Чтение онлайн

— И ты думаешь, что нас с тобой ждет подобная жизнь? — спокойно уточнил Ферн.

— Нет, — ответила девушка. — Потому что я не собираюсь выходить за тебя замуж. Не собираюсь повторять судьбу моей матери и превращаться в озлобленную несчастную женщину.

— Ты никогда не станешь озлобленной, Керри. Я не позволю, — заверил ее Ферн.

— Это уже случилось, — печально призналась Керри, хотя от его заверений у нее потеплело на душе.

Ферн, не в силах сдерживать себя, наклонился и нежно поцеловал Керри в щеку.

— Не грусти, — мягко попросил он. — Обещаю, я все исправлю.

Керри покачала головой, глядя мимо него. Слезы туманили ее глаза.

— Скажи мне, милая, что уже случилось? — настаивал он. — Я не смогу исправиться, если не узнаю причину твоей грусти.

Керри сморгнула слезы.

— Ты ни в чем не виноват, Проблема во мне. Я тревожусь, что ты постоянно занят работой. Ведь ты такой же трудоголик, как и мой отец.

— Ты считаешь меня трудоголиком? — искренне удивился Ферн. — Нет! — воскликнул он. — Признаю, я получаю огромное удовольствие от своей работы, однако она для меня не главное… — Ферн несколько секунд колебался, а затем произнес: — Я многим рискую, но должен сказать тебе, Керри, что ты — смысл всей моей жизни.

Керри потрясенно смотрела на него. Кровь стучала в висках, сердце бешено колотилось. Она не ослышалась? Ферн действительно сказал, что она — смысл его жизни? Невероятно. И даже, когда немного успокоилась, Керри по-прежнему отказывалась верить его словам.

— Не похоже! — резко бросила она. — Ты все свободное время тратил на работу, отменял ради нее наши свидания… — начала она, но Ферн перебил:

— Только ради тебя!

— Причем здесь я? — вспыхнула девушка. — Я никогда не просила тебя ни о чем подобном.

— Ты заявила, что тебе необходимо сохранить целомудрие до венчания. Исключая один или два момента, я всегда уважал твое желание. Хотя оно превращало мою жизнь в настоящий ад!

Настоящий ад! Керри потрясенно тряхнула головой.

Ферн пересел на диван и опять нежно взял ее за руки.

— Я лгал тебе, дорогая, признаю. Но сейчас говорю правду. Все, что я сказал сегодня, — правда. Моя ложь… — Он замолчал, переводя дыхание. — Ложь до сих пор оправдывала себя. Но сегодня, Керри, — его глаза, казалось, заглянули прямо ей в душу, — сегодня я настаиваю на полной откровенности между нами.

Нет! Она солжет, если Ферн начнет догадываться, как сильно она любит его.

— Рада, что ты признался во лжи, — бросила Керри и ехидно добавила: — Разумеется, ты не трудоголик, ты просто мужчина, который постоянно работает.

— Дорогая моя, я не думал, что тебе кажется, будто я пренебрегаю тобой, — постарался успокоить ее Ферн.

— Прости, Ферн, но у меня сложилось впечатление, что ты возьмешь свой портфель на медовый месяц! Я не хотела сказать, что у нас будет медовый месяц, — торопливо исправилась Керри. Она поняла, что не способна держать рот на замке, поэтому лучше всего уйти. Керри встала, Ферн остался сидеть. — Я сожалею, — сказала она на прощанье.

Но сделала не больше трех шагов.

— Остановись!

Окрик Ферна заставил ее замереть. В его голосе звучала такая неподдельная боль, что Керри вздрогнула.

— Керри, подожди, — более спокойно повторил Ферн.

Керри стояла, не двигаясь.

— Ты говорила, что капельку любишь меня. Я хочу, чтобы ты знала, почему я лгал тебе.

Керри с болью смотрела на Ферна. Ей надо немедленно уйти. Но ведь Ферн страдает… И просит ее задержаться…

— Насколько я помню, это ты «капельку» любишь меня, — холодно напомнила Керри и решила, что не задержится здесь ни на мгновенье.

— Мне приятно, что помнишь, как я преуменьшил свои чувства, — ответил Ферн, и Керри раздумала уходить. — Посиди со мной, пока я все объясню. — Ферн вздохнул, подошел к ней, взял за руку и подвел к дивану. Когда они опять сели, Ферн заговорил:

— Почти три месяца назад я приехал в офис «Ирвинг и Смолл» для коротенького разговора с Гордоном Лэном. Но едва я вошел в отдел закупки и снабжения, меня ослепил блеск золотистых волос.

— Это случилось во вторник, — не задумываясь, сказала Керри.

— Да, во вторник, — подтвердил Ферн. — Я почувствовал, что твое лицо столь же красиво, как и волосы, захотел увидеть его, и перед моими глазами промелькнуло самое прекрасное женское лицо. Я потерял дар речи.

— О, Ферн! — Сердце Керри ликующе встрепенулось. — Я думала, что ты никогда не заметил бы меня, если бы не мои старания.

— Неправда, — покачал головой Ферн. — Я вышел из кабинета Гордона Лэна с желанием поговорить с тобой. Твой голос не уступал внешности. Ты, буквально сразила меня. Я хотел увидеть тебя в более свободной обстановке.

— И я сказала «нет».

— Ты солгала, что моешь голову, — с улыбкой вспомнил Ферн. — Но надежда не оставляла меня. Я раздобыл твой телефон и позвонил тебе, и мы поужинали. — Он сделал паузу. — И с того момента, Керри, моя жизнь навсегда изменилась.

— Вот как, — пробормотала девушка, желая узнать больше, гораздо больше, чем сказал Ферн. Нужно только поддерживать разговор в соответствующем тоне. — И почему же? — серьезно спросила она.

— Мне понравилось разговаривать с тобой, общаться с тобой, видеть твою улыбку. Я не мог дождаться, когда увижу тебя опять.

Керри едва не задохнулась от изумления.

— Правда?

— Правда, — подтвердил Ферн. — Я признался бы тебе в тот же вечер, но… был слишком взволнован. Никогда еще мне не доводилось так волноваться из-за женщины, и я растерялся, — признался Ферн.

Керри внимала каждому его слову.

— Поэтому, — продолжал он, — проведя с тобой лишь один вечер, я отчаянно хотел увидеть тебя вновь. И как можно быстрее!

— Ты сказал, отчаянно хотел? — с сомнением спросила Керри.

— Верь мне, — попросил Ферн. — Следующим утром, в воскресенье, я вспомнил о гостинице рядом с твоим домом. Позвоню, решил я, в твою дверь, скажу, что ехал мимо, и попрошу тебя присоединиться ко мне.

— Я копалась в клумбе и выглядела замарашкой, — мечтательно вспомнила Керри. — А потом, у реки, ты поцеловал меня, и я… — Она резко замолчала, потому что едва не проговорилась, едва не призналась, что именно тогда поняла, как его любит!

— Продолжай, — потребовал Ферн.

— Я пошла домой, а ты, как ни в чем не бывало, отправился к автомобилю.

— Кажется, я мастерски скрывал смятение, царившее в моей душе.

— И что же за смятение царило в твоей душе? — осведомилась Керри.