С нежностью цвета огня. Книга 2
Шрифт:
Чего ожидал? Но ведь, получается, где-то здесь его родные, разве нет? Неужели он их даже не навестил?
— Надо убрать тела, — напоминает Рраяр.
Втроём они быстро оттаскивают наёмников в кусты, чтобы не пугать других проезжающих, и вновь окружают покосившийся экипаж.
— Тут оставлять нельзя.
— До деревни бы дотащить. Там есть кузнец.
— Если господа наперёд сядут, чтоб карета не заваливалась, а я за край поддержу — доедем, — со знанием дела предлагает кучер.
— А лошадьми править кто будет?
— Возвращайся на козлы, Гиер, — распоряжается Сиор. — Дарисса и Рраяр поедут, а я буду держать.
Рассиживаться, пока он идёт пешком, вдобавок удерживая навесу край кареты, крайне неловко.
— Может…
— Нет, Дари, — качает Рраяр головой. — Так лучше всего. Не смотри, что он такой бледный и заморённый. Физически посильнее меня будет. Вампиры очень крепкие и выносливые.
Не сумев скрыть сомнений, бросаю на Сиора недоверчивый взгляд. Это он-то сильнее Рраяра?!
— Я легко могу поднять вас одной рукой, — усмехается тот. — Продемонстрировать?
— Не стоит!
Фыркнув, джарой открывает дверцу, помогает мне забраться на высоко задравшуюся ступеньку, и сам влезает в салон.
— Что, — спрашивает насмешливо, — про вампиров ты, разумеется, тоже не знаешь?
— Совсем чуть-чуть не дошла. Обстановка, знаешь ли, не особо располагала к чтению.
Карета, качнувшись, выравнивается и медленно трогается.
Опасливо покосившись в окно, безрезультатно пытаюсь примерить на Сиора образ вампира из моего мира. Не то чтобы я повидала много «детей ночи», но он не похож совершенно. Слишком уж человечный.
— Ему ничего не слышно: на таких каретах специальные чары, — заверяет Рраяр и снова тихо смеётся. — Как в этой несусветной глуши ты ухитрилась найти элисара?
Вообще-то, я тоже об этом размышляла, и одна версия у меня появилась.
— Думаю, изначально именно к нему мы и должны были выйти. Я открывала переход с мыслью, что нам нужен кто-то, способный справиться с целой толпой магов, осадить главу города и предотвратить его военный поход.
— Что ж, возможно. Я мало знаю о принципах работы твоего дара.
— Смущает размытость этой теории, ведь таким образом можно вообще что угодно искать.
— Как-нибудь на досуге поэкспериментируем.
— Рраяр… они там в порядке?
— Да. Им пока ничего не угрожает.
Договорив, он устремляет на меня нечитаемый взгляд, чем неожиданно напоминает Аллеона. Тот тоже иногда смотрит очень похоже.
И кончается это, как правило, очередным его планом.
— Что такое? — настораживаюсь.
Раздумывая отвечать или нет, джарой молчит ещё пару секунд, и, видимо, решает не говорить правды.
— Да вот, — усмехается провокационно, — надеялся, что Олибэр пойдёт тебе на пользу, но уже вижу, что зря.
В свою очередь внимательно разглядывая его, понимаю, что поддаваться и злиться нельзя. Рраяр из тех раздражающих людей, победить которых в споре почти невозможно. Он будет морочить голову, перебивать, цепляться к второстепенным словам, игнорируя саму суть претензий, и в итоге мы впустую потратим время и нервы. Чтобы добиться результата, нужно стоять на своём, не позволяя ему увести разговор в сторону.
— О чём ты не захотел мне рассказывать?
— О! — смеётся он издевательски. — Список получится длинным!
— О чём, Рраяр? Это же касается меня, так? Я хочу знать.
— А я хочу…
— Рассказывай. У тебя был слишком загадочный вид, чтобы я отстала.
Лишившись развлечения, джарой недовольно хмурится:
— Тебе уже говорили, что ты зануда?..
— Неужели так трудно сказать правду?
— Чтобы ты всё испортила?
О чём таком он там размышлял?
— Думаешь, я захочу?
— Думаю, даже разбираться не станешь, сходу завопив «нет!»
Глубоко вздохнув, гашу в себе порыв к членовредительству.
Такое ощущение, что весь разговор я снова и снова утыкаюсь носом в нечто для него очевидное, однако в упор этого не замечаю.
— На использование вслепую я очень рассержусь, — предупреждаю на всякий случай.
— Нет никакого плана, Дари. Честное слово. Просто я вижу чуть больше, чем ты.
— И не хочешь поделиться.
— Пока нечем. А потом ты и сама всё поймёшь. Давай лучше воспользуемся удобной возможностью и обсудим вампиров, пока под рукой есть наглядный пример.
— Сиор тоже пьёт кровь?
— Да, но не часто.
Наверное, это как с сиирами. Обычно кого попало они не кусают, но вот любимую — можно.
Воображение рисует картину с Сиором, жадно присосавшимся к шейке любовницы, томно раскинувшейся на алых шёлковых простынях.
На элисара нападает внезапный приступ кашля, а на меня — нехорошие подозрения.
— Любимая женщина — не еда! — возмущается он, забыв, что вообще-то не должен был ничего слышать. — Это же всё равно, что откусить у кого-то кусок плоти, если хочется мяса! С чего ты взяла, что я стал бы так делать?
Рраяр заходится смехом.
Выглядываю в окно и натыкаюсь на насквозь пронизывающий взгляд. Вздрагиваю.
Он каким-то образом точно определил, о чём я подумала!
Ну не-е-ет! Может, всё-таки нет?.. Может, это просто моя паранойя? Кругом одни экстрасенсы, но это же вовсе не значит… Или значит?
Ну и глупо же я, наверное, сейчас выгляжу! Нужно хоть ответить ему, наконец.
Вот только что говорить?
Осознав, что угодила в ловушку собственных предрассудков и не могу внятно их объяснить, краснею. Не заявлять же, что все порядочные вампиры в книгах поступали именно так, как я подумала!
— О… — выдыхает Сиор озадаченно. — Я понял. Домыслы из вашего отражения?
Всё-таки телепат…
— Вот об этом я и хотел предупредить! — веселится джарой. — Вампиры улавливают направленные на них мыслеобразы. Так же они сильны, неприлично живучи и не прочь покусаться.
— Неправда. Мы давно уже никого не кусаем. Желающие сдают кровь за вознаграждение, а маги обеспечивают сохранность. К тому, же необходимость в ней возникает лишь два-три раза в году.
Слушая эту тираду, Рраяр улыбается. Он нарочно его дразнил?