Чтение онлайн

Время медленно тянулось в ожидании, но никто не расслаблялся и не покидал своего поста. Каждый смотрел на свой экран, и только мы с капитаном глазели по сторонам.

Когда кроты прошли примерно треть пути, яркая вспышка озарила унылый пейзаж, и на боковом экране я увидел, как оплавляясь, обтекают скалы. Корабль вздрогнул, и рявкнули бразеры боевой тревоги.

— Капитан, харлинги! Выходят из-за планеты. Атака с предельной дальности. Два корабля, три корабля. Пять, шесть… Двенадцать!

— Капитан, атакованы двенадцатью кораблями харлингов. Идет выброс десанта с высокой орбиты.

— Боевым постам — десант уничтожить в небе. Наземная группа — приготовьтесь добивать садящихся. Не дайте им зарыться. Главный калибр — подпустить корабли на дистанцию уверенного поражения и открыть огонь без моей команды. Дизелистам — готовность к старту ноль. Взлет по моей команде. Защитное поле на максимум.

Я смотрел как спокойно и без суеты экипаж готовился к сражению с превосходящим противником. На верхнем экране я видел двенадцать точек, падающих на нас, а далеко перед ними летел рой маленьких шариков. Вот к ним от корабля потянулись огоньки, и шарики начали взрываться. Их число стремительно сокращалось, но их было слишком много.

Вот первые из уцелевших достигли поверхности планеты.

Совсем рядом с кораблем на землю упало яйцо диаметром примерно метра три, если я правильно оценил расстояние. Оно треснуло и распалось на две половинки, а на поверхность выпрыгнул… Выпрыгнуло существо странного вида. Небольшое туловище напоминало сильно сплющенный по вертикали шар, к которому снизу крепились шесть ног, напоминающих паучьи лапы, но покрытые чешуей. К верхней части туловища крепились четыре парные конечности. А сверху на туловище располагался ряд глаз, опоясывающих его по кругу.

Существо подняло две конечности с зажатыми в них предметами и открыло по кораблю огонь, не причинивший никакого вреда. С корабля принесся ответный комок плазмы, и существо исчезло во вспышке, превратившись в пар.

— Капитан, нужно накрыть десант главным калибром. Если сядет хотя бы треть и зароются, нам с ними не справиться.

Яйца посыпались на поверхность как град, и в этот момент на корабль обрушились залпы атакующих кораблей. Но огненный ад продолжался считанные мгновения. Небо озарила темно-синяя вспышка, и корабли противника вместе с капсулами десанта исчезли.

— Ну вот, — удовлетворенно произнес капитан, — Цитадель жива и действует.

— Пост наблюдения докладывает. Противник полностью уничтожен. Небо чистое.

— Наземная группа докладывает. Высадившийся десант уничтожен огнем кораблей харлингов. Сенсоры противника не обнаруживают.

— Странно, — протянул капитан. — Они что, взбесились. Выбросить десант, а потом долбать корабельными орудиями. Механик, доложить о повреждениях.

— Расплавлены две бронеплиты. Уже меняем. Других повреждений нет.

— Капитан, — обернулся к нему один из сидевших на первом ярусе. — Тебе не кажется, что атака была очень странной.

— Кажется, но не пойму причину такого их поведения.

— А вспомни мясорубку, которую они устроили у Колючей звезды.

— Это когда все их корабли атаковали крейсер, находившийся под защитой трех орбитальных крепостей, и совершенно не обращали внимания на остальные корабли флота, обстреливающие их со всех сторон?

— Да. Тогда они тоже взбесились. Но вспомни, кто был на том крейсере.

— Ты хочешь сказать…

— Вот именно. Они их как-то чуют за парсеки. И теряют то, что им заменяет голову.

— Экипажу, закрыть забрала. — Командир опустил забрало, но его голос был глухо слышен из шлема. — Защитное поле на максимум. Включить все установки К-поля. Предельная внимательность. На корабле Прозрачник.

Со всех сторон поползла белесоватая муть, образуя легкий туман. Туман растекался по залу. Вот он достиг капитанского яруса, и я ощутил легкое давление. Туман обволакивал меня, очерчивая контуры тела.

— Капитан, — один из сидевших в зале указывал в мою сторону. — Справа от вас.

Капитан повернул голову, и я наткнулся на жесткий взгляд пронзительных серых глаз. Его губы раздвинула довольная усмешка.

— Ну, здравствуйте, господин Прозрачник. Не дергайтесь. Вам не уйти. И мы, наконец, побеседуем и выясним, что вы такое.

Он тронул клавишу на своем пульте, и меня сжал кокон силового поля.

Окружающий меня туман вспыхнул ярким светом, и я непроизвольно поднял правую руку, прикрывая глаза.

Меня что-то ударило по пальцам левой руки, и ослепительный свет, проходящий даже сквозь ладонь, погас. Я проморгался, и когда зрение восстановилось, огляделся.

Я снова стоял в комнате со свитками, держа в левой руке свернувшийся свиток. Оказалось, что я все это время стоял, держа раскатанный пергамент, а когда отпустил его, то свиток свернулся, ударив меня по пальцам.

— Интересное кино, — пробормотал я, возвращая свиток на место.

Взяв другой свиток, я заметил массивные бронзовые линейки, лежащие рядом на стеллаже. Раскатав свиток на столе и прижав его по краям линейками, я уставился на строчки. Вскоре они вспыхнули золотистым светом, и я очутился на каменной площадке.

Оглядевшись, я понял, что нахожусь на небольшом острове. Во все стороны, куда я ни смотрел, раскинулась лазурная водная гладь, лениво колышущаяся под солнцем. «Как минимум, море, но будем считать, что это океан», — подумал я.

Пройдя к краю площадки, я увидел, что она круто обрывается со всех сторон, а высота обрыва не менее двухсот метров.

Поглядев на себя, я увидел свое тело. «Очевидно, прозрачным становишься, когда держишь свиток в руках», — решил я. Я попробовал погрузиться в камень, но тоже ничего не получилось. Спуск стал проблематичным. А солнце пекло нещадно и хотелось искупаться, или хотя бы спрятаться в тень.

Недалеко от берега я заметил несколько лодок с до черноты загорелыми гребцами. Я начал подумывать, как мне привлечь их внимание, чтобы они помогли мне спуститься, как вдруг куча камней, лежащая в центре площадки, зашевелилась. Камни с легкими щелчками соединялись друг с другом, и вскоре с земли поднялся, опираясь на огромную дубину, также собранную из камней, великан, ростом где-то около шести метров. Чудовище повернуло ко мне массивную голову и уставилось черными провалами глаз. Щель его рта растянулась в усмешке.