Чтение онлайн

Ленька трубку взял, но тут же озверел, едва услышал, о чем с ним напарник говорить желает.

– Тебе что, рабочего времени мало?! – засвистел, засвистел сразу он.

– Мало. И вот как раз в нерабочее время ко мне господин Марин и пожаловал.

– На свою голову! – с едким смешком перебил его Леонид.

– Ну… На свою или на нашу, кто знает.

– Ты это, Боря, чего задумал-то? – мгновенно насторожился он. – Ты чего, мне дело хочешь развалить, да?! Не позволю! Так и знай, не позволю!

– Ну, вот чего ты сразу кипятишься, – попытался говорить с ним спокойно и миролюбиво Борис. – Чего, а? Дело я ему развалить собрался, понимаешь ли! А если невиновного человека упрячем за решетку, что тогда?

– Этот невиновный человек, по-твоему, ни черта не помнит! Или прикидывается непомнящим! Он единственный, кто имел мотив для убийства, из тех, кто на тот момент был в доме. Он единственный, кому вдруг оказалось известно место гибели Валентины.

– Ага, и ума у него больше ни на что не хватило, только на то, чтобы прийти к нам и сдать себя с потрохами. Да?

– Муки совести, друг мой! Муки совести! Он же собирался искать убийцу, даже если им окажется он сам, так? Так, так, не смей отрицать. Сам сегодня рассказывал про визит его подружки. Собирался. Совестливый, значит. Вот и про Валентину не смог долго молчать…

– Хреновня все это, Лень. Неужели ты не чувствуешь?!

Тот вдруг замолчал и молчал подозрительно долго. Борис даже забеспокоился, не отключился ли тот как-то так незаметно, что в ухо ему не бьют короткие гудки.

– Эй, чего молчишь! Алло! Ты там еще?!

– Да тут я, – огрызнулся друг. – Хреновня, конечно. Не могу с тобой не согласиться. На первый взгляд банальная бытовуха. Пережрались все, как свиньи. Кто-то кого-то пас, кто-то кого-то приревновал. Потом с пьяной хари кто-то из мужиков, скорее всего бывший муж, взял и задушил мерзавку. Мерзавка же, все так про нее говорят!

– Мерзавка! Вот потому и… – Борис вздохнул.

– Потому тебе и кажется, что желать ей смерти мог не один Марин, да?

– Да. А так же Сергей.

– Где он, Сергей твой?

– Надо искать, пора бы уже.

И Борис снова почувствовал смутное беспокойство, вызванное непонятным неприятным чувством, что будто он где-то что-то просмотрел. Будто должен был удержаться за какую-то мысль, ухватиться за нее, а он соскользнул, как с осклизлой болотной кочки.

– Да ищут его, – вдруг признался Леня. – Потихоньку, негласно, но ищут. Ориентировки я послал.

– Да ну! А чего молчишь тогда?

– Так я только пару дней назад и послал. Не схлопотать бы.

– А то нам в первый раз, – на энтузиазме подхватил Борис. – Слушай, не отвлекайся. Лучше помоги советом старому другу. Я тут что-то размышлял, размышлял, да подзапутался малость.

– Ну! Только живее, постарайся успеть, пока Лена в душе, – попросил Леонид громким шепотом.

Леной звалась Ленькина жена. Мало улыбающаяся, крупногабаритная, но такая терпеливая и молчаливая, что Леньке, Борис считал, крупно с ней повезло. Она никогда не скандалила, не спрашивала, где и почему он задерживается. С хмурым видом приветствовала его у порога и тут же шла на кухню накрывать на стол. То, что он сейчас понижал голос до шепота, будто ее побаивался, было сущим враньем. Он мог при ней болтать по телефону о чем угодно и сколько угодно, Лена и внимания не обращала, перебирая в пальцах вышивание. Она очень уважала и обожала это занятие.

Так что Ленькин шепот – демонстрация того, что долго говорить о делах воскресным вечером даже со своим закадычным другом он не станет.

– Давай предположим, что это не Марин сообщил Логинову о местонахождении погибшей Валентины, а наоборот, а? – просящим голосом произнес Борис, переступая с ноги на ногу, друг мог в два счета послать его куда подальше со всеми его фантазиями.

– Давай, – скорбно и покорно вздохнул тот, значит, уступал, сдавался.

– И что у нас получается, если Марин не знал, а узнал с подачи Логинова?

– Что?

Это фишка у них была такая, когда хотелось порассуждать. Один говорил, второй покорно задавал наводящие вопросы. Потому что тот, кто говорил, второго и слушать бы не стал. Ему просто нужен был слушатель в роли эха его мыслей.

– То, что кому-то очень нужно, чтобы Марин оказался под статьей, так? – Борис все еще балансировал на зыбкой болотной кочке, но уже точно знал, куда потом перепрыгнет.

– Так.

– А кому?

– Логинову? – усомнился Леня, тут же отвлекся, что-то сказав жене, и снова повторил: – Логинову это нужно, считаешь?

– Получается, что ему. А зачем?

– Чтобы… Чтобы отвлечь подозрения от себя, по логике вещей.

Уже заинтересованным ему друг казался, а не брюзжащим и не недовольным оттого, что его потревожили в воскресный вечер.

– А чего ему бояться, Леня?

– Ну… Он мог бояться того, что трепался с погибшей, – предположил Леонид. – А его при этом кто-то видел.

– Мог. А еще?

– Мог наткнуться на тело погибшей и… Постой, а как он мог это сделать? По грибы, что ли, пошел?

– Именно! Именно, дружище! Как он вообще мог знать, где искать Валентину в сгоревшей машине, если не был там?

– А если был.

– То зачем?! – закончил за него Борис. – Удостовериться, что с ней все в порядке или наоборот? Значит…

– Значит, он знал или мог предполагать, что она там. Правильно я рассуждаю? – неуверенно поинтересовался Леня.

– Правильно-то правильно, но вот почему так долго молчал? И почему донес информацию не до нас, что должно и правильно было бы сделать, а донес ее до Марина?

– И тут мы снова возвращаемся к тому, откуда вышли, – торжественно подхватил Леонид. – Им очень нужно было, чтобы именно Марин попался.

– Им? – завопил тут же Борис. – Ты сказал им?! Почему, Леня?!

– Ну… Не знаю я, так вырвалось.

– Вряд ли. Почему?

– Вот достал, а! – проворчал Леонид и тут же пожаловался жене: – Ты ему хоть скажи, Ален, чтобы дал последние часы законного выходного спокойно дотянуть.

Та, видимо, не поддержала, уткнувшись в вышивание. Да и знала она, что жалоба мужа – лажа чистой воды. И к игрищам подобного рода она давно привыкла, иногда даже помогала поддержать нить рассуждений в своих женских руках. И получалось у нее ее поддерживать ничуть не хуже, чем в вышивании своем.