки. Жениться. В каком-то бреду добрался до дома, но из машины так и не вышел.
Сначала решил, что не помешает выпить. Махнуть пару рюмок чего покрепче, хоть недопитой Финляндии, что стоит в закромах с выходных. Но быстро откинул этот вариант, понимая, что так только опустошит голову, не сможет связно мыслить. Поговорить с сестрой? Она женщина мудрая, многое испытавшая…Нет, не надо ее тревожить, своих "головных болей" хватает.
Оставался один вариант. Марк снова завел машину и отправился в единственное место, где он точно сможет выговориться. К единому человеку, который сможет быть беспристрастным.
К двери долго не подходили. Но Марк, точно знавший, что друг сейчас дома, настойчиво давил на дверной звонок. После семи заливистых трелей, дверь распахнулась.
— Твою мать! — громко и зло выплюнул Илья. — Летунов, ты не мог припереться в другое время, человеческое? Например, когда за окном уже светло, и радостно поют долбаные птички? — помятое лицо друга явственно говорило о его сонном состоянии.
— Мог бы, приперся. — Коротко уведомил Марк, шагнув в квартиру. — Ты один?
— Один. — Пробормотал друг, почесывая бочину. — Чё случилось-то?
Марк сел в кресло, запустив руки в волосы и начал:
— Ильюх, я в такой жопе…Ты даже не представляешь. Это такая огромная жопа, что даже бразильянкам не снилась! — он развел руки в сторону, для пущего эффекта.
— О жопах это тема! Я тут с такой телкой тусанул давеча… — начал друг, активно изображая в воздухе женский силуэт.
— Ильюх, вот не до этого, честно.
— Ладно, выкладывай давай. Видок у тебя, словно тебе аппендикс наживую вырезали.
— Жопа, жопа, жопа, жопа… — не унимался Летунов, снова зарываясь в волосы. — Штерн хочет, чтоб я женился на его дочери.
— Чего? — Подскочил с места Хромов, не ожидавший такого и залился громким хохотом. — Ну ты попал, дружище! Ну ты…Стой, мне под такую историю надо выпить. Чувствую, будет смачно.
— Вот ты сука, конечно. Мог бы не злорадствовать. — Откинулся на кресле Марк. — И мне налей. — Все же попросил он.
Удобно расположившись на диване с бутылкой пива, Илья подал жест, что готов к рассказу.
— Может ты что-нибудь оденешь, а то мне на твои семейники лицезреть вообще не встряло. — Заявил Марк.
— Окей, бро. Сейчас накину. Только не кипятить. Выпей давай, расслабься. — Друг удалился в комнату. — Ну, приступай. — Сказал, едва переступив порог.
— Об этом не должна узнать ни одна душа, ясно тебе?
— Как скажешь.
— Короче, вызвал меня папаша на беседу тет-а-тет. Говорит, если повстречаетесь до декабря — женишься. А нет, так нет. Уедет дочь в Лондон к своей прежней жизни.
— Эм, странное какое-то предложение…а почему до декабря?
— Я вот в душе не чаю. А на вопросы он не ответил. Мол, вот наступит декабрь, расскажу. Ну бред какой-то, скажи?
— Так, давай детали. Зачем прям женится?
— Он, видимо хочет дочь в свадебное путешествие сбагрить. На год. Сказал, оплатит любую нашу прихоть, а через год я вернусь в фирму на хорошую должность, он нам подарит дом и вообще, все что мы захотим отвалит.
— Не хилое, я тебе скажу, предложение. Так что, может, Лола его эта того…тю-тю, неадекват, психичка или ещё чего скрытого, потому он вдали и держит да в чужие руки пристроить пытается?
— Да все с ней нормально! — нервно бросил Марк. — Но Штерн все время говорил, что ей здесь не безопасно, что ей нужно уехать.
— Конкуренты? Шантаж? Угрозы?
— Да хрен его знает. Меня больше волнует, что делать теперь.
— Да женись, конечно. Офигенное же предложение. Хорошая должность, всем обеспечен, и Лола весьма ничего…Тощая, как по мне, конечно, но не мне ее пялить по пятницам.
— Чего? Почему по пятницам? — недоуменно уставился на друга Летунов.
— Ну, у женатиков, говорят, график есть. Пятница это так, предположение…Можешь, по средам, например.
— Боже, что ты несёшь…Идиот. — Тихо засмеялся мужчина. — А теперь серьезно: что мне делать? Я жениться не собираюсь. И расставаться не хочу. Она мне очень нравится, я ее… Рассказать Лоле? — Марк поднял взгляд на друга, который вмиг стал серьезным.
— Стой. Так у тебя что, это реально? Не очередная цель?
— Нет. — Твердо сказал, выдерживая взгляд друга.
— Марк, дружище, скажу тебе откровенно. Ну и нажил ты геморой на свою жопу! Пока не поздно: расстанься ты с ней. Или женись. Я б женился, уж больно сладка жизнь, обещанная Штерном.
— Ну, спасибо. Прекрасный совет! Может, все же поговорить с Лолой об этом?
— Не, я бы не стал. Девушки они заходные. Устроит отцу скандал, разборки. Расстроит его, расстроится сама, а ты крайний. Не знаю друг… Может тебе просто отпустить ситуацию? Ну, пусть все течет своим чередом. Сложится — хорошо. Не сложится, еще лучше!