Чтение онлайн

— Разве не странно, если мы будем жить в разных домах? Хотя, если тебе неудобно или…

— Давай проясним, — по-доброму улыбается он. — Я тебе муж?

После секундного ступора меня осеняет, что вообще-то ещё нет. Не муж.

Но из-за свалившихся на нас событий и доверительного отношения я совершенно упустила это из виду.

Посмеявшись над моим растерянным лицом, Эшер приобнимает за плечи, и я с удовольствием прижимаюсь к его тёплой груди, чтобы собраться с мыслями.

— Ты забыла? — продолжает он улыбаться. — Тяжело, когда всё и сразу. Даже я ненадолго забыл, что ещё не слышал заветного «да».

Как мы могли бы остаться всего лишь друзьями? Жить по соседству, встречаться, видеть, как оба любим других, понимая, что упустили свой шанс — это было бы невыносимо.

— Мы вместе, — говорю, крепче сжимая руки у него на спине.

Не «ты — мой» или «я — твоя», а именно вместе.

— Даже если всё кажется очевидным, я должен был услышать это от тебя, — объясняет Эшер, поглаживая. И вдруг замирает: — Пойдём в храм, Дари?

— Сейчас? — уточняю удивлённо.

— Сейчас.

В его тёмных глазах редко можно поймать отражение каких-то эмоций. Они безмятежны, как если бы мы рассматривали облака, лёжа на зелёном лугу, и всё же я вижу, что его тоже что-то тревожит.

— Сомневаешься в моём желании?

— Могу я поцеловать тебя?

А для этого нужно спрашивать разрешения? Мне казалось, мы уже достаточно близки, чтобы не сомневаться в ответе.

— Медиф ведь ничего тебе не говорил, правда?

— Медиф? Нет.

Судя по его озадаченному лицу, с догадками мы оба зашли в тупик.

Иногда люди, которые просто смотрят друг на друга и не соприкасаются даже руками, выглядят гораздо более любящими и близкими, чем те, что беспрестанно целуются. Так я чувствую себя с Эшером. Но это вовсе не значит, что мне не хочется ощутить его ласку.

Неужели для него всё иначе?

— Подожди, по-моему, мы сейчас оба запутаемся, — останавливает оборотень, вскинув руки. Усмехается: — Со стороны всё всегда очевидно, но когда вязнешь сам…

Вот уж точно! Если речь обо мне, а не о ком-то другом, даже в самых простых и понятных вещах я сомневаюсь.

Пока Эшер думает, пытаясь облечь мысли в слова, встаю на носочки и первой тянусь навстречу его губам.

Хотел поцеловать? Пусть целует!

А там, может, и слова сами найдутся.

С первым же мягким прикосновением по спине и рукам разбегаются восторженные мурашки, волной докатившиеся до самых пальчиков на ногах. Потрясающее ощущение! От тихого восторга и трепета перехватывает дыхание, но кому вообще нужен воздух, когда так целуют? Когда душа искрится от счастья, и кажется, что вот-вот вспорхнёшь ввысь.

Мы заговариваем одновременно:

— Я так счастлив сейчас.

— Мне так повезло встретить тебя!

Легко рассмеявшись, прижимаюсь к его плечу:

— И всё-таки, почему ты вдруг заговорил о храме?

— Глупо, но я подумал, что ты до сих пор считаешь меня только другом. Не видишь во мне мужчину и мужа.

Вот бы и Лен с Рраяром сами говорили, что их беспокоит! Тем более что большинство сомнений можно быстро развеять.

Но нет же! Это ведь «не по-мужски»!

— Всё наоборот. Честно говоря, воспринимать тебя исключительно в качестве нашего друга было довольно трудно. Даже при том, что полигамия мне не свойственна… — едва договорив, вспоминаю, что в свете последних событий это утверждение, мягко говоря, спорное. — По крайней мере, совсем непривычна. Но если бы ты не проявил инициативы, я бы ни за что не решилась на первый шаг.

Неспешно ведя меня в сторону дома, Эшер с отсутствующим видом рассматривает город. Его лицо спокойно, но мне почему-то кажется, что оборотень улыбается.

— Я хотел поговорить с вами раньше, — произносит он, опередив мой вопрос. — Но по возвращении столько всего навалилось — дом, документы, учёба…

— Ты тоже учишься?

— Конечно. За годы жизни в деревне Золотых кошек отец заложил мне лишь начальную базу, остальное навёрстываю сам, в библиотеке.

— А меня учит Рраяр. Раскритиковал Лена и теперь контролирует весь процесс.

— Не отказывайся. Заниматься с учителем, особенно на первых порах, полезнее и проще.

— Хочешь к нам? Вряд ли это будет проблемой.

Эшер чуть снисходительно улыбается:

— Спасибо за предложение, но я, пожалуй, откажусь. Сомневаюсь, что Рраяр обрадуется моему появлению на ваших занятиях. К тому же, я уже привык много читать. Справлюсь.

Я смутно надеялась подружить их между собой, но не вышло. Эшер прав. Рраяр не придёт в восторг от ещё одного подопечного. Да и сам кот сказки, наверное, уже давно не читает, а изучает какую-нибудь специализированную литературу. Не факт, что джарой в ней разбирается.

— Я расстроил тебя?

— Просто думала, как наладить отношения между мужьями. Не знаю, какими они должны быть, но так, как сейчас, мне не нравится. Ты уже слышал, что Рраяр, Лен и Медиф подрались?

— Предоставь всё Аллеону. Он непременно найдёт способ это уладить. Мы все взрослые люди, знали, чего добиваемся, и сможем между собой договориться.

Не то чтобы я в этом сомневалась, но вопрос слишком важен для меня, чтобы вот так самоустраниться. Но с Леном действительно можно всё обсудить. Пусть поделится соображениями.

Проходя мимо площади с храмом, мы с Эшером переглядываемся. Он — вопросительно, я — неопределённо.

По большому счёту, ничего не изменится, если наш брак будет заключён прямо сейчас. Относиться друг к другу небрежнее мы не начнём, другие мужья не удивятся. Разве что…

— Почему ты выбрал меня? После возвращения перед тобой были открыты любые миры.

— Раньше меня влекло к миру, а теперь — только к тебе. Другие отражения, люди — всё это не важно. Поначалу я считал, дело в том, что женщины из деревни вызывали во мне протест, а ты — другая, но теперь уверен, что это была судьба. Мы встретились не случайно.

Я могла бы понять, если б подобные размышления посещали того, чей выбор обусловлен принципом парности. Но Снежные кошки — не из таких.

И тут в голове что-то щёлкает: Лен — оборотень. Эшер — тоже.

— Кошки кусают тех, кого любят?

— А ты позволишь?

Всё с ним понятно. Глаза прямо-таки загорелись.

— Почему нет? Но только немного.

— Это не больно, — обещает он, благодарно целуя в висок. — Просто выражение симпатии, без всякой магии.

Салазар иногда от переизбытка любви тоже кусался — оближет, укусит, снова оближет. От Эшера стоит ждать чего-то такого?