С любовью, Солт & Лейк
Шрифт:
Претенциозно. Но работая доктором, который заботится о здоровье своих пациентов, я хочу, чтобы дома заботились обо мне. Но еще лучше, чтобы заботились каждый день, без перерывов на обед и срочные задания от руководства. Мой идеальный мужчина должен быть со мной сердцем, душой и телом каждую секунду отведённого нам времени.
Салли с Бруно ушли первыми. Лейк без какой-либо просьбы с моей стороны занялся мытьём посуды, призвав приставленного к нему и Солту охранника помогать: первый мыл, второй вытирал. Рыжий же ловко ушёл от работы, убежав в ванную комнату. А после выглянул из-за двери с растерянным лицом, прося меня подойти и помочь ему с какой-то проблемой.
– Что?
– спросила, замерев в шаге от двери.
– Ну, тут такое дело, - начал Солт, жуя слова.
– Там было... я не знаю, твоё или нет...
– Он указал себе за спину, внутрь ванной комнаты.
«Заманивает», - мелькнуло сообщение от инстинкта самосохранения, но ватная голова соображала туго, а тело действовало на автомате «зовут — надо идти».
Дверь закрылась за мной, отделив нас с Солтом от оставшихся в доме людей.
– И что я должна увидеть?
– спросила раздражённо, в первую очередь из-за собственной ошибки. Ругать себя бессмысленно. С рефлексами сложно поспорить. Как и с тем фактом, что в голову Рыжего ничего хорошего прийти не могло.
– Ничего, - подтвердил мои опасения Солт, загородив выход своей фигурой.
– Хотел с тобой поговорить наедине.
– О чём?
– Ммм... о тебе, - и расплылся в коварной сладкой улыбке.
– Я, конечно, интересная тема для общения, но в данном случае, из нас двоих, больше подходишь ты.
– Ответила на его улыбку, прислонившись бедром к умывальнику и скрестив руки на груди.
Раз подопытный сам хочет поговорить, то лучше говорить о том, что интересно мне. В штабе так и не выяснили настоящие личности Солта и Лейка, а раз те утверждают, что они не такие, как Бруно, то, вполне вероятно, что могут помочь с этим. Тем более, чем больше информации, тем точнее можно будет подобрать способ контроля. Особенно для Рыжего.
Солт отлип от дверного косяка и сделал шаг в мою сторону.
– И что же ты хочешь знать обо мне? Всё самое лучшее я могу показать. Наедине, на тебе, - завораживающие нашёптывал хитрец, сделав второй шаг и заправив за моё ухо выбившийся локон.
Отвела его руку подальше от своего лица. У меня нет цели потакать его неудовлетворённому либидо, хотя обстановка подкидывала жаркие образы того, как этот наглец покажет себя наедине, если перестать его тормозить и пытаться сохранить лицо приличной девушки. Да, с пылающими щеками из-за бурлящих в крови гормонов, но приличной.
– Не буду спрашивать про то, когда у тебя последний раз был секс, потому что по твоему поведению видно, что достаточно давно, - грубо осадила, глядя прямо в искрящиеся предвкушением и озорством карие глаза.
– Обижаешь. Секс — это секс. А с тобой я бы хотел заняться любовью, - заявил Рыжий, убрав руки в карманы, что само собой привлекло моё внимание к его паху.
Быстро вернула взгляд к лицу рыжего змея-искусителя.
– Любовь невозможна, если в паре нет взаимности.
– Я работаю над этим, - усмехнулся Солт.
– Над собой поработай.
– Работаю, - не без гордости подтвердил он, кивнув.
– Так что ты хотела узнать обо мне?
– Твоё настоящее имя. Кем ты был до «Фалькорп». Работа. Хобби.
Солт поморщился, но тут же поинтересовался:
– И что мне будет, если я расскажу?
Я напряглась: он только прикидывается дурачком, но своего не упустит. Но должная мотивация может дать лучший результат.
– Я исполню одно твоё желание.
– Любое?
– Любое, - пошла ва-банк, отмахнувшись от голоса разума, что я об этом пожалею.
Солт расплылся в довольной улыбке, словно кот, объевшийся сметаны.
– Прошлое имя не скажу, но его я точно менял несколько раз, - задумчиво поделился он.
– Помню, что рисовал картины. Такие, где много цветных клякс, а толстосумы платят тебе за это кучу денег. Но я не был богат, - со смешком признал Солт.
– Деньги у меня долго не задерживались. В основном всё спускал на тусовки. Нравилось радовать своих многочисленных друзей...
– Рыжий запрокинул голову, устремив взгляд в потолок.
– ...хотя больше половины из них и не знал.
– А с «Фалькорп» как ты связался?
– Да, кажется, когда загремел в лечебку. Кто-то из их врачей туда наведался, и некоторым пациентам сделали предложение стать подопытными, обещая, что смогут убрать самые тяжёлые воспоминания.
– То есть никакой опухоли не было.
– Нет. Здоровье у меня всегда было отменным. Физическое. А вот с психикой не очень. И выпивка, как и наркотики не облегчали симптомов. Я с удовольствием переехал в лечебку, потому что там всё было чистым. И санитары всегда всё вычищали до блеска. Тогда мне было тяжело находиться в одной тесной комнате с кем-то ещё. Но теперь всё куда проще. Могу спокойно прикасаться к кому захочу, - обрадовал он, задорно подмигнув.
– Микрофобия с социофобией?
– предположила вслух.
– Не люблю все слова, что содержат «фобию». Но с микробами было тяжко. Они же маленькие и везде. Мы их не видим, а эти мелкие паразиты делают свои гадкие дела, размножаясь прямо на нас.
– Оу... Ясно. Остро выраженная микрофобия. Руки помыть не желаешь?
– предложила, отступив в сторону и освободив путь к раковине.
– Нет. Хочу обещанное желание. Я же все рассказал. Даже больше.
– И что же ты пожелаешь?
– напряглась всем телом, непроизвольно задержав дыхание.
Солт тянул с ответом, заставив меня понервничать. Судя по пляшущим в глазах чёртикам, ему доставляло удовольствие играть на моих нервах.
– Поцелуй, - сжалился он, гордо выпятив грудь, словно рыцарь пришедший на спасение попавшей в беду принцессе и демонстрирующий не только доблесть, но и скромность.
Я-то уже сошлась на мысли, что он потребует свидания. Ночью. Поближе к постели. На постели. Или еще где-нибудь, лишь бы не стесняло его в движениях. И обязательно без одежды. Ничего другого от него и не ожидала. Но поцелуй — просто поцелуй — сбил с толку.